Константа (СИ) - Соболев Андрей - Страница 30

Когда колонна военной техники скрылась вдали, люди стали понемногу расходиться, оживлённо обсуждая увиденное. Одни охали и переживали за солдат, другие громко ругали правительство и всех подряд, но Евгения заботило нечто иное. Он вдруг осознал, что потерял Алексея из вида, тот успел раствориться в толпе и скрыться в неизвестном направлении. Новиков быстро пересёк дорогу, не обращая внимания на предупреждающие сигналы от возмущённых водителей, заглянул в ближайшие несколько дворов и на соседнюю улицу, но не обнаружил и следа Максимова. Евгений громко выругался, поскольку рассчитывал подловить его в одном из потаённых мест, где он часто проходил по пути домой. Весь план трещал по швам. Но к счастью, Новиков уже много раз следил за новым ухажёром Кати и давно знал, где тот живёт. Всё должно случиться именно сегодня, он больше не мог откладывать, иначе в следующий раз ему может не хватить решимости или здоровья.

Евгения мотало из стороны в сторону, он путался в своих ногах, его знобило, а зубы стучали от холода, но он продолжал неуклонно идти к своей цели. Он не ел уже несколько дней, сил оставалось всё меньше и меньше, да и алкоголь действовал на голодный желудок разрушительно. К горлу Новикова постоянно подступала тошнота, из-за чего то и дело приходилось останавливаться и глубоко дышать, чтобы прийти в себя. В таком состоянии он преодолел несколько кварталов, благо квартира Максимова находилось не так далеко от дома его девушки.

Тем временем город постепенно погружался в ночь, и пасмурное небо теперь казалось ещё более тёмным и мрачным, а мороз крепчал, начиная обжигать щёки и уши ледяным ветром. На улицах загорались первые фонари, а люди возвращались с работы, наполняя фасады домов россыпью горящих окон. Алексей проживал в небольшом четырёхэтажном здании в тихом спальном районе, далеко от центральных магистралей. Когда Евгений добрался до места, то обнаружил, что свет в квартире Максимова уже горит, а значит, тот успел вернуться домой вперёд Новикова. Что неудивительно, учитывая, сколько ему понадобилось сил, чтобы добраться сюда.

Несмотря на вечернее время и непогоду, во дворе дома то и дело появлялись случайные прохожие, а шансы остаться незамеченным таяли с каждой минутой. Продуманный до мелочей план Евгения продолжал распадаться на осколки из необдуманных действий. «Всё должно быть не так! – думал Евгений, ощущая, как сильно начинает болеть голова. – Что я вообще здесь делаю?» Но отступать было нельзя.

С каждой минутой Евгению становилось только хуже. Долгие часы, проведённые на холодной земле, сказались на нём не лучшим образом. Он собрал остатки сил, подошёл к подъезду, подождал, когда кто-то откроет дверь, запертую на домофон, и успел прошмыгнуть следом. Затем он с большим трудом преодолел несколько лестничных пролётов, взобрался на третий этаж и остановился напротив двери в квартиру Алексея. Новиков тяжело дышал, его сердце захлёбывалось, он хрипел при каждом вдохе и держался рукой за стену, пока другой сжимал рукоять ножа в кармане пальто. Ещё немного, пара шагов, несколько усилий – и он будет свободен от бремени тяжкого долга, лежавшего грузом на его душе. Он, наконец, сможет отомстить, осталось потерпеть совсем немного. «Ну же, соберись!» – приказал он сам себе. Затем огляделся на лестничной клетке, прислушался, что никто не идёт, и вдавил кнопку дверного звонка. Спустя всего пару волнительных мгновений дверь медленно отворилась, и оттуда показалось растерянное лицо Алексея.

– Д-да? Вам кого? – неуверенно спросил он, внимательно разглядывая неизвестного гостя.

Евгений молчал, стиснув зубы, громко сопел, пристально взирая на Максимова из-под клочков своих грязных волос, и ещё сильнее сдавил в руке нож, буквально впиваясь в него пальцами. Алексея перекосило от неприятного запаха застарелого перегара, а также от крайне неопрятного вида его гостя, но затем его посетило озарение.

– Постойте, кажется, я вас знаю, – с сомнением сказал Максимов, продолжая сверлить его взглядом. – Вы, случайно, не бывший муж Кати? Евгений, так?

Новиков вздрогнул так, будто его ударило током. Он нахмурился и с силой ворвался внутрь квартиры, отталкивая Алексея назад и закрывая за собой дверь. Алексей пытался возмущаться и остановить наглое вторжение, но всё, что у него получалось, только нечленораздельные звуки и вялые пасы руками. Сама квартира оказалась весьма просторная и светлая, состоящая из двух отдельных комнат, даже слишком большая для одного человека с зарплатой доцента. Зал и кухня были выполнены в нежных бежевых оттенках, с большим количеством мебели, но очень минималистичной и простой. А вот дверь в другую комнату была закрыта и привлекла внимание Евгения.

– Дома ещё кто-то есть? – сухо спросил Новиков хриплым голосом, стараясь его делать как можно более грозным, при этом косо поглядывая на закрытую дверь.

– Н-нет, я один, – заикаясь промямлил Максимов, проследив направление взгляда своего обидчика. – Если вы ищете Катю, то её здесь нет.

– Я знаю…

– Евгений, послушайте, если вам нужна какая-то помощь или деньги, вы только скажите.

Алексей вжался спиной в стену и боялся пошевелиться, не зная, что ждать от странного визитёра.

– Мне ничего не нужно, – безэмоционально и односложно продолжал отвечать Новиков.

– Но… но я не понимаю!

Евгений решил лично убедиться в правдивости его слов и пнул дверь в закрытую комнату, но там действительно никого не оказалось.

– Что вы творите? – начал возмущаться немного осмелевший хозяин. – Я же сказал, дома никого больше нет! Что вы всё ищете?!

– Успокоения…

Евгения повело, он облокотился на дверную раму и зашёлся в глубоком, страшном кашле. Казалось, ещё чуть-чуть – и его вывернет наружу.

– Прошу вас немедленно уйти! Покиньте мою квартиру, или… или я вызову…

Евгений поднял тяжёлый и переполненный болью взгляд, отчего Алексей сразу проглотил остатки слов. Потом Новиков резко вытащил из кармана нож, нажал на маленькую кнопку, и короткий, но крепкий клинок за долю секунды выскочил из рукояти, принимая боевую форму. Максимов вздрогнул от неожиданности и зачем-то поднял руки вверх.

– Стойте, забирайте всё, что хотите, все деньги, я никому не скажу… никому, – причитал хозяин квартиры, дрожа от страха и захлёбываясь в собственных словах.

– Да не нужны мне твои чёртовы деньги, я же сказал, – громко и нервно ответил Евгений, продолжая угрожать ножом.

– Тогда чего вам нужно? Я не понимаю!

– Мне нужен ты!

Евгений начал медленно приближаться, а Максимов, наоборот, в страхе отступал на кухню, пятясь и выставив вперёд руки.

– Но что я сделал? – уже практически умолял Алексей.

– Ты отнял у меня всё: смысл жизни, жену, моего ребёнка! – проревел Евгений.

– Ребёнка? К-какого ребёнка? У Кати же нет детей, – в замешательстве пролепетал Алексей, продолжая отступать.

– Ты издеваешься?! Моя дочь – Анна. Ты забрал и её!

– Но… но я не знал. Когда мы встретились, она была одна. Я ничего не делал.

После этого Алексей споткнулся о табуретку на кухне и чуть не упал, ухватившись за край стола и свезя его с места, одновременно с этим с него слетела стойка со столовыми приборами, и они со звоном разлетелись по полу. Этот звук глухим эхом отозвался в глубине памяти Евгения. В яркой вспышке он внезапно увидел испуганные глаза Кати, как они наполняются слезами, как она говорит, что уходит к другому, а затем её голос тонет в звоне ложек и вилок, заполнившем весь его разум. Новиков зарычал и ударил ладонью по виску, пытаясь привести себя в чувство.

– Ты во всём виноват! Ты! Что ты со мной делаешь?! Скажи? Ты это затеял только ради того, чтобы увести мою жену? Да? Отвечай! С того самого момента, как я пришёл на твою лекцию, вся жизнь пошла под откос. Параллельные миры, путешествия во времени… думаешь, это смешно? А?! Смотри, во что я превратился. Что ты сделал? Что?! Отвечай же!

В голове Евгения творился сущий кавардак. Гремучая смесь из его личных обид, воспоминаний, смешанных с десятками прожитых жизней, и всё это наложилось на неукротимую жажду мести от нового воплощения, распирающую его изнутри. В это же время глаза Алексея округлились: то ли от страха перед потоком бреда, который нёс его агрессивный гость, то ли от неожиданной мысли, вспышки просветления, пришедшей в его голову.