Хевдинг (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 7

Заблудиться тут было трудно, мы просто следовали за торговыми судами, и после недолгого путешествия по большой воде мы скользнули в устье Волхова.

Сама Альдейгья после увиденных Йорвика и Хедебю особого впечатления не произвела, и по виду больше напоминала норманнское поселение, нежели русское, каким его рисуют в учебниках. Длинные дома, торжище, причал, склады. В порту кипела жизнь, торговый город, по всей видимости, процветал.

«Морской сокол» приткнулся на одно из свободных мест, человек на пристани окликнул нас на незнакомом мне языке, в котором угадывались славянские корни, так что я на мгновение опешил. Человек тут же переключился на северное наречие.

— Кто такие, с чем пожаловали? — спросил он, принимая от нас швартовы и привязывая драккар к деревянному столбику.

— Бранд Храфнсон, — представился я.

— Викинги? — поинтересовался человек, разглядывая меня с недобрым прищуром.

— Торговцы, — сказал я.

— Значит, пошлину надо платить! Чем торгуете? — тут же обрадовался мужик.

— Мечами, — хмуро ответил Кнут.

— А, наёмники, — погрустнел мужик. — Вам, значит, к ярлу надобно. У него для таких как вы работа есть.

— Вот и славно, — сказал я. — Кеолвульф, Сверри, остаётесь тут, остальные, за мной.

Здесь, в Ладоге, я намеревался на какое-то время задержаться. Может быть, Хререк окажется более щедрым на золото, нежели датчане.

Мы дружной ватагой высыпали на берег, поглядывая на местных девчонок. Те, что были в головных уборах, просто отворачивались, те, что с непокрытыми волосами, краснели и прятали взгляд. Может быть, я предвзят, но как по мне, местные девушки и женщины воистину могли называться прекрасным полом, в отличие от зачуханных саксонок Йорвика и бледнокожих кобылиц из Хедебю.

Вваливаться к ярлу всей бандой нельзя, не поймут. Поэтому я взял с собой только Кнута и Кьяртана, а всех остальных отправил искать нам пристанище. Постоялый двор или что-то типа того. В портовом городе такие наверняка должны быть. А главным по этому вопросу назначил Жадину, строго наказав ему выбирать не самое дешёвое жильё, а самое приличное. Этот прохвост точно сумеет сбить цену.

Уже втроём мы прошлись по торжищу, разглядывая товары местных и заморских купцов. Тут было всё, начиная от мелкой бижутерии и костяных гребешков и заканчивая мехами и тканями. Отовсюду лилась речь на самых разных языках, но я по-прежнему не мог понять до конца словенский, выхватывая только отдельные знакомые слова. Это ещё далеко не тот русский язык, к которому привык я.

На подходе к длинному дому ярла нас остановил дюжий норманн в шлеме, кольчуге и с копьём в руках. Всё как всегда. Просто так к начальству не попадёшь.

— Мы к ярлу, — сказал я.

— Ярла нет, — тем же самым, не терпящим возражений тоном, ответил его хирдманн.

Один из ближников Хререка, не иначе.

— И где же он? — спросил я.

— В отъезде, — сказал хирдманн.

Жаль, было бы интересно с ним пообщаться.

— Я слышал, у него есть работа для тех, кто умеет обращаться с оружием, — сказал я, в целом ни на что уже не надеясь.

— Есть, — сказал хирдманн.

Я вопросительно взглянул на него. Кажется, интеллектом этот здоровяк не блещет, всё ушло в мускулы. Впечатление от визита уже складывалось не самое приятное.

Но мы, похоже, прибыли как раз вовремя. Ко двору уверенным шагом приближались несколько всадников, и мы повернулись к ним, пытаясь понять, кто это такие.

— Ингвар! Бдишь? Молодец! — воскликнул один из них, человек с длинными жёлтыми усами, спрыгивая с коня и бросая поводья хирдманну.

Тот поймал их так, будто всю жизнь только этим и занимался, а человек повернулся к нам, окинул быстрым взглядом и дотронулся до короткой бородки.

— Услыхали мой зов? Быстро вы. Следуйте за мной, — сказал он и быстрым размашистым шагом пошёл к дому, даже и не думая, что мы можем не подчиниться.

— Идём, — тихо сказал я.

Похоже, мы оказались в нужное время в нужном месте. Иначе аудиенции пришлось бы добиваться ещё очень и очень долго.

— Этот, что ли, ярл? — тихо спросил меня Кнут.

— Если по-здешнему, то князь, — сказал я.

В любом случае, он здесь власть. Единоличная и не терпящая возражений. И он демонстрировал это всем своим видом.

Мы прошли в дом следом за князем, рабы и слуги замельтешили, засуетились, сразу же имитируя бурную деятельность. Князь сбросил плащ на руки служанке, ущипнул за задницу другую, отпил из поднесённого кувшина. Казалось, будто он в каждое мгновение что-то делает, не останавливаясь ни на секунду. По сравнению с медлительными и осторожными Рагнарсонами такой темп выглядел просто нечеловеческим, но я ему только радовался. Это бодрило и заставляло шевелиться так же, как в моём родном времени.

— Итак, вы… — остановившись у стола, князь повернулся к нам.

— Бранд Храфнсон из Бейстада, хёвдинг «Морского сокола», — представился я.

— Кнут, — сказал Кнут.

— Кьяртан Щепка, — сказал Кьяртан.

— Хререк, — просто и без затей представился Хререк. — Соколы это хорошо. Славная птица. Явились на мой призыв, так?

— Какой призыв? — вперёд меня встрял Кьяртан, и я незаметно пнул его по ноге, чтобы он не встревал в разговор поперёк батьки.

— Да? Вы даже и не в курсе? — удивился Хререк. — Значит, вас привела судьба. Так даже лучше. Мне нужны воины.

— У нас полная команда воинов. Все как на подбор. Ветераны битвы за Йорвик, — сказал я.

— Замечательно! — воскликнул Хререк. — Как раз такие мне и нужны. Садитесь. Нежа! Налей гостям чего-нибудь выпить!

Рабыня практически бегом подлетела к нам с кувшином и кружками, разлила тёмный хлебный напиток. Пахнуло квасом так, что у меня по коже пробежали мурашки, и я едва ли не залпом осушил свою кружку. После местного пива и мёда простой русский квас казался чуть ли не даром Божьим.

— Мне нужны воины, как я уже говорил, — понизив голос, произнёс Хререк. — Это дикие места. Не все из местных племён согласны видеть меня ке-нязем.

Слово «князь» он произнёс на норманнский манер, но мы все поняли, что оно означает. Хререку требовались воины, чтобы усмирять непокорных местных вождей, и мне вдруг подумалось, что с призванием варягов на Русь не всё так гладко. Похоже, они вызвались княжить сами. Впрочем, меня это нисколько не удивляло. Здесь, в девятом веке, право сильного действует во всю свою мощь.

— А я планирую взять под свою защиту и другие земли. Смекаете, что к чему? — хитро прищурился Хререк.

— Конечно, — сказал я.

— Не переживайте, внакладе не останетесь. Спросите кого угодно, Хререк жадностью никогда не страдал, плачу много и в срок, — улыбнулся он, подкручивая длинный ус.

Почему-то мне хотелось ему верить. Сказать по правде, он уже нравился мне гораздо больше, чем тот же Ивар или Хальвдан Белая Рубаха, хотя я не сомневался, что ярл Хререк может, как и они, в мгновение ока превратиться в безжалостного головореза. И это не связано с тем, что я сидел напротив основателя целой династии, напротив легендарного человека. Просто некоторые люди умеют невольно располагать к себе. Кажется, именно это называется харизмой. У Хререка её имелось в достатке.

— Значит, работа ждёт непростая, если так платишь, — подал голос Кнут.

— А что вообще в жизни бывает простым? — хохотнул князь. — Но ты прав. В здешних чащобах воевать и так непросто, а уж с теми, кто здесь родился и вырос… Но! Если избегать засад и ловушек, то и побить местных не сложнее, чем отшлёпать ребёнка.

Это что, нас ждёт сраный Вьетнам в антураже Русского Севера? Чудь повсюду, Сверри, они на деревьях, и так далее.

— Мы… Мореходы, а не егеря, — сказал я.

— Понимаю, — сказал Хререк. — Мы тоже мореходы. Но это же не значит, что мы не можем драться на суше. Ты же сам только что говорил про Йорвик.

— Это так, — кивнул я. — И от своих слов не отказываюсь.

— Ну вот, — сказал Хререк.

— Мы согласны, князь. Твои враги — наши враги, — сказал я. — Но с тебя жильё, кормёжка и оплата за каждый день, независимо от того, в походе мы или в городе. Плата серебром.