За гранью восприятия - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 86

– Зови адвоката. Я подаю в суд.

…Домой я попал лишь в первом часу ночи. Только не к себе, а домой к подружке. Это лучшее, что я смог придумать, когда наконец покончил с нервотрепкой в милиции.

Нинка на мою просьбу ответила согласием, только предупредила, что в понятие «переспать» вкладывает лишь буквальный смысл. Из-за тех проблем со здоровьем, которые извечно называются женскими днями.

А я на другое и не посягал – так вымотал меня этот день. Наскоро приняв душ, упал в кровать, подгреб ближе горячее девичье тело и почти сразу заснул. А во сне пережил сегодняшний день заново.

…Схватка с группой захвата, смерть одного из оперов и ранение двух других наделали шуму. Ни замолчать, ни спустить на тормозах его не смогли.

Конечно, я был прав, конечно, оперативники явно превысили свои полномочия и действовали незаконно. Но мне несдобровать, если бы Разгонов не пришел на помощь. Власти и возможности у начальника уголовного розыска РОВД достаточно, чтобы тихонько прихлопнуть неугодного человека, будь он сто раз прав и неподсуден. Милиция в России действует как отряд кондотьеров в средние века – свой народ для них такой же враг, как и преступники. И отношение к ним соответственное.

Олег меня, можно сказать, спас. И даже не столько от угрозыска, сколько от высокого начальства. И я не подкачал: мое заявление в суд, иск в прокуратуру и отдел собственной безопасности МВД, да еще под наблюдением пишущей братии, принесли свои результаты.

В результате от меня отступились, взяли подписку о невыезде и отпустили.

– Не сильно обольщайся, – сказал перед уходом Разгонов. – Они на тебя зуб теперь имеют большой. И попробуют отомстить.

– Знаю. Можно ожидать покушения в любой момент. Либо подставы. Одно непонятно, чего ты полез? Мог и погоны потерять.

Разгонов устало усмехнулся, с прищуром глянул на меня.

– Скажи, если бы майор потащил тебя к себе в отдел, что бы ты сделал?

– Завалил бы его и бежал. Подыхать у них в подвале не намерен.

– Я так и понял. Когда ты заговорил… таким голосом, что мурашки по коже пошли и волосы дыбом встали… Просто увидел, как сверкают твои глаза… да, да! Не смейся. Именно сверкали. Я и сообразил, что ты сейчас не выдержишь. Свернешь этому кретину шею и удерешь. Мне же и скажут ловить тебя. Ищи потом по всей стране.

– Да, ты хитрый мэн. Благодарю, спаситель. Теперь я – твой должник.

– Сочтемся. Но пока смотри в оба. Вряд ли угрозыск сразу начнет мстить, но… береженого…

– Знаю. Яхве бережет.

Вот так. Мало проблем с пришельцами, так еще и здесь надо по сторонам поглядывать, опасаясь пули в спину. И от кого? От родной милиции! Что днюет и ночует на страже нашей безопасности! Полный абзац!..

«Надо ускорить отъезд из страны. Разобраться с Периметром и отчалить куда-нибудь в Европу или Америку. Здесь жизни нет и не будет. Не одно, так другое, не третье, так четвертое. А иметь дело с властью – значит подписать себе смертный приговор. Это проклятое место – Россия. Лучше быть от него подальше. Как можно дальше…»

Утром я, как и договаривались, позвонил Разгонову, и он попросил меня приехать. Следователь из областной прокуратуры хочет провести допрос, составить протокол и т. д.

– Сегодня же суббота! Какой следователь?

– Это для тебя суббота! А мы, грешные, вкалываем без выходных. Приезжай. Долго он тебя мурыжить не будет. А потом съездим на кладбище.

Черт, у меня из головы вылетело! Ведь сегодня похороны Жоры. С этой заварушкой все перезабывал!..

– Ладно. Еду.

…Следователь действительно «мурыжил» меня от силы час. И этот час я не считаю потерянным. Все дело в том, что прокуратура, как это и было всегда, усиленно ищет в рядах славной милиции злостных нарушителей и с удовольствием подводит их под статью. Эта извечная борьба двух вроде бы родственных структур тянется давно, и конца ей не видно.

Так вот, следователь – еще молодой человек с манерами и замашками дворянина, умным проницательным взглядом и тонкой, едва уловимой саркастической улыбкой – не столько допрашивал меня, сколько откровенно помогал составить обвиняющий документ. Четко, грамотно, шаг за шагом расписал весь ход конфликта, делая упор на непрофессиональных, незаконных действиях милиции.

Впрочем, я бы сделал то же самое и без его подсказки. За последние восемь месяцев, понимая, что в нашей жизни знание закона зачастую спасает жизнь, постепенно освоил весь Уголовный кодекс, а также закон о милиции и кодекс административных правонарушений.

Дело это хлопотное и нелегкое, в наших законах черт ногу сломит, но нужное. Даже необходимое. Вот теперь и пригодилось.

Не успели мы закончить, подъехали два сотрудника управления собственной безопасности МВД. Эти тоже хотели со мной переговорить, и им нужны показания. Но, увидев следователя, эсбэшники попросту передрали его протокол, кое-что подправив, задали еще несколько вопросов и отбыли.

СБ тоже готово искать гнилые доски в заборе милиции, причем круглосуточно. За это им и платят.

В общем, первая часть дня прошла с пользой и немалой выгодой. О чем и сказал потом Олег.

– Тебе несказанно повезло. Сейчас в разгаре очередной этап по чистке рядов славной милиции. Главк, прокуратура, СБ, журналисты на ушах стоят. Выискивают недобросовестных служак, взяткодателей и прочих… плохих ментов. На майора и его оперов теперь всех собак спустят. Такой шанс показать свою работу! Так что тебе максимум что грозит – стать участником шоу под названием «Ату ментов поганых!». К счастью – в качестве свидетеля.

«То есть случай в очередной раз сыграл на моей стороне. И то благо! Потому как будь тенденция иная, я бы был виноват по всем статьям, невзирая на закон. Повезло…»

– А ты здорово поднаторел в законах, – заметил Разгонов, когда мы выходили из Управления. – Шпаришь статьи наизусть, да еще даешь правильные трактовки. Следователь потом сказал, что мог бы и не напрягать мозги, ты и так все сделал за него.

– Стараюсь. Знание закона в этой стране зачастую освобождает от ответственности.

– Бывает.

Он повел меня к стоянке, на ходу доставая ключи.

– Вчера ты меня катал, сегодня моя очередь.

– С таким же финалом? – пошутил я.

– Тьфу-тьфу! Не каркай.

Разгонов ездил на трехлетнем темно-синем «опеле». Машина рабочая, сильная и видная. Отлично подходит к разъездной жизни. Да и стоит недорого. По меркам далеко не бедного майора.

– Слушай, забыл спросить, как там эти… в реанимации? Живы?

– А? – Разгонов завел машину и медленно выехал со стоянки. – Вспомнил, супермен, о потерпевших!

– Ну, потерпевший – это я. А они – подозреваемые. Хотя посочувствовать им можно.

– Можно. Один, которому ты детородные органы отрихтовал, пришел в себя и вроде как пошел на поправку. Правда, когда он вновь сможет использовать их по прямому назначению и сможет ли вообще – вопрос. Второй тоже в сознании, двигаться начнет не скоро. Шейные позвонки смещены, обширная гематома мышц и связок шеи. Плюс сотрясение мозга.

Я молчал – сочувствия не испытывал, а злорадствовать глупо. И подло. Получили свое, и хватит. Дальше суд накажет. Если, конечно, до него дойдет…

– А ты, Артур, вообще… Терминатор! – Олег бросил на меня насмешливый взгляд с примесью уважения и удивления. – И раньше вроде слабаком не был, но сейчас вообще – супермен. С одного удара человека на тот свет отправил. Что, удержаться не смог?

– Не смог, – нехотя буркнул я. – Да и не пытался…

Олег опять покосился на меня и промолчал.

…А сдержать себя я и правда не мог. После всего пережитого, после того, как Ворота и Периметр облучили меня какой-то дрянью, в экстремальных ситуациях начинаю работать изо всех сил, даже не пытаясь остановить или дозировать удары.

Когда на кону стоит твоя жизнь, думать о том, как бы не покалечить противника, – значит дать ему шанс завалить тебя. А если их несколько? А если они вооружены? Сколько раз в Аберене и Ругии только реакция и наработанные до предела навыки спасали меня от неминуемой смерти! Сколько раз жизнь висела на волоске и отсутствие мыслей типа «а как бы не покалечить, как бы не убить, не обидеть хорошего человека?» позволяло выйти победителем из схваток!