Повелитель тьмы (СИ) - "Amazerak" - Страница 49

Обхожу его руку, что лежит рядом с головой, и ещё одним копьём прожигаю черепушку. Теперь точно конец.

Среди построек, наконец, показываются силуэты людей в касках. Машу им рукой. Воронцов вместе с тактической группой, которой по идее, должен командовать я, подходят ко мне. Капитан смотрит на поваленную тушу, потом на меня:

— Молодец, Озёров. Но следующий раз так далеко не убегайте. Держимся кучнее. Эта тварь может быть не одна.

Но кучнее не получалось. Две другие группы разбрелись по поселению, и мы едва их видели в тумане.

— Господин капитан, разрешите заняться этим существом, — просил я. — Мне нужна его сила. На какое-то время могу стать небоеспособным, поэтому попрошу прикрыть.

— Хорошо. Пока никуда не идём. Господа гвардейцы, — Воронцов обернулся к отряду, — осмотрите постройки и уничтожьте грёбаные заводы, чтобы воняли поменьше, — затем он свистнул три раза в свисток, подзывая условным сигналом остальные группы.

Пока гвардейцы осматривали башни и уничтожали два ближайшие дымогенератора, я занялся поглощением. На этот раз остатки силы легко потекли по моим каналам. Началось характерное покалывание кожи, затем почувствовалось напряжение в мышцах, которые иногда переходило в судороги. Я ощутил, как меня изнутри распирается сила.

И всё же это было не сравнимо с тем, что было во время первого поглощения тенебриса-генерала. Да, болезненно, неприятно, но нет ощущения, что тебя сейчас разорвёт на куски. Организм привык, каналы стали достаточно широкими и гибкими, чтобы принять в себя такую силищу.

Поглощение резко обрывается — похоже, труп опустел. Чтобы снять напряжение, исторгаю в небо потоки тьмы. Чувствую себя паршиво, как всегда, но сражаться пока могу, хотя предпочёл бы отдохнуть.

После гибели вождя более мелкие тенебрисы словно утратили цель своего нахождения здесь. Они больше не нападали организованной стаей, а бессмысленно метались туда-сюда по-одиночке и погибали под магическими ударами наших бойцов.

Построек вокруг насчитывалось около тридцать штук. Большинство представляло собой башни с корявыми стенами и норами у основания, куда с трудом мог протиснуться человек. Сооружения эти являлись ульями, в которых зарождались и созревали небольшие четвероногие существа. Несколько зданий были повреждены булавой вождя во время нашей с ним драки.

Уничтожать башни магией было крайне энергозатратно, гораздо легче подорвать. Но взрывчатку мы с собой не брали. Подобными вещами, как и запечатыванием бездн, обычно занимались пограничники. Им мы и оставили эту работу. Разрушили только дымогенераторы и три здания, напоминающие живые пузыри. Они шевелились и пульсировали, а когда их оболочку удавалось разрубить или прожечь, наружу выплёскивалась вязкая чёрно-коричневая жидкость.

Строения эти стояли на дне глубоких ям, заваленных стволами сухих деревьев, и от них к ульям тянулись своего рода шланги. Скорее всего (по крайней мере, я не раз встречал в исследованиях такую версию), «пузыри» перерабатывали землю и прочую материю в специальную субстанцию, из которой в ульях формировались новые существа.

Не в каждой колонии можно было найти такие здания, но в этой их оказалось аж три штуки.

Долго мы торчать здесь не стали. Когда «пузыри» и дымные заводы были уничтожены, а я поглотил остатки силы мёртвого стража и нескольких существ второй стадии, Воронцов приказал возвращаться к точке сбора. За три часа нахождения в тёмной области устали все, кроме меня и старшего лейтенанта Заболоцкого из третьей тактической группы. Нельзя было допускать истощения, поэтому мы отправились обратно к болоту и стали ждать роту капитана Трубецкого. Тот со своими людьми вернулся спустя примерно час.

Вечером я занимался медитацией недалеко от лагеря. Воронцов нашёл меня, мы пообщались немного по поводу сегодняшнего сражения. Он сказал, что мне не следует бросать своё подразделение и драться в одиночку, якобы это опасно прежде всего для меня самого. Но я поспорил, объяснив, что такова моя тактика. В итоге, решили, что буду действовать, как привык, а в случае чего меня заместит старший лейтенант Карпов. Его я лучше всего знал в моей группе, да и на поле боя он показывал себя с лучшей стороны.

На следующий день мы выехали с палатками и прочим походным скарбом. Наши слуги весь вечер и утро суетились, собирая вещи и загружая их на катера. Затем в две ходки мы перебрались на участок суши, находящийся вёрстах в десяти от заданного квадрата. Здесь рос редкий берёзовый лесок, в котором обе роты разбили лагерь.

Дыхания бездны в этом месте не оказалось, а тенебрисы не умели бегать по болотам, поэтому самое большое, что нам здесь угрожало, — комары и мошкара. Ну и, возможно, драконы, но те пока не показывались в небе. Хотя специально для них было доставлено несколько ПЗРК.

На следующий день зачистка квадрата А-33 продолжилась. Наша рота обходила бездну, уничтожая шаставших близ неё тенебрисов. Наткнулись на ещё одну яму. Она разверзлась почти вплотную к первой так, что проход между ними оказался всего шагов сто. Обнаружили очередную колонию, правда поменьше предыдущей. Её тоже защищал страж. Встречались нам и каракатицы, и магнусы, и прочие твари, но бродили они либо поодиночке, либо (это касалось в основном бегунов и бестий) мелкими стайками.

По-прежнему бросался в глаза тот факт, что существ второй стадии здесь было больше, чем обычно. Мега бестии встречались регулярно, четыре раза на нас нападали беллаторы-великаны.

Мы в этот раз не делились на группы, а шли всей ротой, прикрывая друг друга. Атакующие и отдыхающие, как всегда, чередовались. Поэтому встречающиеся существа не представляли для нас большой опасности. Даже относительно сильные твари быстро ложились под массированным ударом магии нескольких владеющих. Но если б сюда пригнали обычное подразделение, где половина — простые солдаты с ружьями, а большинство магов и до старших мастеров не дотягивает, жертвы были бы колоссальные. Мы же за два дня не потеряли ни одного человека.

На следующий день продолжили обход ям. Снова продвижение шло медленно. Местность была сильно пересечённая, постоянно приходилось огибать заболоченные участки или продираться сквозь сухой валежник. Сражались же мы, наоборот, нечасто, хотя ямы чернели совсем близко. Существа как будто закончились.

На третий день наша рота столкнулась с очередным тенебрисом-вождём. Хотели продвинуться ещё дальше, но оказалось, что за ночь существ стало больше, пришлось заново зачищать местность. Уже возле первой колонии начали попадаться мелкие твари, а потом прибежала новая стая, которую сопровождал очередной исполин с булавой.

Пока парни сдерживали натиск более слабых существ, я вырвался вперёд, встретил вождя на подходе и разобрался с ним примерно так же, как и с предыдущим. И точно так же вобрал себя его энергию и остатки силы некоторых других убитых существ. Но капитан торопился отвести роту в лагерь, поскольку сражение всех вымотало, и новой драки кто-то мог не пережить, поэтому времени для поглощения у меня было мало. И всё же прогресс чувствовался.

Вернулись мы в лагерь днём. Рота Трубецкого прибыла чуть позже. И оказалось, что они тоже столкнулись с вождём и тоже уничтожили его, но с одним отличием: они потеряли двоих погибшими, а ещё четверо получили ранения разной степени тяжести, и их пришлось срочно эвакуировать.

Вот так за одно неудачное сражение выкосило почти четверть гвардейской роты. Вроде бы кто-то когда-то обещал, что численность подразделений увеличат, но вместо этого нашему батальону всего лишь добавили ещё одну роту — такую же куцую из двадцати с чем-то человек. Так же, я слышал, был сформирован в дополнении к имеющимся девяти десятый гвардейский батальон, но тот сражался на другом направлении.

Зато следующие вылазки стали значительно легче, количество тенебрисов возле ям уменьшилось в разы, существ второй стадии тоже попадалось меньше, а новые вожди и вовсе не появлялись. Правда, когда мы добрались до очередных ульев, пришлось сразиться с двумя пастырями, каждый из которых вёл за собой небольшую стаю, но эта битва оказалась не столь тяжёлой, как предыдущие.