Кольцо царя - Салтанова Надежда - Страница 8

– Не спасла, значит? Ну бывает. Ему к Гидисмани бы попасть надо было, но что уж поделать.

Нина, зная уже хозяйку лупанария, покивала:

– И то верно. Тогда бы ты про Гидисмани сплетни и собирала, а я бы помылась спокойно.

Ариста усмехнулась безмятежно, продолжила медовым голосом:

– Кольцо, говорят, было у него какое-то? Ты, случаем, не знаешь, где кольцо это?

Вроде прохладно в зале, но Нину жаром окатило, не слабее калидария.

Сжав бадейку так, что пальцы заломило, Нина почти спокойно произнесла:

– О каком кольце ты, уважаемая Ариста, говоришь? Не было у него никакого кольца.

– Ты, Нина, смотри, чтобы дерево-то не треснуло. Отпусти бадейку свою. Разговор у нас с тобой тайный, я никому не скажу, и ты никому не скажешь, что я у тебя про кольцо спрашивала.

Нина поставила на скамью лохань, молча расправила ткань на коленях.

Ариста подождала и продолжила:

– Ты кольцо-то поищи, Нина. Да принеси мне. У меня есть покупатель – хороший покупатель, богатый. Он кольцо это, говорит, давно ждал. Он и тебе заплатит, и мне за помощь. Мы же с тобой в одном положении – у тебя аптека, у меня лупанарий. Нам друг другу помогать надо. Тяжко женщине с делами-то одной справляться – всяк норовит обидеть да обделить.

«Такую, как ты, пожалуй, обидишь, – подумала Нина, не поворачивая головы к красавице. – Такая, как ты, любого проглотит и не подавится».

Хозяйка лупанария усмехнулась:

– Ты не думай, Нина, я заплачу щедро, не пожалеешь. Только вот без кольца нет мне теперь ни сна, ни отдыха. А ежели я не отдохну, того и гляди, проболтаюсь где про твою тайну.

Нина вздрогнула, повернулась к собеседнице:

– Ох, хитра ты, Ариста. Ты же все повернула так, чтобы я в твоем доме с ним будто ненароком встретилась. Я еще гадала, с чего бы вдруг. А ты, оказывается, такие тайны для темных дел своих собираешь?

– Вот видишь, пригодилась и твоя тайна. Люблю я тайны собирать да хранить. Хочу – молчу, хочу – рассказываю. Так что ежели кольца я не получу, так придется всем рассказать, как ты со своим купцом у меня в лупанарии любилась. Да не с простым купцом – с чужеземцем. На базаре, знаешь ли, любой сплетне рады. А там и до эпарха дойдет, как ты с генуэзским полюбовником по лупанариям прячешься. И какая из тебя после этого почтенная аптекарша? Всей гильдии позор.

Побледневшая Нина молчала, мяла пальцами складки влажной тоги.

Ариста усмехнулась, повела гладкими плечами, мягко колыхнув высокой грудью. Собралась было встать со скамьи, но Нина ухватила ее за руку.

– Нет у меня кольца, Ариста. Богом клянусь, нет.

– Ты же убитого обыскала, верно?

Нина взглянула на нее сердито.

Ариста покивала:

– Знаю, не ограбить же ты его хотела. А в кампагах кольца не было, случаем? Ты подошву не оторвала?

– Не было. Ни в кампагах, ни в тунике. А в штаны ему я не полезла. А больше на нем ничего и не было. А откуда ты знаешь, что на нем кампаги были?

– Ох, Нина, каждое слово мое ловишь. А я знать не знаю, просто спросила, да гляди-ка, отгадала, – усмехнулась Ариста.

Аптекарша молчала.

Ариста не унималась:

– А что за сикофант-то приходил? Муж Гликерии, как его там?

– Нет, Никон Хакионис приходил. Он с убийствами разбирается. А Иосиф – тот по кражам и мошенничествам.

– Никон Хакионис, – Ариста произнесла имя угрюмого сикофанта так, будто медовый орех по языку прокатила. – Это который со второго холма, недалеко от храма Ирины живет?

– Нет, этот на улице, что вправо от форума Вола отходит. А зачем он тебе? Да ежели б он нашел… – Нина прикусила язык.

Не хватало еще Аристе про великого паракимомена проболтаться. Вот уж попала Нина из печки в очаг, меж Аристой и Василием оказалась. И не пожалуешься на Аристу никому – стыдно и страшно. Что ж за кольцо такое, что и Нину погубить может, и империю спасти? И куда теперь бедной аптекарше податься?

Ариста вздохнула.

– Что ж, Нина, раз нет у тебя кольца… – в голосе ее прокатилась угроза.

– Погоди, Ариста. Как кольцо-то выглядит? Ты расскажи, я хоть спрошу у соседей. Вдруг кто нашел.

– Серебряное, говорят, колечко, простое. Поищи, коли тебе твоя аптека дорога. А завтра я к тебе пришлю кого-нибудь за ним.

Хозяйка лупанария сбросила покрывало и потянулась.

– Хороша сегодня вода в теплом бассейне. Пойдем, Нина, искупаемся.

Но аптекарша, лишь коротко качнув головой, подхватила свою бадейку и быстро вышла из зала.

Наскоро ополоснувшись, Нина торопливо оделась, завязала влажные волосы в платок и, расплатившись на выходе, бросилась домой.

Глава 5

В аптеке Нина, бросив корзинку, опустилась на колени. Разумом понимая, что без толку искать, она все же в панике облазила весь пол, начиная от порога и до самой дальней скамьи, на которой несчастный дух испустил. Нет кольца. Отодвинула сундуки, залезла под стол. В такой вот непочтенной позе и застал ее вернувшийся Фока.

– Э-э-э… почтенная Нина? – в недоумении проронил он, глядя на зад аптекарши, туго обтянутый тканью.

Нина, крутясь под столом, наступила коленями на подол и пыталась теперь подняться, пятясь назад. Разогнулась, красная вся, злая – и на себя, что в таком виде недостойном оказалась, и на заявившегося не вовремя Фоку, и на подлую Аристу.

Она поспешно отряхнула колени, отвесила Фоке подзатыльник, чтоб не скалился. Велела пол в аптеке намыть до блеска, а потом заодно и двор вычистить, да огород полить.

Ухмылка Фоки поблекла – знал бы, что потом до ночи все намывать придется, сделал бы вид, что не пришел еще. Насупившись, пошел за водой и холстиной.

Нина, подумав, остановила его:

– Ты, когда мыть будешь, посмотри, не найдешь ли кольцо мое, – в ответ на поднятую бровь пояснила: – Кольцо я тут потеряла. Коли найдешь – получишь милиарисий[20].

Фока вытаращил глаза, но вопросов задавать не стал.

Нина, продолжая злиться на Аристу, накинула мафорий, подхватила свою суму со снадобьями и направилась в сторону гавани.

По улице шла неспешно, опустив голову. Хоть следа от кровавых разводов уже и не осталось, Нина примерно понимала, что несчастный добирался до нее по одной стороне улицы, где и таверна, и аптека ее.

Вот блеснуло что-то между булыжниками на обочине. Нина кинулась было – да нет, просто кусок слюды меж камнями затесался.

Дойдя таким образом до таверны, аптекарша заколебалась. Нехорошо это, приличной женщине в таверну ходить. Однако день еще, под предлогом каким можно и заглянуть.

Нина незаметно перекрестилась под мафорием, попросила у Господа прощения за обман. Вошла в таверну, еле передвигая ноги, к дверной притолоке прислонилась.

Одна из служанок в подвязанной повыше тунике и с плотно завязанном на голове платке бросила на нее сердитый взгляд, двинулась уже, чтобы известить непутевую посетительницу, что таверна закрыта. Но, узнав Нину, подбежала:

– Почтенная Нина, что случилось?

– Нехорошо мне что-то, Марфа. Думала, до дома дойду, но ноги не держат. Подай воды, сделай одолжение.

Марфа кивнула, шустро убежала. Нина присела на крайнюю скамейку, голову наклонила пониже – так-то первое спасение при слабости и головокружении, это всем известно. А сама внимательно осматривала заляпанный вином и жиром пол. Ну вдруг повезет и кольцо просто затерялось где.

Прибежала Марфа с глиняной чашей, расплескивая горячую воду. Видать, только вскипятили. Хорошо, можно будет подольше посидеть под предлогом, что вода больно горяча.