Белый Шиповник и Черные Ягуары (СИ) - Консуэло Ольга - Страница 27

— Успокойся, пожалуйста, — Ρенц взял Инсу за руки и, обхватив её ладони своими, прижал к груди, — у тебя вон руки уже ледяные. Неужели же я такое чудовище, что одна только мысль о том, чтобы выйти за меня замуж, приводит тебя в ужас?

Взгляд его был таким серьезным и печальным, что почти уже сорвавшееся у нее с языка ехидное: «Εще какое!» Инса произнести так и не смогла.

Она неловко пожала плечами и, отводя глаза, попросила:

— Давай не будем сейчас это обсуждать.

— Ладно, — согласился Ренц и спросил: — Ты потанцуешь со мной?

Инса кивнула, и он повел её на площадку возле сцены, на которой снова играл оркестр.

Партнером по танцам Ренц оказался идеальным, и они танцевали до тех пор, пока Инса не простонала:

— Всё, не могу больше, у меня сейчас ноги отвалятся!

Тогда Ренц подхватил её на руки и куда-то понес.

— Поставь меня сейчас же! — потребовала девушка.

— Ну, ты же устала, а мне не трудно, ты совсем легкая — улыбнулся Ренц.

— Куда ты меня тащишь?! — продолжала возмущаться Инса.

— В свое мрачное логово, конечно, — зловещим шепотом ответил парень.

Инса начала было вырываться, но потом вспомнила, чем это закончилось в прошлый раз, и затихла. В конце концов, как бы она ни относилась к Ρенцу, в том, что он не причинит ей вреда, она была уверена.

Ренц принес её к одной из тех скамеек, на которых они сидели, когда гуляли возле стадиона, и, бережно усадив, поинтересовался:

— Пить хочешь?

— Еще как!

— Никуда не уходи, сейчас принесу.

И Ренц отправился к видневшимся за кустами столикам с напитками и закусками.

Минут через десять он вернулся не только с двумя бумажными стаканчиками с лимонадом, но и с двумя бумажными тарелками, на одной из которых были крошечные бутербродики, а на другой — пирожные.

— Не знал, что из этого ты любишь, поэтому взял всего понемножку. Мороженого, к сожалению, нет.

— Благодарю. Как ты вообще это донес?

— Магия! — улыбнулся парень.

Они просидели на этой скамейке почти до полуночи, глядя на звезды и болтая обо всем подряд. Ренц несколько раз приносил еду и лимонад, которого Инса выпила столько, что несмотря на деликатность темы, через какое-то время перестала стесняться и прямо заявила, что ей нужно в туалет, и провожать её туда не надо, тем более, что у Ренца есть гораздо более ответственная миссия — охранять эту замечательную скамейку и эти восхитительные вкусности. Проходя вдоль аллеи, на одной из скамеек она заметила самозабвенно целующихся Киту и Терда и постаралась слиться с тенями, чтобы не смущать друзей, за которых искренне порадовалась.

В итоге, когда преподаватели стали объявлять, что пора расходиться, Инсе даже было немного жаль, что этот вечер закончился. Ренц проводил её до общежития и на прощание целомудренно чмокнул в щечку, но смотрел при этом так, что Инса всё равно ужасно смутилась.

Она как раз раздумывала, дожидаться подругу или всё-таки ложиться спать, когда в комнату ввалилась раскрасневшаяся Кита.

— Он сказал, что я ему очень нравлюсь, и он хочет, чтобы я была его девушкой — мечтательно улыбаясь, произнесла она.

— А ты что? — прекрасно зная ответ, тем не менее спросила Инса, чтобы поддержать разговор.

— Ну, я сказала, что он мне тоже нравится, и я согласна быть его девушкой.

— А потом что?

— О-о-о! Потом мы целовались. Он так классно целуется! В Матринеле у меня уже был парень…

— Да, ты рассказывала.

— Так вот, он целовался и вполовину не так хорошо, как Терд. Да и вообще — Терд гораздо лучше во всех отношениях.

— Я очень за вас рада.

— А у тебя с Ренцем как?

— Ну, мы очень хорошо посидели, поговорили, посмотрели на звезды. Я выпила столько лимонада, что чуть не лопнула.

— Целовались?

— Не-е-ет!

— Почему?!

— Потому что, если бы Ренц полез ко мне с поцелуями, я бы унеслась с воплями, вот почему. И ему хватило ума это понять.

— Но он же хороший парень, и ты ему нравишься, да и он тебе нравится, разве нет? Да и кристалл вас определил как пару.

— Кристалл определяет магическую и ауральную совместимость, а не психологическую. Да и вообще, это вы с Тердом знакомы уже больше полугода, а мы с Ренцем — меньше месяца. Я его совсем не знаю. И он стихмаг. И эти его совершенно неприемлемые шовинистические замашки. Всё и так сложно. А теперь ещё и вот это — я, оказывается, его избранница, и он вознамерился на мне жениться.

— Ну, ты ему и без этого очень нравилась.

— Я знаю. Но я точно так же знаю, что совершенно не готова к близким отношениям с таким парнем, как он.

— С каким — таким?

— С упертым самоуверенным шовинистом, считающим, что он лучше меня знает, что мне надо.

— Α ты не преувеличиваешь? Ты же сама сказала, что совсем его не знаешь.

— Может, и преувеличиваю. И даже скорее всего. Но я не хочу ни с кем встречаться, понимаешь? Я в конце концов еще от расставания с Уртом не отошла. Я ведь была в него влюблена почти целый год, а он не просто меня бросил, он вообще никогда меня не любил, просто развлекался.

— Но у Ρенца-то серьезные намерения!

— А ты уверена, что это не исключительно из-за того, что я оказалась его избранницей? Что серьезны не только его намерения, но и его чувства ко мне? Что эти чувства вообще есть? Может, я для него просто удачно сочетаю в себе внешнюю привлекательность и способность дать потомство с нужным уровнем дара?

— Не знаю, — задумчиво ответила Кита. — Но мне всё-таки кажется, что он не такой.

— Может быть, не тақой. А может быть — как раз именно такой. Чтобы узнать человека, нужно время. Я с Уртом была знакома почти год, но и то не смогла понять, что он из себя представляет на самом деле. Я ведь пока что не психолог, даже еще на него не учусь, и яснознание мое срабатывает только от случая к случаю. И в мужчинах я, будем честными, мало что понимаю. А Ренц — он ведь не такой простой и открытый как Терд, он может так притворяться, что я и не пойму, пока уже не станет слишком поздно. Так что я бы предпочла вообще никаких отношений с ним не иметь.

— Но ведь не получится, теперь-то он точно от тебя не отстанет.

— Не получится, конечно, — вздохнула Инса, — но это не значит, что я вот так вот сразу на всё соглашусь только потому, что парень готов на мне жениться.

— И правильно! — согласилась подруга.

***

А на следующее утро как всегда всё и про всех знающая Хела поведала за завтраком потрясенным бытовикам, что пропала еще одна девушка — после праздника не вернулась в общежитие Варелла Териленсо, учившаяся на втором курсе бакалавриата стихийница.

У Ρеллы тоҗе был парень из «Черных Ягуаров» — Кер Даейс. Οн утверждал, что Релла пожаловалась на головную боль, и он проводил её до общежития, но внутрь не заходил, будучи уверенным, что она спокойно отправилась в свою комнату, приняла обезболивающую настойку и легла спать, как и собиралась. Сам же Кер вернулся на праздник и продолжал веселиться с друзьями до момента, когда ректор сообщил, что всем пора расходиться. К Релле он не заходил, поскольку был уверен, что она уже спит, и не хотел её беспокоить. Её же соседка по комнате, Сита Картандо, была уверена, что Релла отправилась гулять с Кером, и до утра о ней не беспокоилась.

Уже к началу первой пары выяснилось, что Реллу нашли. На этот раз поисковая группа снова во главе с аном Юргельтессеном отправилась прямиком в катакомбы, где и обнаружила Реллу, блуждавшую неподалеку от входа. Показать, где именно она очнулась, девушка не смогла, поскольку бродила в поисках выхода совершенно бессистемно, никаких отметок на стенах не делала и примет помещений, через которые проходила, не запоминала. Как она оказалась в катакомбах, и что с ней там произошло, Релла не помнила. Последним её воспоминанием было прощание с Кером у входа в общежитие, после которого она вроде бы вошла внутрь, а дальше — полный провал.

Реллу отправили в университетсқий лазарет, где её обследовали целители, заявившие, что физически и магически с девушкой всё в порядке, но на всякий случай решившие понаблюдать за её состоянием до следующего утра.