Ополченец (СИ) - Криптонов Василий - Страница 54

А вот наши дела были — такими себе.

Земляна, самая сильная, выдохлась, ей чёрт знает сколько времени нужно на восстановление. Егор — не многим лучше. Яков встал, но прихрамывает. Н-да, не очень.

— Знак Восстановление Сил вам как-то поможет? — спросил я, глядя на эту троицу.

— Помочь-то поможет, — вздохнул Прохор. — Но он не те силы восстанавливает.

— Мечами махать сможем, — пояснил Егор. — А вот со Знаками на ближайшее время… Не знаю.

— Понял. Ладно, разберёмся.

Я огляделся. Кота нигде не увидел. Не сумел преодолеть Паутину? Или не считает нужным показываться на глаза? Дескать, я вас проводил, а дальше сами? Чёрт его знает. Нужен будет — появится. В этом я почему-то не сомневался.

Повернулся к Егору.

— Ну что? Веди дальше?

Егор развёл руками:

— Дак, некуда вести. Где-то он тут уже.

— Тут? — Я вытащил меч. — А чего же ты молчишь?

— А что говорить?

И правда. Подумаешь, колдун где-то тут. Весьма вероятно, что прямо на меня сейчас смотрит.

— Ох, тяжко мне, — объявил вдруг Никодим. Взялся за грудь и покачнулся. — Вернуться бы в оплот…

— Тяжко, — подтвердил Яков. И стиснул руками виски.

А Захар даже ничего не сказал. Побледнел и молча осел на землю.

Я открыл было рот — уточнить, что происходит — и вдруг сам ощутил, как меня словно придавило. Тяжёлым, гнетущим чувством. Зовущим бежать отсюда прочь без оглядки.

Чёрт его знает, что там в усадьбе происходит, пока мы тут прохлаждаемся. Тут, может, и колдуна-то никакого нет. Его ведь никто не видит. Может, он смылся уже? Увидел, как лихо мы расправились с медведями, и зассал? Свалил куда-нибудь подальше — например, в другую губернию? И будем мы тут бродить до ночи, разыскивая чёрную кошку в тёмной комнате. Которой в этой комнате нет.

А в усадьбе — вдруг снова упырь? Или кикимора? Или ещё какая пакость? А у нас там, между прочим, женщины. И даже дети…

— Мяу!

У моих ног снова образовался кот. И его голос словно отрезвил.

«Колдун силён колдовским убеждением, — вспомнил я строку из справочника. — Врёт, запугивает, морок наводит».

О том, что для наведения морока колдуну вовсе не обязательно показываться на глаза тому, на кого он наводится, в справочнике не было ни слова. Ну да ладно, спасибо хоть за эту информацию.

— Это морок! — крикнул я. — Держитесь! Не поддавайтесь!

И использовал новое умение — скастовал Защитный круг. Благо, все охотники успели сбиться в кучу.

Сработало. Никодим встряхнул головой и грозно сдвинул брови. Прохор вытащил меч. А сидящий на земле Захар обалдело захлопал глазами.

— Братцы! Это что сейчас было? Я такого ужаса натерпелся…

— Подожди, — ободрил я, — это только начало. Доспехи! Надели, быстро! — и сам облачился в усиленный доспех. Он же — Панцирь.

А кот вдруг выгнул спину и зашипел.

Шерсть встала дыбом, зелёные глаза как будто засветились. Смотрел кот прямо перед собой. На три ели, стоящие чуть в стороне от других деревьев. С густыми, свисающими до земли лапами.

— Это морок, — подтвердила Земляна. Она смотрела туда же, куда и кот. — Ну, держись, тварь!

С этими словами охотница рванула к елям. Но выхватила на ходу почему-то не меч, а платок из прозрачного света, которым очищала одежду.

Судя по тому, что никто не рявкнул вслед: «Стой, дура!», Земляна знала, что делает. Но ей не хватило буквально шага. Девушку будто ударили в грудь невидимым тараном.

Земляна полетела на спину — в последний миг успев бросить вперёд платок. Прозрачное свечение коснулось густой хвои. И ели пропали.

Вместо них мы увидели… Не избушку из сказок, нет. Крепкую, добротно срубленную избу. Никаких тебе куриных ножек — массивные брёвна, крепкая дверь, крыша с трубой. Одна фигня — в избе не было окон. Ни одного.

Я бросился к Земляне. Она лежала без чувств, но дышала. Не знаю, какого уровня её доспех, но вложенные в него родии себя определённо оправдали.

— Останешься с ней, — приказал я Захару. — Ищи там в своих кульках, чем помочь. Головой за неё отвечаешь. Остальные — за мной!

Мы бросились к избе. План захвата я придумал на бегу. Стены избы выглядели серьёзно, дверь тоже. Окон нет. А вот на крыше — связки соломы, уложенные плотными рядами. Солома — не бревно. А значит, шансы есть.

— Егор. Можешь взлететь на крышу?

— С тобой? — мгновенно понял Егор.

Я кивнул. Приказал остальным:

— Бейте в дверь что есть силы. Пусть эта тварь на два фронта работает.

Охотники бросились к крыльцу. А мы с Егором взлетели и приземлились на крыше.

— Больше я так не смогу, — оседая на солому, выдохнул Егор. — В последний раз получилось.

— Никаких мне последних разов! — одёрнул я. — Накаркаешь! — и долбанул Ударом по соломе под ногами.

Переборщил. Вынес больше соломы, чем нужно. И мы с Егором провалились внутрь, в избу.

Сгруппироваться я успел. Удар от падения погасил перекатом и тут же вскочил на ноги. Выхватил меч.

Источник света, по счастью, принёс с собой — пролом в крыше. Иначе бы вовсе было темно, хоть глаз коли. А так я успел заметить движение. Колдун метнулся за печь, которая стояла посреди избы. Здоровенная печь, с лежанкой и всеми необходимыми приблудами. Та, за которой я двадцать лет пролежал, была не такая модная.

Интересно, нахрена колдуну печь? Он ведь, если не ошибаюсь, человеком быть перестал? Или нечисть тоже мёрзнёт?

Задать вопрос я не успел. Из-за печи шарахнуло. Не по мне — по Егору. Который, ослабленный повторной левитацией, пытался подняться с пола. По этому самому полу он и проехался на боку до стены. Врезался в неё и затих.

Угу. И их осталось шесть. Пять из которых — снаружи, лупят Ударами в дверь. Та вздрагивает, но не поддаётся. То есть, я могу рассчитывать только на себя.

— Твой товарищ ещё жив. — Голос раздался как будто со всех сторон сразу. Ориентироваться на звук было невозможно, а фигуру колдуна от меня скрывала печь. — Если я ударю ещё раз, он умрёт.

— Так почему же не ударяешь?

Я высматривал противника, но постоянно видел только его тень, либо чёрный силуэт. А вот появились горящие жёлтым глаза. И ещё этот голос, прямо всверливающийся внутрь черепа.

— Хочу сохранить жизнь ему и тебе. В обмен на жизни тех, кто бьётся снаружи. Если ты не помешаешь мне их убить, вас двоих я отпущу.

— Обещаешь, что отпустишь? — прикинулся заинтересованным я.

— Клянусь! — В голосе зазвучало самодовольство. Понятное дело, что отпускать этот урод не собирался никого из нас. Просто радовался тому, как легко удалось меня обдурить. — Подойди к двери и отодвинь засов.

— А точно отпустишь? — Мне требовалось несколько лишних секунд, чтобы оценить обстановку.

— Да, да! — В голосе колдуна прорезалось нетерпение. — Открывай!

— Окей.

Я двинулся к двери. И даже откинул засов. А в следующую секунду резко обернулся и метнул кинжал. Теперь я знал, куда целиться — в то место, откуда будет удобно бить колдуну. Так, чтобы разом уничтожить охотников.

Урона кинжал не нанёс, колдун просто отмахнулся от него, как от мухи. Но я на урон и не рассчитывал. Всё, что мне было нужно — убедиться, что правильно вычислил, где засела эта тварь. Я не ошибся.

Печь стояла посреди избы, и лупить по двери, находясь за ней, было бы неудобно из любого положения. Колдун принял стратегически верное решение — когда я пошёл к двери, оказался на печи. Единственное, в чём ошибся — недооценил меня.

За ту долю секунды, что колдун отмахивался от кинжала, я бросился к печи. Взлетел по ступеням к лежанке и рубанул мечом.

В удар вложил всё, что мог — и собственную силу, и ту, что обрёл меч. Истошный визг подтвердил, что пять родий он впитал не зря. Был бы колдун человеком, уже бы откинулся — я снёс ему голову.

Но колдун человеком не был. Голову он придержал руками, приставил обратно к шее и спрыгнул с печи на пол. В момент, когда ноги колдуна коснулись пола, на шее осталась лишь тонкая линия шрама. В полёте колдун развернулся и атаковал меня заклинанием. По сути, тем же Ударом, которые использовали мы, только более сильным.