Десять тысяч стилей. Книга одиннадцатая (СИ) - Головань Илья - Страница 25

– Сначала нужно найти тех, кто видел центральца, – сказал Ливий. – Он должен был появляться в Канэракку. Чем больше информации, тем лучше.

– И то верно.

Канэракку сильно отличался от других городов империи. Люди были проще, на законы смотрели сквозь пальцы. Не было ни великих кланов, ни самураев. Нет, формально они здесь числились, но редко появлялись на улицах и в дела местных не лезли.

Люди зарабатывали тяжелым трудом. Лесоповал, рыбалка, охота – основа местной жизни. Как исключение – купальни с горячими источниками. Если бы не они, то в город вообще не приезжали бы чужаки, а так сюда порой заглядывали чиновники, самураи и члены великих кланов, но надолго никогда не задерживались. В Канэракку решительно нечего было делать.

– Сейчас или вечером? – спросил Хироюки, вытираясь полотенцем.

– Сейчас.

Собирать слухи нужно уметь. Можно сделать это днем, когда людей меньше. Так тебя обязательно запомнят, зато есть возможность спокойно поговорить с работниками, у которых смена только начинается. Вечером такой возможности нет, зато людей становится больше. В пьяных разговорах можно услышать немало полезного, зато присесть на уши тому, у кого язык не заплетается, становится сложнее.

И за два часа Ливий выяснил о центральце все, что знали горожане. А знали они немного.

– Подведем итог. Централец был. Самураи в городе в двух днях отсюда на юг хотели его проверить, но он их с легкостью раскидал. Пришел в Канэракку на три дня, ходил в купальни, пил саке, пока не прибыл самурайский отряд. Снова разобрался со всеми и ушел в горы. Больше его никто не видел. Ходили слухи, что охотники видели его десять лет назад – одинокий мужчина, который или стоял на горных вершинах, или прохаживался по снегу, не проваливаясь в него. Еще тот рассказ охотника о том, как на него напал Полосатый медведь-убийца, людоед с огромным телом, которого в последней момент убил неизвестный мужчина и сразу исчез. Произошло это восемь лет назад.

– Да. Что делать будешь? – спросил Хироюки.

– Отправлюсь в горы. Сам.

– Сам? Уверен?

– С горами я на «ты», – улыбнулся Ливий. – Не знаю, сколько времени это займет, но если централец еще здесь – я смогу его отыскать.

Самурай не стал отговаривать Волка. Сам – значит сам. Тратить время зря Ливий не стал. Через десять минут он покинул Канэракку и оказался в заснеженных горах.

В отдаленную горную деревню вошел человек. Плащ плотно облепил снег – метель закончилась всего полчаса назад. Гостей здесь не ждали, и когда из снегопада вышел человек, охотникам оставалось только удивленно уставиться на него.

– Кто вы? – спросил мужчина, крепко сжимая древко копья.

– Просто путник.

– Вы к нам по делу?

– Ищу центральца, что ушел в эти горы десять лет назад. Знаете что-то?

Свои слова Ливий подкрепил монетой. Поймав ее, охотник задумчиво посмотрел на металл и сказал:

– Только слухи.

«Совсем немного», – подумал Ливий, когда охотник рассказал все, что знал.

Искать одного человека среди гор – все равно, что искать иглу в стоге сена. Ливий хорошо понимал, как много времени могут занять поиски. И все же он был идущим, а не обычным человеком.

Деревня охотников была уже третьей – и последней из тех, которые торговали с Канэракку. Как и ожидалось, местные промысловики знали о загадочном центральце больше, чем горожане.

Его видели и восемь, и семь лет назад. Иногда он убивал диких животных, но чаще всего центральца видели издалека. С людьми он не разговаривал, хотя язык отлично понимал. Выслушав все слухи, Ливий примерно вычислил ареал обитания центральца. Но этого было мало – слишком давно он пропал.

– Может, он разговаривал с вараями, – сказал охотник нерешительно.

– Вараи?

Ливий впервые слышал такое название. В прошлых деревнях никто не упоминал вараев.

– Они живут высоко в горах. Маленькая деревня, человек тридцать, - объяснил охотник, указав рукой нужное направление. – Они ни с кем не торгуют, даже от нас держатся подальше. Говорят, вараи ушли в горы еще двести лет назад, чтобы спастись от гнева Императора.

– Вот оно что. Спасибо.

«А мне казалось, что Император добрался даже до дальних уголков своей империи. Да, чиновники и самураи не бывают в охотничьих деревнях, но формально власть же есть? Видимо, эти вараи забрались совсем уж далеко. Ради пары десятков человек гнать отряд самураев глубоко в горы никто бы не стал», – думал Ливий, быстро продвигаясь вперед.

Сначала стоило отыскать вараев. Небольшая деревня – это не один человек. Даже если людей мало, им все равно приходится искать дрова и пропитание.

Через два дня Ливий нашел деревню.

Как и сказал охотник, она действительно была маленькой – всего шесть домов. Если в промысловой деревне охотники удивились, то встреча с Ливием ввела вараев в состояние ужаса.

Навстречу вышел староста. На вид старику давно перевалило за восемьдесят. Весь укутанный в шкуры староста медленно шел к гостю – в руках старика не было никакого оружия, да и к чему оно? Если гость пришел с недобрыми намерениями, преодолев даже горы, отбиться от него вряд ли выйдет.

«Не боится», – подумал Ливий. Староста «свое отжил». Он не боялся смерти и надеялся, что сможет отвести беду от деревни, пусть даже ценой жизни.

– Что вам надо? – спросил старик на ломанном восточном.

«Ого, видимо, у них есть свой язык, а на восточном почти не говорят», – удивился Ливий и сказал:

– Я ищу чужеземца. Он пришел в горы десять лет назад. Одинокий мужчина, очень сильный.

Вараи не торговали с охотниками. У них не было нужды в деньгах, но Ливий принес с собой нужную валюту.

Под ноги старосты Волк кинул небольшой кожаный мешочек. Подняв его, старик развязал веревку и заглянул внутрь. Взгляд старосты изменился.

Больше он не видел в чужаке врага. Нет, он все еще опасался и только и ждал, когда Ливий уйдет восвояси, но теперь староста хотя бы знал, что с чужаком можно разговаривать. Информация в обмен на товар: даже торговые отношения – уже отношения. И не стоит их портить.

В мешочке были пряности. Достойно оценив товар, староста кивнул.

– Да, был чужак, – сказал он, тщательно подбирая слова. – Семь лет прошло. Плохой человек. Убивал медведей.

– Медведей?

– Они хранят наше селение. Духи-защитники. Он не знал, убивал их, – пояснил староста. – Давно не видел. Жил у горы Азан.

Пальцем старик показал на горную вершину. Она не была высокой, но находилась даже дальше, чем поселение вараев.

– Спасибо, – кивнул Ливий.

В ответ староста сказал что-то на своем языке. И пару слов Ливий даже смог понять:

«Возвращайся. Никогда».

Отвечать Волк не стал. Наречие вараев напоминало северные языки. Либо предки северян когда-то жили в Империи Красного Солнца, либо, что куда вероятнее, группа северян давным-давно переселилась сюда, на Восток. И эти люди не смогли найти общий язык с Императором.

Через три дня Ливий отыскал пещеру.

Пришлось обойти всю гору. Разыскивая центральца, Волк пытался почувствовать хоть что-то. Увы: казалось, что в округе нет ни одного идущего.

Пещеру Ливий нашел почти случайно. Никаких потоков яри: Волку просто удалось заметить зияющую дыру в скале, прикрытую развевающимися на ветру медвежьими шкурами.

– Здравствуйте. Меня зовут Ливий, я – из Централа. Мы можем поговорить?

Ответа не последовало.

– Я зайду?

Вновь тишина. Не стоило соваться к сильному мастеру без спроса, но что еще оставалось? Откинув медвежью шкуру, Ливий шагнул в пещеру.

Никто и не мог ему ответить. Прямо посреди пещеры в позе для медитации сидел золотой скелет, глядя на вошедшего Ливия пустыми глазницами.

– Вот оно что. Выходит, вы нашли здесь последний приют, – сказал Волк с легким вздохом.

Глаза скелета загорелись. Кости окутало свечение, и перед Ливием появился образ человека.

Мужчина с острыми скулами и короткой бородой глядел немного угрюмо и в то же время проницательно. Жизнь покидала хозяина пещеры. Свое последнее послание он записал как раз перед тем, как испустить дух.