Шелихов. Восхождение (СИ) - Базаров Евгений - Страница 23

Его жена и сын с супругой, разбились в автокатастрофе. Дедушка оформляет опекунство…

Так… Дальше…

Занимает должность налогового инспектора. Официальный доход — средний. Во взятках замечен не был. Закон не нарушает, от налогов никого не отмазывал. Слабый одарённый, внучка уже сейчас проявляет таланты по управлению водной стихией. Её покойная мать Иванова Лариса Викторовна, в девичестве Щербатова из мелкого дворянского рода, Щербатовых. Её дед, отличился в турецкую компанию, даже был награждён орденом из рук самого императора. Так — так, а почему девочку не забрали Щербатовы?

Все-таки слабосилку сложно будет обучать и воспитывать сильную владеющую.

Нужно пообщаться с Щербатовыми под предлогом того дела, о дтп.

Второй:

Топ-менеджер, Остроухов Владимир Петрович, тридцать пять лет. Силой не владеет. Работает в дочерней английской компании. Должность — топ-менеджер, под его рукой, петербургская ветка организации. Компания, занимается грузовыми перевозками по миру.

Холост. Любит бегать по утрам по набережной. Состоит в клубе любителей кошек. Дома живут два мейнкуна.

Девушки, или постоянной подружки не имеет. По выходным ездит к родителям в область. Отец на пенсии, бывший военный.

Оба на! А клиент-то, интересный!

С апреля по май этого года, находился в оперативной разработке по линии ОБЭП.

В мае, с оперативного учёта снят. Причина постановки на учёт и снятия с учёта в деле отсутствуют. Интересно, с чего бы это?

Почему сняли с учёта? Ничего не выявили, или некачественно опера отработали? Нужно будет уточнить.

Третий:

Лопухов Александр Макарович шестьдесят пять лет. Профессор кафедры теоретической физики и математического моделирования. Директор обсерватории, кандидат физико- математических наук.

Собственно, это всё, что было в деле на Александра Макаровича. Значит, будем копать глубже.

Так, а почему отсутствуют их объяснительные?'

Капитан взял телефон.

— Кузнецов? Басаргин на проводе. Вы вчера гоняли с ОМОНом сектантов в катакомбах. Кто брал объяснительные у задержанных? То есть, как не взяли? Кто позвонил? Даже так? Интересно! Да понял, между нами.

'Хм, генерал — лейтенант Сабуров. А ты-то тут, каким боком?

Так, а теперь основное — неудавшаяся жертва ритуала. А жертва, сейчас находится в больнице…'

Прикрепив на стену фотографии всех троих фигурантов, Басаргин отошел от стены и внимательно всмотрелся в их лица.

'Ну вот что может быть общего, у топ-менеджера, профессора и госслужащего?

И каким боком в эту схему, вписывается пока еще неустановленная девушка? Она сама согласилась на ритуал? Идейная? Или обманутая простушка?'

Басаргин почесал затылок и оглянулся на вломившегося в кабинет без стука, Жукина.

— Тебе чего, Жукин?

— Кость, тебя там Курагин на ковер требует.

— Понял, уже иду.

Захватив папку с кое-как составленным отчетом, Басаргин щелчком пальцев выключил свет и закрыв кабинет на ключ, отправился к подполковнику.

В приёмной сидела Мариночка. Красивая и недосягаемая девушка. Недосягаемая потому, что никто, не решался переходить дорогу, грозному начальнику седьмого отдела. Но любоваться на красоту, было можно сколько угодно.

— У себя? — улыбнувшись девушке, кивнул на дверь, Басаргин.

— Ждет. Погоди секунду, я доложу, — Мариночка нажала пальчиком на кнопку селектора и грудным голосом, проворковала, — Михаил Викторович, к вам капитан Басаргин.

— Пусть войдет, — раздался приглушенный голос Курагина. — Марина организуй нам два кофе, пожалуйста…

Не дожидаясь конца фразы, капитан открыл дверь и вошел в кабинет шефа.

— Заходи, заходи.

— Вот, — положил капитан на длинный стол папку с отчетом и подтолкнул её в сторону шефа. Прокатившись по полированной поверхности стола, папка оказались в руках у Курагина.

— Ты что, капитан, хоккеист что ли? Не мог в руки подать? — нахмурился Курагин.

Подполковник открыл папку и стал внимательно изучать вложенный в неё отчёт.

— То есть, ты считаешь, что это не отдельные события и в них просматриваются системные признаки?

— Не совсем, товарищ подполковник. То есть, косвенные системные признаки конечно присутствуют, но составить коррелятивную схему, мне пока не позволяет, отсутствие дополнительной информации. Как только я эту информацию получу, я смогу составить схему взаимосвязей фигурантов и происходящих вокруг них системных событий.

— Ну и что конкретно ты хочешь выяснить? Почему здесь нет плана оперативных действий? — постучал по папке пальцем, Курагин.

— Мне необходимо посетить места работы фигурантов, поговорить с их коллегами и взять с фигурантов объяснительные по поводу их задержания.

Кроме того, мне необходимо ознакомиться с результатом работы волхвов по поводу возможности реконструкции, прижизненного облика погибшего жреца.

И наконец, мне необходимо получить информацию, по поводу личности потерпевшей.

— Вот наговорил! — замахал руками подполковник. — За год не разгребешь. На вот, возьми один адресок. Это адрес моего старинного друга, очень между прочим, умный человек, глядишь, чего и подскажет.

— Понял, разрешите выполнять!

— Иди уже, Басаргин! Отчет жду завтра вечером! И что б приложил план оперативных мероприятий!

До больницы в которой находилась потерпевшая, капитан добирался пешком. Выдался тёплый день, да и пробки не дали бы возможности оперативно передвигаться по городу.

Но выйти к главному входу больницы капитану не удалось, поэтому потратив еще минут двадцать на обход всей территории, чтобы найти вход в главный корпус, он наконец постучал в окошко регистратуры.

— У нас обед, — прокричали изнутри.

— Капитан Басаргин, седьмой отдел.

Послышалось шушуканье.

— А удостоверение есть?

— А на пятнадцать суток за препятствие сотруднику седьмого отдела? — передразнил он.

— Ой!

— Меня интересует девушка, поступившая в наркотическом состоянии, сегодня.

— А, эта… Так она пришла в себя, ваша чокнутая.

— Какая палата, почему чокнутая?

— Потому что, кидалась на всех, от обследования отказалась, все бумаги подписала и ушла.

— Как ушла⁈

— Ногами, это точно.

— В кабинет главврача проводите!

Маленькая, полненькая девушка выкатилась из двери регистратуры и катясь впереди, показала дорогу до кабинета главврача, и так же спешно укатилась.

Секретарь только и успела прокричать, что главврач сейчас занят.

Но Басаргин уже толкнул дверь, и ввалился просторный кабинет главврача.

За столом сидел мужчина средних лет и что-то активно подписывал.

— Вы кто, позвольте спросить?

— Капитан Басаргин, Константин Олегович, седьмой отдел.

— По какому вопросу?

— По поводу девушки, что поступила сегодня к вам. Потом придя в себя, она написала отказ и покинула больницу.

— Позвольте, у нас здесь не тюрьма. Мы не можем удерживать человека насильно, против его воли. Это скорее ваша прерогатива.

— Я хочу увидеть документ об отказе.

— Вам нужен Петров, он её осматривал, и он же принимал от неё отказ в письменной форме. Мария Михайловна, — нажал он кнопку селектора, — Юрий Геннадьевич ещё не ушел?

— Нет, Захар Викторович, он в ординаторской!

— Попроси его зайти срочно и пусть захватит документы по отказной! Константин Олегович, может чаю?

— Петрова с документами! — рявкнул на главврача, Басаргин.

Дверь распахнулась и в кабинет вошел молодой человек лет двадцати пяти, со скрученными в трубку, листами бумаги.

— Вот, пожалуйста, Петров Юрий Геннадьевич. А это, Константин Олегович, седьмой отдел. Он по поводу сегодняшней отказницы.

— А что тут говорить, пришла в себя. Давление, пульс, всё в норме. Не на что не жалуется. Предлагали пройти обследование, отказалась, начала скандалить. В итоге подписала отказную и ушла, сама.

— Где её карта и отказной лист?

— Вот, — положил парень бумаги на стол. — Тут и карта больной, то что успели провести по анализам и её отказная.