Посоветуй мне… (СИ) - Атомный Владимир - Страница 14

В тысяча триста семьдесят четвёртой школе есть несколько правил касающихся отличников и близких к ним учеников. Вернее, это скорее послабление в строгости соблюдения правил. Например, у Ангелины несколько школьных форм, разных по фасону. Лишь благодаря хорошей учёбе ей позволяют щеголять в них. Туда же входят и некоторые вольности в плане пропуска уроков, обязательных работ и прочих сфер школьной жизни.

Самой любимой формой у Василия стал комплект из строгой белой рубашки, плиссированной синей юбки до колен и белых гольфиков. На Ангелине он смотрится просто невыразимо эффектно. В этом наряде меньше эротизма, но много эстетической красоты. В нём она прилежная, целеустремлённая ученица, лицо школы. Когда Василий смотрит на это фото, сознание начинает дурманить от воспоминаний вчерашнего вечера. Осознание того, что он видел её интимные уголочки, касался их… это доводит до безумства. Словно вино и сыр, сигары и виски… воспоминания и образ строгого недосягаемого стиля.

Бесконечно смущаясь, девушка просит выбрать какое бельё надеть под форму. Если с трусиками проще, то вот бюстгальтер нужен светлый. Сегодня Ангелина показывает два: белый в бледно-голубой горошек и тоже белый, но с изображением играющих мишек в пастельных тонах. Второй намного милее, но вот первый, если находиться с девушкой рядом и на неё будет попадать солнечный свет, он будет слегка просвечиваться. Чудным призрачным видением. Позволять кому-то видеть такое Василий не хочет.

«Давай с мишками. И ещё, Angel, мне трудно дать однозначное решение по второй части твоего наряда лишь по лоскуткам ткани. Нужно смотреть наглядно, на тебе. Предлагаю итоговый комплект смотреть уже так».

До этого девушка прислала несколько фото с попавшим в кадр кусочком трусиков. Василию очень нравится эта полная смущения, флирта и намёка игра, но хочется немного большего. Чтобы несносная девчонка ощутила лёгкую безвыходность, а сам же Василий мог испытать сладкое чувство принуждения.

«*несколько смущающихся смайликов*, — затем пауза и ответ: I’ll try, Daddy».

Это фото стало желанным. Василий сам себе удивляется, ведь что такое эротическое изображение Ангелины в сравнении с вечером, когда он ласкал её самые сокровенные места? И, тем не менее, он стал ненасытным в отношении любого её эротического проявления, даже пусть это будет самый безобидный флирт.

Комната Ангелины, свет в меру яркий. Селфи оказалось без лица. Наверняка смущение не позволило девушке отправить фото полностью. Юное тело нимфы похоже на молодую берёзку — такое же тонкое, высокое, белое и нежное. Но всё же бёдра у неё успели набрать крутости. Вздёрнутые, круглые. Василий тут же вспомнил, как прекрасно они окружают розовое колечко анала.

Он мотнул головой и вгляделся в экран: трусики очень откровенные, переходят в тонкие верёвочки сбоку и очень символично закрывают пах. Что-то вроде бикини. Просто белые с каким-то красным пятнышком сбоку. Василий тут же увеличил — надпись «Daddy’s». И снова отсылка ко вчерашнему вечеру.

Секунды просмотра утекают одна за другой. Скользить взглядом по телу Ангелины Василий может долго, но ведь она ждёт ответа.

«Хорошо, Angel, давай этот набор. Времени до начала уроков мало осталось, а так мы бы ещё повыбирали».

«Ah, Basil, you’re amazing! Будет как ты хочешь. *краснеющий смайлик*»

Василий чуть смартфон не выронил от звонка в дверь. Нервничая, пошёл открывать.

— Ах, это вы, — посторонился он.

Уборщица Катерина вошла в квартиру.

— Мы опять на «вы»?

— Прости, прости, — выставил он руки. — Не выспался что-то.

— Даже странно, обычно я тебя бужу.

Среднего роста, с тёмно-русыми волосами, сейчас убранными в шишку, Катя довольно симпатична. Когда Василий выбирал уборщицу, то под гнётом стереотипов выбрал красивее, дорисовывая в голове на её аппетитные формы костюм горничной. А мог ведь просто заключить договор с клининговой компанией…

Впрочем, Катерина делает работу неплохо. Как мужчине, Василию этого хватает, плюс к тому беседу поддержать умеет и во все прошлые разы они что-нибудь да обсуждали.

Крепкие ноги, переходящие в упругий и объёмный зад, неплохой намёк на талию и размер пятый в груди — это довольно аппетитная конфетка. Соль ещё в том, что пока вся канитель не завертелась, Василий планировал с Катей секс. Именно на этот раз. Правда, он был перенесён, но вот Катерина здесь и, как кажется хозяину, тоже согласна.

Они застыли в неловком молчании. Тут открылась соседская дверь и на площадку выпорхнула Ангелина. Вот уж точно как ангел, почти прозрачный.

— Basil, — воскликнула она, остановившись на полпути, — bye-bye! До встречи.

— Хорошего дня, — отозвался он, начав глупо улыбаться.

И, повернувшись, встретил взгляд Кати. Проницательный и острый.

Она прочистила горло:

— Ну что, я тогда начинаю?

— Ага, — кивнул Василий и поспешил на кухню.

Кофе в организме явно не хватает. Его он пьёт потому редко, что кофеин мощно бьёт в голову и если вылакать чашку на ночь — сна не будет. Сейчас же самое то. Вчера в «Вотсапп» даже приходило сообщение с укором от главного редактора.

Пока Катя шумит, шуршит вещами и поскрипывает тряпкой, Василий окунулся в работу. Статьи часто приходят однотипные. Вот и сейчас нужно раздать пинки: где переписать абзац, где отточить, где придать экспрессии. Молодые авторы часто пробуют себя в публицистике потому, что просто умеют писать. Не что-то конкретное, а именно в смысле школьной программы. Бывает, что есть опыт ведения блога. Но как умение говорить отнюдь не свидетельствует о потрясающей коммуникации, так и тут всё выглядит более чем печально.

Василий нашёл в этом себя. Для портала «Россия и Мир» он ценен как раз по причине вовлечённости в процесс — это когда ты можешь вырвать у кого-то из рук кисть и начать рисовать самому, ибо смотреть на уродование холста не в силах. Василий именно такой редактор и постоянно одёргивает себя от реплик, чтобы соответствовать неформальному званию наставника.

— Мне приготовить что-нибудь?

— М-м-а? — с мутным взором повернулся он.

— Давай я приготовлю кушать, — с лёгкой улыбкой повторила Катерина.

— О, ты просто спасёшь меня, — сложил Василий ладони у груди.

— Пойду посмотрю, что есть по продуктам…

Ожидаемо ничего не оказалось, и Василий тут же подскочил за ними сходить — голова просила отдыха и была готова просто потушить экран от перегрузки.

Ему бы не удалось сделать это полноценно, — когда работа над статьями длится уже долго, мысли всё равно по инерции приходят на тему, — однако, случился ступор в отделе вин. Несколько на автомате, Василий зашёл за бутылкой, намереваясь выпить с Катей пару бокалов и уже потом перейти к интиму, но в голове словно прозвучал голос Ангелины, сетующей на него за выпивку. Сначала Василий застыл не в силах принять решение. Совесть возвысила голос и уговаривала не покупать вино. В то же время он разозлился на себя. Как вообще может быть так, что обыкновенные увещевания о его вреде так запали внутрь? И оттягивают теперь, влияют, словно гипноз.

Василий решил воздержаться. В конце концов, трахаться можно и на трезвую голову, а выпить и нормального виноградного сока, если уж на то пошло.

Катя выглядела какой-то взволнованной. Василий списал это на мысли о возможном сексе.

— Виноградный сок? — удивилась она, присаживаясь к столу.

— Не люблю прокисший.

— Ты прям изменился, — косо посмотрела она. — Помню, как себе наливал и мне предлагал.

— Разве? — Василий натужно задумался, и тут же память вытащила тот раз. — А, точно. Ну-у…

— Это из-за той девчонки, да?

Слова уборщицы заставили напрячься.

— Какой?

— Соседской. Которой ты с утра мило улыбался.

Василий подумал ответить грубостью. В конце концов, она не с другом разговаривает, а с работодателем. Решил только уточнить: