"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович - Страница 253

В кондитерском отделе они купили коробку шоколадных конфет, ассорти, в бакалейном подкупили макарон и гречки, молочный пропустили, у них всё равно тары не было, ни для молока, ни для сметаны. В гастрономическом отделе были копчёности, они купили полкилограмма рулета ленинградского. (Саша настоял, сказал упирающейся Людмиле, что это его подарок, и он угощает.)

Мяса не было, но были свиные ножки на холодец. Но где его взять, холод-то этот. Нужен холодильник, а это роскошь для студенческого общежития. Немного в стороне стояла небольшая очередь, ждала подвоза мяса. Саша спросил какого-то старичка из очереди:

— Давно ждём?

— Да, нет. Часа два всего, скоро уже обещали привезти.

— А что привезут, сказали, нет?

— Это неизвестно, — грустно вздохнув ответил старичок. — Могут даже куриц привезти. Как по мне, так это бы лучше всего. Бульон сваришь, целую неделю сытый.

Саша купил пару банок консервов, сайра в масле, тихоокеанская. В последнем отделе магазина, соки-воды, они выпили по стакану томатного сока, подсолив его солью из банки, с чайной ложечкой. Рядом стоял стакан с водой, в которой можно было эту ложечку сполоснуть. На прилавке у продавщицы стояло такое сооружение, с пятью конусообразными ёмкостями, куда она выливала сок из трёхлитровых стеклянных банок. Все это сооружение могло вращаться вокруг своей оси, облегчая работу продавщице.

Выйдя из магазина, они завернули за угол и зашли в хлебный магазин. На обратном пути зашли в магазин «Сельхозпродукты» и там им повезло, они купили суповой набор из мясных косточек, десяток котлет по-киевски (осталось только на сковородку бросить и пожарить) и пять килограммов свежего картофеля, чистого, без единого гнилого клубня. Вот морковь была ещё старого урожая и мелкая, но взяли пару килограммов, куда деваться. Во дворе магазина прямо с грузовой машины продавали свежую капусту и к их закупкам добавился небольшой её вилок.

Подходя к общежитию, Люся сказала:

— Ты знаешь, Саша, у меня к тебе много вопросов накопилось. Мы с тобой только сегодня познакомились, а у меня почему-то ощущение, будто мы давно знакомы и просто долго не виделись. А я почему-то вся такая счастливая, что даже страшно становится, что это все сон.

Саша и сам чувствовал нечто подобное, как-то очень быстро он к ней привык. Он ничего не ответил на её слова, но, когда она посмотрела на него, широко улыбнулся ей и подмигнул.

Зайдя в общежитие, они обнаружили, что на вахте, где должна была сидеть дежурная, было пусто и потому прошли беспрепятственно. Комната Люси была на пятом этаже, но лифта не было, и они поднимались по боковой лестнице, которая шла в торце здания.

Потом был их совместный труд по приготовлению обеда. Саша взял на себя чистку и нарезку овощей, Людмила руководила процессом, следила за огнём, солила, перчила, пробовала.

Разглядывая Люсю, Саша понял, что ей нужно и причёску менять. Сейчас волосы скрывают её высокий чистый лоб, тонкие брови. А вот надбровные дуги у неё тяжеловаты и их нужно будет убрать.

В какой-то момент Саше показалось, что он определился с её внешностью и записал в управляющий блок диагноста все необходимые параметры, которых он хотел добиться. Однако, в самый последний момент, он приостановил процедуру коррекции внешности. Ему пришла в голову мысль, что он допускает ошибку, записывая нужные параметры в блок управления. Вполне может оказаться так, что необходимые параметры будут достигнуты, а красоты не будет. Красота, это штука, во-первых, субъективная и не имеет чётких показателей, кроме отдельных элементов. А, во-вторых, нужно добиваться индивидуальности, подчеркнуть нечто, присущее только этому человеку и больше никому.

«Господи, как же трудно понять, что именно составляет эту самую индивидуальность», — подумал Саша и решил не торопиться и продолжить изучение черт Люсиного лица и мимики. Как она говорит, как удивляется, как смеётся, как хмурится. Как у неё на лице отражаются эмоции, которые она испытывает.

В процессе приготовления обеда Людмила рассказывала о своей жизни и учёбе в медучилище. Саша одним потоком своего сознания продолжал изыскания, а другим вёл с ней разговор. Фигура у неё была пропорциональная, но уж больно худая.

«Господи, — подумал Саша, — это же она просто голодала».

И тут у него сложилась картинка того, что и как нужно делать и он принялся магичить, не прерывая разговора.

Уже не сомневаясь, он запустил для своей новой подруги пакет магем ТПИ (тело, память интеллект), причём снял с магемы коррекции тела все ограничения косметического характера.

Далее, Саша подключил зубной магический конструкт и полностью исцелил ей все зубы и выправил их прикус. У Людмилы они имелись в неполном комплекте, поскольку зубы мудрости ещё не выросли. Но и об этом ей уже не придётся волноваться. Все у неё будет в положенный срок.

И, наконец, он приступил к самому главному — коррекции лица. Саша обнаружил причину её некрасивости. Он обратил внимание на чрезмерную толщину лицевых костей черепа по сравнению с остальными. Коррекция заключалась в приведении костной системы к норме и дополнительному усилению, за счёт изменения структуры костной ткани, что позволит ей в будущем спокойно переносить большие нагрузки.

Черты Люсиного лица тут же приняли утончённую форму и перед Сашей возникла как в сказке красавица, сбросившая свою старую лягушачью шкурку. Он сам не ожидал такого эффекта. Он просто балдел, глядя на неё и думал, что такая красавица конечно не будет его ждать. Когда она узнает, что старше его на 4 года их отношения мгновенно перейдут в область отношений типа брат-сестра, причём к снисходительно-покровительственному со стороны «сестры» и это в лучшем случае. С другой стороны, Саша получал чисто эстетическое удовольствие от своей работы.

К трём часам пополудни обед был готов, и они сели за стол. А ещё через час они лежали в постели и неистово любили друг друга. Все произошло буднично и естественно. За обедом они выпили эту бутылку вина, много шутили и смеялись, а когда все было съедено и подчищено, они пошли на кухню, где вымыли всю грязную посуду, пока грелась вода в чайнике. Вернувшись в комнату, Саша заварил чай и пока тот доходил до нужной кондиции в заварочном чайнике, укрытый полотенцем, он подошёл к Людмиле и неожиданно обнял её и поцеловал в щёчку:

— Спасибо тебе за обед, Люся, ты прекрасно готовишь.

В ответ Люся стала целовать его в губы.

Через полчаса, когда они немного утолили свою страсть, Люся, не отпуская Сашу из своих объятий, сказала:

— Саша, ты так красиво написал про меня в сочинении. Я сразу в тебя влюбилась. Ты тот парень, которого я ждала с войны, и ты вернулся, и в моей душе война закончилась. Мне так хорошо и спокойно с тобой, никакими словами не передать это состояние.

Ещё через полчаса они заснули, но Саша оставил часть своего сознания в бодрствующем состоянии, мало ли что случится. Через полчаса они проснулись и снова любили друг друга, пока оба снова не проголодались.

Выбравшись из постели, они оделись и привели себя в порядок. Изменения с девушкой были уже видны невооружённым глазом. Даже её худоба воспринималась уже иначе. «А ведь она и сильнее стала, вон как мускулы играют», — подумал Саша, любуясь фигурой девушки. Тут Люся подошла к большому зеркалу, висевшему у входа, привычно окинула себя взглядом и громко охнув выронила чайник, который захватила, чтобы вскипятить на кухне воды для чая.

Глава 12. Неординарное сочинение

Люся Молчанова проснулась как обычно, в 7 утра и сладко потянулась. Ей приснился удивительный сон, который растаял в её памяти быстрее, чем кусок сахара в стакане с горячим чаем. Зато осталось ощущение, что она скоро встретит своего суженого и у неё все наладится и экзамен она сдаст, и в институт поступит.

Экзамен! Сегодня последний экзамен в мединститут, русский язык и литература. Экзамен письменный, нужно будет написать сочинение на заданную тему. Четыре экзамена она уже сдала. Правда, получила не самые лучшие оценки — одну пятёрку и три четвёрки, потеряв уже три балла. Если бы у неё не было льгот, то она могла бы уже забирать документы в приёмной комиссии. Проходной балл был равен 24. Следующий, на единицу меньший был полупроходным, а с 22 баллами можно было паковать чемоданы.