Хевдинг (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 10

Но только хижины. Людей видно не было.

Ставлю что угодно, что в деревне мы не найдём ничего, кроме закопчённых горшков и золы в очагах. Местные давно уже эвакуировались в одно из ближайших укрытий. Скорее всего, вместе с вождём и его воинами. С одной стороны, это давало шанс на то, что нас не выбьют из засады, с другой, придётся потратить ещё немного времени на поиски.

— Тут даже брать-то нечего, — озвучил общие мысли Токи, когда мы наконец добрались до деревни.

Вышата остановился на окраине, озираясь по сторонам и разглядывая приземистые домики водян. Как я и предполагал, деревня оказалась пуста.

— Что дальше? — спросил я.

— Пошарим здесь. Может, найдётся чего, — пожал плечами Вышата, явно не имевший плана действий на такой случай.

Викингов долго уговаривать не надо, с проворством хорька, залезшего в курятник, северяне начали обшаривать хижину за хижиной, и вскоре в деревне обнаружились водяне. Вернее, всего один, дряхлый полупарализованный дед, которого односельчане оставили на произвол судьбы.

Его бесцеремонно выволокли наружу. Он даже и не сопротивлялся, лишь поглядывал на незваных гостей с этакой хитринкой в бесцветных серых глазах, да бормотал что-то непонятное на своём чудном языке, отдалённо напоминающем финский. Проклятья и брань, не иначе.

— Этот ничего не скажет, — махнул на него рукой Кнут, опытный в таких делах. — Хоть пятки ему пали, хоть шкуру снимай. Дед и так одной ногой в могиле.

— Да я и не думал его пытать, — сказал Вышата. — Это вы уже собрались, похоже.

— Нет, — отрезал я. — Обойдёмся без пыток.

Я подошёл к старику, присел рядом, глядя ему в глаза. Тот улыбался солнышку, будто бы прощаясь с ним.

— Как твоё имя? — спросил я сначала по-норвежски, а затем и по-русски.

Дед покосился на меня, хитро прищурился и пробормотал что-то на родном наречии. Мне сразу вспомнились эстонцы, делающие вид, что не знают русского языка. Выглядело это один в один. Память у таких просыпалась после пары увесистых пендалей, но избивать беспомощного старика мне всё-таки претило. Нехорошо это, как ни крути.

— Сам с голодухи помрёт, — сказал Сигстейн. — Отсюда всё вынесли, до последнего зёрнышка.

— Вопрос, куда именно, — сказал я.

— Ясное дело, в лес, по землянкам, — сказал Сигстейн.

— Может, хижины сожжём тогда, — предложил Токи.

Я скептически поглядел на ветхие жилища водян, понимая, что подобные хижины можно будет всем селом поставить за пару дней, особо не напрягаясь, и село только станет краше.

— Жечь тоже не будем, — сказал я. — Нам нужен только Йомантас.

— Бранд, может, следопыты среди вас есть? — спросил Вышата.

Маловероятно, конечно, но поспрашивать можно, и, к моему удивлению, руку поднял Торир.

— Я хоть и не самый лучший из следопытов, но кое-что умею, — хвастливо произнёс он. — Только тут уже все следы затоптали.

— Ну так выйди на окраину, — посоветовал ему Лейф.

— О, так ты тоже следопыт? — вскинулся Торир. — Чего же ты молчал? Может, поделишься своей следопычьей мудростью?

— Уймитесь оба, — попросил я. — Торир. Сходи погляди. Может, в лес следы уходят. Или ещё куда.

Торир Большая Нога кивнул с важным видом и направился к выходу из деревни, но не к тому, через который мы зашли, а к противоположному. С той стороны виднелись берёзовые рощицы, отдельными колками раскинувшиеся по склону. Где-то там, скорее всего, и прятались водяне, пережидая беду.

Вот только при должном умении и подготовленных убежищах спрятаться в нём не составит труда, особенно для пугливых крестьян.

— Можем просто рощи прочесать, — предложил Хальвдан. — Торир ни хрена не найдёт, готов поспорить.

— Рискованно, — сказал Вестгейр. — Вот там наверняка будут ловушки. А вообще, как Бранд скажет, так и сделаем.

Точно, я даже немного позабыл о своей руководящей роли.

— Значит, идём к березняку. Старика оставьте тут, — сказал я.

Торир с задумчивым видом бродил по окраине деревни. Но лужи недолго хранят следы, и он ничего не обнаружил. Поэтому мы пошли к ближайшему колку, просто по наитию, обнажив оружие и в любой момент ожидая нападения из засады. Если водяне здесь, то они загнаны в угол, а такие сражаются отчаяннее всего.

— Можно просто лес спалить, — задумчиво произнёс Токи.

Пироманьяк.

— Токи… — вздохнул я.

Я вспомнил лесные пожары, в ликвидации которых порой и сам принимал участие, когда мы всем миром боролись со стихией, опахивая деревни и сёла или устраивая встречный пал. И если там ещё хоть как-то можно совладать с пожарами благодаря самолётам-амфибиям, вертолётам и прочей спецтехнике, то здесь от лесного пожара никакого спасения не будет. Разве что Господь смилостивится и разверзнутся хляби небесные.

По березняку шли, как по минному полю. Медленно и аккуратно. Внимательно вслушиваясь в каждый шорох. Судя по всему, в колке мы были не одни.

— Saut! — раздался резкий вопль.

— К бою! — заорал я.

Из высоких кустов и зарослей полетели стрелы, мы вскинули щиты, вылавливая их прямо в полёте и тут же кидаясь в бесшабашную атаку. Чем быстрее мы доберёмся до стрелков, тем меньше народу поляжет, а несколько человек уже получили по стреле-другой в шею или грудь.

Я тоже ломанулся прямо через кусты с коротким тесаком-саксом в руке, навстречу сидящим в засаде водянам, и прямо под мой клинок попался перемазанный грязью лучник. Я походя резанул его по лицу и кинулся дальше, выискивать новые цели.

Так и остальные. Нас попытались застать врасплох, но получилось у них не очень. Мы были собраны и сосредоточены, и быстро сориентировались, чтобы дать отпор.

Передо мной возник рослый дикарь с топором, он замахнулся так, словно бы я был обычным деревом, а не ловким и умелым бойцом, и я играючи ушёл с линии атаки. Выпад сакса, и клинок проходит у него между рёбрами, добираясь до сердца. Дикарь рухнул замертво, выворачивая тесак у меня из руки — клинок застрял между рёбер, и я вытащил меч из ножен, вновь продираясь через заросли.

— Йомантас! — проревел Вышата. — Выйди и сразись как мужчина!

— Пашчол ти к лешему! — с ужасным акцентом прокричал голос где-то в кустах.

— Иначе я истреблю весь твой род, сожгу деревню дотла и засыплю землю солью! — заорал Вышата.

— Ты мене не ровня! Вождь придёт — говорить буду! — ответил Йомантас.

Воистину, гонору как у литвина, как у породистого шляхтича.

— Тут есть вождь! Хёвдинг! — раздался крик Торира, и я нахмурил брови.

Терпеть не могу подобное. Но придётся соответствовать.

— Йомантас! — позвал я. — Я — хёвдинг Бранд Храфнсон! Выйди и мы поговорим как мужчины! Клянусь Одином, мы больше никого не тронем!

Глава 6

На поляну вышел, видимо, сам Йомантас, вождь этого племени водян, с виду напоминающий хорька. Весь какой-то скользкий, вертлявый, он постоянно озирался по сторонам и словно бы готовил себе пути к отступлению. Впечатление могучего вождя или вообще достойного человека он вообще не производил, больше походя на какого-нибудь приказчика, мелкого чиновника или складского прапорщика.

— Ты, что ли, Йомантас? — спросил я.

В руках он вертел топор на коротком топорище, и довольно ловко. Опасный, должно быть, соперник. Вот только он был один, все его люди сейчас либо улепётывали в чащобу, либо валялись мёртвыми по кустам.

— Йомантас я, — кивнул вождь.

— Сукин сын, — сплюнул Вышата.

— Помолчи, хлоп! — окрысился Йомантас. — Вождь говорит!

К моему удивлению, Вышата нахмурился, но замолчал.

— Ты убил послов Хререка, — сказал я.

— Так, — кивнул Йомантас, словно бы так и надо поступать с любыми послами.

— Если ты убил его людей, то ты должен ему виру, — сказал я.

— Хререк сам придёт, дам, — коротко ответил водянин.

— Я за него, — сказал я.

Йомантас прищурился, глядя на меня пристальным оценивающим взглядом.

— Молодой ты, — протянул он. — Жаль, мало пожил.