Десять тысяч стилей. Книга одиннадцатая (СИ) - Головань Илья - Страница 38

– Именно. Мы хотим убить Императора, – прямо заявил самурай.

«Вот так открыто?», – удивился Ливий. Хироюки ничего не скрывал, и это дало свои плоды.

– Ха, а ты умеешь интриговать! Самурай, который говорит об убийстве Императора так нагло. Мои умения? Допустим. Неужели я похож на сумасшедшего, кроме как своей прической, а?

– Немного похож, – вновь открыто заявил Хироюки. – Дело стоит того. У нас есть поддержка и план. Да и разве ты не знаешь, кто сейчас отвечает за охрану дворца?

Хорошо информированный Сорока не знал.

– И кто же?

– Мудрец Бескрайнего Моря.

«Тот самый, который обозвал Сороку сорокой?», – удивился Ливий. Хироюки знал, на что давить.

– Думаешь, я так сильно хочу поквитаться с ним? Заманчивое предложение, но нет! Хотя… Эй, ты! Второй! Как ты смог проигнорировать мой Барьер Змея Бесконечности?

Ливий в ответ пожал плечами, а Хироюки, видя интерес Сороки, сказал:

– Ну, если он смог противостоять чарам Эцуко, то нет ничего удивительного.

– Мой барьер сильнее, чем колдовство этой лисицы! – вспылил Сорока. – Хорошо, я заинтересован! Но я не стану ввязываться в это дело, пока не увижу план. С поддержкой и так все понятно.

– Почему?

– Сегун, кто еще, – хмыкнул Сорока. Хироюки посмотрел на Ливия, и Волк лишь улыбнулся. Если он догадался, то уж местный мудрец – и подавно.

«Интересно, куда дальше? Неужели к Сегуну?», – думал Ливий, глядя на то, как Сорока смешно оглядывается по сторонам. Мужчина бросал взгляды на деревья и небо – не так давно рассвело, и несложно было понять, что Сорока собирает какую-то информацию.

– Мне надо поесть! Недалеко есть хороший постоялый двор! – внезапно заявил он.

Ливий и Хироюки переглянулись. Им не хотелось светиться лишний раз, но другого выбора не было.

Постоялый двор и правда стоял не так уж далеко – всего в пяти километрах. Место было удачным: владелец построил постоялый двор в небольшом поселке прямо у дороги, да так, что и до речного порта было рукой подать.

Сорока выбрал столик в углу.

– Свинину, полторы порции. И зеленый чай!

«Раз пришли, то стоит поесть», – подумал Ливий и заказал себе лапшу с говядиной. Хироюки поступил так же, добавив к заказу приличный кувшин саке.

– Будешь? – спросил самурай у Сороки.

– Мешает думать, – ответил тот. И речь шла не об опьянении: само распитие алкоголя расслабляет, настраивает на другой лад, несовместимый с остротой мышления.

На постоялый двор вошел мужчина в аккуратной одежде путешественника, под которой с трудом проглядывалась тонкая кольчуга. На одном бедре висел меч, а на шее болтался медальон известной торговой гильдии.

– Он не торговец, – неожиданно сказал Сорока так тихо, что даже идущие не услышали бы за соседним столиком.

– Тогда кто же? – спросил Хироюки, попивая саке с рюмки. На лице самурая проступило блаженство, ведь ему удалось отдохнуть душой.

– Императорская ищейка.

Расслабленность Хироюки как ветром сдуло. Нет, он почти не поменялся в лице, но мышцы стали тверже, а взгляд – четче.

– Почему ты так думаешь? – спросил самурай, пытаясь увидеть во внешности путешественника хоть какую-то подсказку.

– Не туда смотришь. Ищейки хорошо изображают обычных людей, но они не могут в них превратиться, – хмыкнул Сорока. – Сейчас он закажет бульон и хризантемовый чай.

– Бульон без лапши и хризантемовый чай, – послышался голос путешественника.

Хироюки и Ливий уставились на Сороку.

– Привычки, – ответил он. – У них принято пить хризантемовый чай между тренировками, а твердую пищу они едят только раз в трое суток.

– Про последнее слышал, – медленно кивнул Хироюки.

Довольно хмыкнув, Сорока стал жадно есть мясо. Ему нравилось рассматривать людей, разгадывая их истинную суть. То и дело Сорока посматривал на Ливия. Если остальных он «раскалывал» с легкостью, то Волк ему совсем не давался.

За столом ищейка просидел полчаса, медленно попивая чай. Он, как и Сорока, изучал окружение. Его взгляд наткнулся и на столик в углу, но ищейка будто искал кого-то другого. Когда чая не осталось, он вышел из постоялого двора.

– Ваше сопротивление превратилось в проблему, – сказал Сорока. – Пока у вас получается скрываться. Не затягивайте с делом.

Хироюки кивнул. Даже он, идущий на уровне Великого мастера, не мог говорить так же тихо, как Сорока.

«Он не выглядит сильным. Но у него много полезных навыков. Только то, что может пригодиться. Его иллюзорный барьер был хорош. И эта техника, с помощью которой он говорит так тихо. Могу повторить, принцип понятен», – думал Ливий. Сорока показывал себя отличным специалистом. Но насколько ему можно было довериться, Волк пока не знал.

Поев, они втроем вышли с постоялого двора. Ливий вновь поймал взгляд Сороки, поэтому решил спросить прямо:

– Что думаешь?

– Ты не местный. Лицо, скорее всего, накладное. Тело сильное и хорошо развитое – боевыми искусствами занимаешься долго. Не из знати. Думаю, ты из Централа. Верно?

– Верно, – кивнул Ливий. – И что об этом говорит?

– Рост, но это была догадка, – кивнул Сорока. – Да, в чужаках я разбираюсь плохо, Ли Волк.

Хироюки и Ливий остановились.

– Откуда ты знаешь?

– Не так часто уничтожают самурайские отряды. Чиновник пятнадцатого ранга Ли Волк, а вместе с ним – Хироюки Тайфу, последний из рода Тайфу. Догадаться несложно, пусть вы оба и сменили внешность. Кстати, еще Тэннодзу догадался, что у тебя фальшивое лицо, Хироюки Тайфу, но не придал этому значения. Таких хватает.

– Вот как… Совершенно верно, – кивнул Хироюки. – Именно поэтому мы искали тебя, Сорока.

Через неделю Ливий, Хироюки и Сорока добрались до убежища в горах. Мудрец был идущим, но не таким сильным, как Ливий и Хироюки, поэтому не мог путешествовать слишком быстро. Зато дорогу он подбирал идеально, а когда на пути попадался патруль, Сорока ловко сводил на нет любые подозрения. У Ливия и Хироюки даже редко проверяли знаки.

– Ты и вправду его привел, – удивилась Кономи, стоило ей увидеть Сороку.

В убежище была только девушка-механик. «Другие тоже заняты делом», – подумал Ливий.

– Рассказывай план, – сказал Сорока, лениво оглядываясь по сторонам.

Хироюки ничего не ответил. Вместо этого он принес бамбуковый цилиндр, открыл его и достал оттуда большой лист толстой бумаги. Его Хироюки развернул и положил на стол перед Сорокой.

«Обычный план города. Большого города. Это огромное здание, видимо, дворец. Значит, столица», – подумал Ливий, глядя на план.

Самурай указал пальцем в одно место.

– Здесь.

Ливий ничего не понял, чего нельзя было сказать о Сороке. Глаза мужчины загорелись, как у человека, обнаружившего клад.

– Понятно. А в этом есть смысл! Ха-ха. Ха-ха-ха!

Сорока громко хохотал, а его хохот эхом отражался от сводов огромной пещеры. Кономи лишь вздохнула, в то время как Хироюки улыбался.

– Я точно в деле, – сказал Сорока, закончив смеяться. – Но нужно время. И люди.

– Все будет, – кивнул Хироюки. – Послушай, Сорока. Насчет секретности…

– Не все люди из сопротивления знают, в чем суть плана? Я уже все продумал. Каждый будет знать только свою часть плана, поэтому, даже если кто-то предаст или попадется, он не сможет раскрыть всего.

С этого момента Сорока у Речки брал разработку деталей плана на себя. Но если Хироюки Ливий доверял, то чудному мудрецу – пока нет.

«А ведь я думал, что план – это о действиях. Оказалось, что это буквально… план», – подумал Волк и спросил:

– Меня ты не просветишь, да?

Хироюки кивнул.

– Я тебе доверяю, но все должны быть в равных условиях. Может, Сорока и мне что-то не скажет.

– Обязательно не скажу, – хмыкнул тот.

– Ладно, понял, понял, – махнул рукой Ливий. – Что будем делать дальше?

– Отыщем остальную часть команды. Мозг у нас уже есть, но рук не хватает. А особенно нам не хватает ног, – загадочно улыбнулся Хироюки.