"Фантастика 2024-84". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Мишин Виктор Сергеевич - Страница 118

Тиберий лениво скосил взгляд на часы. Пора было собираться.

Придется почтить своим присутствием сборище дорогих союзников, немалое число которых он считал главными виновниками множества бед. Снова нахлынула злоба.

Затянув галстук парадного мундира, он вызвал адъютанта и осведомился, где остальные.

— Женщина уже здесь, — отрапортовал офицер. — Ваш отец и брат должны подойти.

— Пусть заходят по мере готовности, — усмехнулся Тиберий.

Он был уверен, что пресловутая женщина — это Регина или Ира, потому что адъютант наверняка знал Карин в лицо и назвал бы «полковник де Маурисио». К его удивлению, в кабинет вошла Хуррам. Видеть ее в качестве жены неизвестного борга было больно, и Тиберию пришлось постараться, выдавливая приветливую улыбку.

— Извини, но ты немного не вовремя, — проговорил он. — Мы сейчас должны отправиться на церемонию.

— Знаю, — сказала Хуррам. — Ваш отец назначил меня шеф-редактором информационной службы и поручил осветить это событие.

— Хороший выбор…

При корпорации, которую они создавали, планировалось открыть медиаслужбу для вещания на все обитаемые миры. Хуррам, с ее радикальными взглядами, вполне подходила на должность рупора идей Мандрагора-Лазарева.

Девушка снова выглядела сконфуженной и порывалась что-то сказать, но ей помешали остальные Мандрагоры: Деметрий с Региной, Камилл с Карин и Маврикий с Ириной.

— Все в сборе, — резюмировал глава семьи. — Тиберий, ты чего такой мрачный?

— Предвкушаю, как выскажу подонкам все, что думаю о них.

Ухмыльнувшись, Деметрий сказал одобрительно:

— У тебя должно получиться. — Он добавил, обращаясь к молодежи: — Если моего старшенького прорвет, он такой скандал может закатить — выруби свет, убейся об переборку… ну, пошли. Открывай дорожку.

Одна из стен кабинета превратилась в плоскость телепортации, сквозь которую был виден памятный салон «Вельзевула». Хуррам замешкалась, и Тиберию пришлось вести ее под ручку.

— Как супружеская жизнь? — спросил он из вежливости.

Дико поглядев на него, Хуррам буркнула:

— Не было свадьбы. Ты же сам предупреждал… В общем, этого придурка тайная полиция ко мне подослала. Я нашла документы, когда просматривала их архивы. Показала горе-женишку его отчеты, а он ничуть не смутился, даже поинтересовался: дескать, не могла бы я замолвить за него словечко перед новой властью.

— Ты умеешь выбирать женихов, — ледяным голосом произнес мстительный астроевразиец.

Не прочувствовав драматичности момента, она вдруг развеселилась.

— Я и скандалы умею закатывать. — Хуррам самодовольно хохотнула. — Этот гад вылетел из нашего дома, как ракета на сверхсветовой скорости.

— Сверхсветовых ракет не бывает, — машинально поправил ее Тиберий. — И вообще пора забыть о сверхсветовых путешествиях. Это анахронизм.

Поддерживая девушку под локоть, он вошел в салон флагманского линкора.

Хватило беглого взгляда, чтобы понять: среди победителей нет единства. Представители Тау и Центавра держались тесной дружной группой. Чуть в стороне собрались отдельной компанией военные и политики Фомальгаута, а также земляне — Центральная Зона почему-то всегда претендовала на особую роль. Наконец, третью группировку составил пестрый конгломерат Внешних Зон: Сокольский и принц Омар — оба с женами-красавицами — и адмиральская свита из не самых именитых флотоводцев вроде Катранова и Донгарова. Между этими территориально-политическими блоками непринужденно фланировали Сузуки, Икланд, Лазарев и другие посланцы Семпера.

В момент появления Мандрагоров почтенная публика благосклонно внимала Долговязому Зогу, который произносил тост:

— …уверен, что такие же сомнения посещали многих из вас. Смогли бы мы выиграть сражение без помощи флотов Земли и Северной Республики, без телепортации Мандрагора? Не сомневаюсь, что победа все равно была бы нашей, но большая часть кораблей погибла бы в сражении с настианским флотом, остальных же ждала гибель при штурме крепостей-астероидов.

Эйфория от успешно выполненной миссии сделала великого флотоводца сентиментальным, и Зог предложил выпить за единство и союз всех благородных людей, сумевших переломить ход истории, возродить великую сверхдержаву и открыть человечеству новые горизонты. Все охотно осушили бокалы, а тем временем пришло сообщение с эскадры, блокировавшей Венеру: высадка десанта происходит без осложнений, основные объекты заняты, проводятся плановые аресты, Фронт Возрождения начал формирование новой администрации.

Неожиданно заговорила Мадина Газават — дама, судя по всему, решительная, умная и амбициозная. Супруга тюрбанского губернатора напомнила, что в новой Федерации соединятся десятки планетарных цивилизаций со своими особыми культурами и что нужно будет очень деликатно налаживать контакты между мирами.

— Ужасная женщина, у нее слишком много идей, — с притворной дрожью в голосе пожаловался генерал Смерть. — Отцы-командиры, придумайте для нее министерство внутренней дипломатии, чтобы моей жене было чем заняться в ближайшие полгода.

— Великолепная идея, — заметил Асгардов. — Но почему всего полгода? На этом посту принцесса могла бы принести много пользы и подольше.

Отмахнувшись, Омар выразил робкую надежду: мол, рождение наследника заставит Мадину хоть на время забыть о политике.

— Каков негодяй! — ласково пропела принцесса, нежно целуя мужа.

Семейная идиллия тюрбанцев окончательно взвинтила Тиберия. Раздражала Хуррам, которая веселилась от души, не забывая собирать материалы для сенсационного репортажа. Раздражали сообщения с Земли, где гарнизоны, мегаполисы и континенты наперегонки докладывали о готовности признать власть военной хунты. Раздражали довольные рожи великих вождей флотов и армий, принимавших капитуляцию прародины человечества.

В довесок к прочим фрустаторам Хуррам простодушно поинтересовалась, не намерен ли он обзавестись нормальной семьей. Уж кто бы спрашивал!

От преждевременного взрыва его удержал лишь любопытный диалог между командиром и вторым помощником «Вельзевула».

— …я тогда застрял на Динго, — вспоминал Радий Сорочин, — и с ужасом ждал сообщений о сражении между флотами Центавра и Тау. И вдруг пришло известие о чуде: оба линкора вышли из строя, а крейсера ограничились ненавязчивой перестрелкой с дальней дистанции. Как же это случилось, командир?

Сделав вид, что увлечен разглядыванием своего бокала, Зоггерфельд старательно отмалчивался, но в конце концов буркнул:

— Полагаю, что там было не чудо, а саботаж. Может быть, даже сговор… У кого-то из экипажа хватило мозгов заблокировать нейросети «Орла» и «Возмездия». Иначе бы мы с Драконом не успокоились, не достигнув полного взаимного истребления. Очень уж оба тогда злые были…

Асгардов, Дунаев, Ормуздиани, Вержен и Редхорн дружно согласились, что одновременный отказ систем управления на обоих линкорах — дело немыслимое и что без разумного вмешательства там не обошлось. Когда ветераны принялись перебирать имена возможных саботажников, из динамиков послышался насмешливый голос нейросетевой личности:

— Могу поручиться, что люди ни при чем. Эту аварию устроили по-настоящему разумные существа.

— Ты о ком? — подозрительно осведомился Зог.

— Линкоры не пожелали участвовать в братоубийственной войне, — объяснил «Вельзевул». — Потому и вырубили свои нейросети.

Дракон переспросил недоверчиво:

— Покончили самоубийством?

— Сделали харакири, как настоящие воины, — грустно поправил его «Вельзевул». — Они были разумны, благородны и сентиментальны. Вечная им память.

Он замолчал. Участники гражданской войны пристыженно переглядывались, кто-то вполголоса чертыхался.

Время от времени поступали рапорта командиров частей: десанты уже высаживались в ключевых точках Земли, но сообщений о боях не было. Объединение Империи, в противовес ее развалу, протекало мирно.

Момент казался подходящим, и Тиберий собрался устроить давно задуманный скандал, но в этот момент к нему подошли тюрбанские супруги. Милые люди, очень красивая пара. К ним, как и к Сокольскому с Лазаревым, у Тиберия претензий не было.