За гранью восприятия - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 80

Его вдруг охватила дрожь, по рукам прошла горячая волна. Он едва-едва не убил постороннего, приняв его за шпиона инопланетян! Вот так фокус!..

«Черт побери! Как почуял, удрал со всех ног. Хорошо хоть успел, еще миг – и все…»

Поймав в прицел вторую фигуру, Марк опять выдохнул и начал выбирать свободный ход. Уж этот бомжем оказаться никак не может.

…Вторую минуту он сидел в неудобной позе, держа в одной руке светошумовую гранату, а во второй «стечкин» с глушителем, поставленным на автоматический огонь. Марк должен уже получить сигнал и снять охрану. Чего медлит?

Антон осторожно, дабы не зашуметь, заглянул в дыру и увидел часть силуэта на первом этаже. Пока охранник жив.

Чувствуя, как пот катит по лбу, он на миг отвлекся, вытер рукавом голову, а когда выглянул вновь, то увидел резкое движение внизу. И тут же раздался шум падающего тела. Готов!

Не теряя ни секунды, Антон сиганул вниз, еще в прыжке бросил в лестничный проем гранату и отпрянул за выступ, закрывая глаза и уши и широко раскрывая рот.

Ахнуло! Да еще как! Вспышку он не увидел, но по ушам дало капитально. В голове сразу зашумело, стало тяжело.

Не обращая внимания на реакцию организма, Антон единым махом преодолел ступеньки, в полете развернул корпус и влетел на площадку лицом вперед.

Скрюченная фигура сидела у самой двери Периметра, зажав руками уши. Под ногами валялся пистолет (вроде как «макаров»).

Как только глаза уверенно зафиксировали фигуру, палец вдавил спусковой крючок, и очередь тупоносых тяжелых пуль пробила крупное тело сразу в нескольких местах, нанося тяжелые, несовместимые с жизнью ранения.

Охранник погиб, даже не успев понять, что, собственно, произошло. Легкая смерть…

…Второе сообщение поступило на пейджер, когда я натягивал кроссовки, одновременно прикидывая, как отвлечь внимание Барила. Тот выглядел очень уж настороженным и собранным. Такого брать тепленьким нелегко, проще завалить. Но валить нельзя.

Его брови удивленно поползли вверх, когда пейджер опять выдал руладу. Так же удивленно он проследил, как я читаю текст.

– Если не позвонишь до конца недели – считай, что мы расстались. Оксана, – озвучил я послание и засмеялся. – Ну, вот как с ними ладить, если у них всякие глупости и ревность на уме?!

Сохраняя на лице улыбку, я встал, протянул пейджер Барилу, предлагая убедиться, что не вру, и добавил:

– У вас такие же бабы дурные или это только наше достояние?

Смех, откровенный жест и вопрос с подковыркой сделали свое дело. Гость расслабился. На движение руки отреагировал спокойно, пейджер взял и глаза опустил, читая текст. И поэтому не заметил мелькнувшей ступни.

Каблук с маху впечатался в пах, сгибая высокую фигуру пополам и швыряя ее на стену. Второй удар угодил по шее, отсылая Барила в долгое забвение. Ни среагировать, ни подать сигнал он не успел…

…Ох и подфартило нам с погодкой! Ох и подфартило… На улицах не то что прохожих нет, гаишников не видно. Некому было смотреть, как мы затаскивали два тела в багажник машины, а потом выгружали и заносили в заброшенный дом. И уж совсем не мог никто видеть, как потом мы их побросали в открытую дверь Периметра. Сами не заходили, чтобы не спровоцировать срабатывание проклятой игрушки.

Избавившись от тел, приступили ко второй части программы. Под названием «получение информации». Для чего вывезли хорошо спеленатого Барила в заброшенное бомбоубежище.

Он пришел в себя еще в машине, пришлось добавить, чтобы пока не мешал. Придет время – разбудим.

Бомбоубежище идеально подходит для таких задушевных бесед. Наружу не пробивается ни единого звука, хоть стреляй. Никто не видит – тоже плюс. Ну и наконец – полная непроходимость радиосигнала. В нашем случае это очень и очень важно.

Оперативник такой мощной структуры, как ГТП, наверняка прошел долгую и тщательную подготовку по многим дисциплинам. В том числе и по поведению на допросе. Поэтому использовать для беседы различные «сыворотки правды» нашего и импортного производства мы не стали.

Вдруг у них там, в Анкиваре, прививают стойкость к этой гадости. Или, наоборот, при введении в кровь сыворотки человек быстро и безболезненно подыхает.

Так что испытывать судьбу нет смысла. Обойдемся старым проверенным способом – болевым воздействием. Я не садист, и мои друзья тоже, но иногда без допроса третьей степени никак нельзя. Ну никак!

А этого гада за то, что он решил сделать из меня подопытного кролика, я разберу на части без угрызения совести. И рука не дрогнет.

…Мы успели его привязать к столу и подготовить к работе, когда он начал судорожно моргать глазами и разевать рот. Проснулся.

Я слегка хлопнул его по щеке, подождал, пока он сфокусирует на мне взгляд, и подмигнул.

– И снова здравствуйте. Не против побеседовать?

– …Слушай, а Разгонов? Этот вариант не подойдет?

– Не думаю. Вводить его в курс всех событий глупо, а вешать лапшу относительно некой враждебной группы – не поверит. Не тот кадр.

– Да? Ты прав. Но все равно хреново…

Марк потер лоб и вздохнул. Больше идей у него не было. Голос подал Антон:

– А если навести ментов втемную? Через анонимное заявление. Мол, бродит по Рязани некая банда, гасит всех. Место сбора – заброшенные дома…

– И вовсе бред. Анонимку выбросят в корзину и посмеются. В лучшем случае пошлют какого-нибудь стажера проверить дома. А там пусто. И все старания коту под хвост.

– А тот же трюк, но с фээсбэшниками? – подал голос Сергей. – Под маркой шпиёнов?

– Отправят письмо по прямому назначению – в психушку. Максимум отпишут в милицию, дабы те проверили сигнал. И опять закончится посылкой стажера. Либо отпиской – ничего, нигде, никогда.

Новый вздох, теперь в исполнении Сереги. Четвертый по счету. Похоже, идеи у парней иссякли.

– Что-то ты у нас сегодня разрушителем замыслов работаешь, – заметил Марк. – Сам бы что предложил.

– Сам?.. – Я добросовестно напряг извилины, тщетно шаря по закоулкам мозга, но та самая спасительная мысль либо отсутствовала, либо хорошо пряталась. – Нет идей. Никаких.

– Да, – подвел итог совещанию Серега. – Результативно посидели. Мозговой штурм называется!.. План не можем составить.

– Что там составлять! – подхватил Толик. – Первый пункт никак не придумаем.

Да. Первый пункт – это серьезно! А план еще хуже. В смысле серьезнее. Без него никак. Ни вздохнуть, ни… выдохнуть.

…Посиделки мы устроили после долгого и трудного разговора с Барилом. Сам разговор напоминал викторину: вопрос – правдивый ответ, вопрос – заминка – убеждение – правдивый ответ. Правды добивались простыми, но радикальными методами. Чтобы и быстро, и результативно.

К концу беседы Барил был частью обмотан бинтами, частью окровавлен и очень бледен. И сломан. Морально. И физически.

Прошу понять правильно – мы не садисты, и мучения другого человека не доставляют нам никакой радости. Просто иногда нужную информацию добыть у настоящего врага довольно тяжело и только боль способна развязать ему язык.

Настоящий враг – тот, кто действием доказал, что собирается тебя убить или сделать нечто, что приведет к твоей гибели. То есть человек, желающий твоей смерти. А такие заслуживают самого сурового отношения. В этом случае не до церемоний.

Кто-то не согласен? Что ж, ваше право. Только когда к вашему горлу поднесут нож и до последнего движения останется полсекунды, вы вспомните свое нежелание защищать себя, вспомните и пожалеете, что ничего нельзя изменить.

Пытка не имеет отношения к защите жизни, скажете вы? А вот это зря. Если есть некий заговор (как лишить вас жизни), любая информация о нем – шаг к вашему спасению. А добыть информацию… ну, об этом уже говорили.

Вот и выходит, что сие неприятное мероприятие – суровая необходимость. Не убедил? Жаль. Подождем, когда клюнет жареный петух.

…Барил, подстегиваемый дозами боли, выложил все, что мы хотели услышать. Рассказал много интересного, но, к сожалению, эта информация так и не смогла помочь найти ответ на главный вопрос – что и как сделать, чтобы раз и навсегда прекратить попытки хозяев Периметра и Ворот проникновения в наш мир и поиск того, кто шастал через пространства?