"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович - Страница 176

Выбравшись из тёплого кинозала на улицу в промозглый осенний вечер, мы обнаружили, что день уже закончился, на улицах зажглись фонари.

— До вашего дежурства ещё два часа, — сказал я, обращаясь к Зосе и Стасе. — Может быть, сходим в ресторан? Иванка, ты как?

— Я не против, вот только денег у меня мало. Рубль наскребу, не больше.

— О деньгах не думайте, — сказал я, — финансы я беру на себя.

— Откуда у тебя деньги? — спросила Зося.

— Заработал. Я за последние два года недели без работы не сидел, если не считать прошедший октябрь, за который мне не удалось заработать ни копейки. Не давали увольнений.

— А кем ты работал? — поинтересовалась Стася.

— Начинал проводником на железной дороге, потом помощником коменданта общежития железнодорожников в Новосибирске, сторожем на железнодорожной станции Новосибирска. После переехал в Москву, там работал в гостинице Метрополь разнорабочим, подрабатывал парикмахером и санитаром в больнице.

— Когда ты успел на парикмахера выучиться? — спросила Иванка.

Между делом, меня в гостиничной парикмахерской научили, а потом я на разряд сдал. Сейчас у меня высший 6-й разряд. По женским и мужским причёскам. Могу и вам причёски модные сделать. Весь город завидовать будет.

Меня наградили скептическими взглядами. Я пожал плечами и сказал:

— Когда спохватитесь, будет поздно, я первого декабря убываю на стажировку. А вот в ноябре у меня будет много свободных от занятий дней, хочу на этот месяц куда-нибудь устроиться. Главное, чтобы график работы был свободным.

— Откуда у тебя свободные дни? — спросила Зося. У брата не каждое воскресенье было выходным, а у тебя откуда?

— Вы действительно хотите это знать?

— Это что, военный секрет?

— Нет, всё равно об этом скоро весь мир узнает. Слушайте. Наши учёные добились выдающихся результатов по обучению людей во сне. Засыпаешь и видишь сон, в котором ты сидишь в классе и учишься. А когда просыпаешься, то помнишь всё, что выучил.

— А днём отсыпаешься от ночных учений, да? — пошутила Иванка.

Девушки рассмеялись.

— Весь фокус в том, что во сне время течёт по-другому. Сказать по правде я и сам не очень понимаю, как это всё происходит. Но только скорость обучения возрастает в десятки раз.

— Как такое может быть? — воскликнула Зося. — Это что же, школу можно за год окончить?

— Я не знаю, могу сказать только про себя. Наркомат обороны проводил широкий эксперимент, и мне повезло принять в нём участие. Мне с помощью прибора занесли в память знания за весь трёхгодичный курс артиллерийского военного училища. Это было в августе. Эти знания я усваивал в течение двух с половиной месяцев, во сне. И сейчас я знаю всю программу обучения, всё, что должен знать выпускник нашей школы. И в следующем месяце у меня начинается сессия. Шесть экзаменов по теории, через три дня на четвёртый. И в конце месяца 4 дня отведено на сдачу нормативов. Там физподготовка, строевые построения, шагистика, стрельбы.

— Постой, если я правильно тебя поняла, то прежде, чем ты приступаешь к обучению во сне, все нужные знания тебе с помощью какого-то прибора записывают в твою память. Это так?

— Абсолютно верно, Зося. Ты всё правильно поняла.

— А где хранятся эти знания, до того, как они попадут в твою память.

— Операторы, работающие с этими приборами, называли их учебными базами. Каждая учебная база по отдельной отрасли знаний хранится в небольшом кубике из горного хрусталя.

— А как знания туда попадают?

— Этого я точно не знаю, но логично предположить, что если человеку можно записать в его память знания, то точно также легко их оттуда скопировать.

— Тогда получается, — продолжила мою мысль Зося, — что у человека, который честно отучился в училище три года все его знания скопировали и получили учебную базу, которую в свою очередь записали другому. И тот получает эти знания за гораздо более короткий срок.

— За несколько минут, — уточнил я. — Но нужно учитывать, что записанные в голову знания должны мозгом усвоиться. А вот этот период усвоения полученных знаний может длиться от двух месяцев до полугода.

— И от чего такая разница? — поинтересовалась Стася.

— Это зависит от общего уровня образованности и интеллекта, — ответил я.

— Короче, — подвела итоги Зося, — у тебя в ноябре из 30 дней будет занято только 10. Остальные дни у тебя отведены на подготовку. И ты хочешь в эти дни подработать. Так?

— Так, Зося, с одной поправкой. Полностью заняты будут только последние 4 дня ноября, а в экзаменационные дни я буду занят только с утра, до полудня.

— А к экзаменам ты готовиться не собираешься?

— Так я уже к ним готов. Я же сказал вам, что всю программу освоил во сне за предыдущие два с половиной месяца.

— А таким образом всё можно учить? — спросила Иванка. — Вот бы мне немецкий язык так выучить. Нам, я имею в виду аспирантам, нужно сдавать экзамен на знание иностранного языка, а у меня с этим проблемы.

— Думаю, что так можно учить всё. Главная трудность, это создать учебную базу, то есть, с помощью специальной аппаратуры сконцентрировать все знания в определённой области в небольшой кубик. Кстати, я видел один такой кубик своими глазами, мне показывали его перед установкой.

— А как ты попал на этот эксперимент? — поинтересовалась Иванка.

— Через военкомат, — ответил я.

Иванка покивала головой и задумчиво замолчала.

— А прибор этот, как он выглядит? — спросила Зося.

— Неширокий обруч из какого-то лёгкого металла, типа алюминия, я точно не знаю. Надевают его на голову на 2–3 минуты и всё. Заодно ай-кью измеряют. У меня, кстати, 132 балла.

И опережая очевидный вопрос, добавил:

— Ай-кью — это коэффициент интеллекта.

— Мы уже 10 минут тут стоим, — сказала Стася, — лично я успела замёрзнуть. Пойдёмте уже куда-нибудь. Поговорить и по дороге можно.

От кинотеатра мы уехали на такси, которое я вызвал по своему виртуальному телефону, ухитрившись при этом сделать вид, что мне его удалось поймать совершенно случайно. В результате, уже через полчаса мы сидели в уютном малом зале ресторана "Беларусь", который справедливо считали самым лучшим рестораном города и наворачивали горячий суп на курином бульоне с фрикадельками из молодой свинины.

На входной двери висела табличка с надписью: "МЕСТ НЕТ". Но кто же в СССР верит таким табличкам? Дверь волшебным образом распахнулась перед нами, благодаря одному червонцу и одному ментальному посылу. И то и другое предназначалось швейцару, и было им с благодарностью принято. Воистину, с помощью этих двух инструментов можно добиться практически от любого человека гораздо большего, нежели одним из них по отдельности.

— Мы ненадолго, — сказал я метрдотелю, встретившему нас в зале, у выхода из гардероба, — у нас скоро ночное дежурство в больнице и хотелось бы просто хорошо подкрепиться и с собой прихватить немного выпечки, ночью чаёк погонять.

Тот понимающе кивнул, спросив только:

— Девушки — студенты из мединститута?

— Да, — подтвердил я его догадку, — меня просили присмотреть, чтобы не обидел кто.

— У нас спокойно, за это не волнуйтесь. Идёмте за мной, — скомандовал он.

Усадив нас за стол на четверых, он удалился с пожеланием приятного аппетита. Тут же подошла симпатичная фигуристая официантка и всем выдала книжки с меню. Когда я провожал её взглядом, то получил от Иванки чувствительный щипок. Я улыбнулся и наклонившись к ней сказал ей в ушко:

— Ты красивее.

Иванка зарделась, а Зося со Стасей переглянулись.

Несколько минут за нашим столом царило молчание (в такие минуты в России говорят: "Милиционер родился"), все изучали названия блюд и цены. Я пробежался по списку глазами и, подняв руку, щёлкнул пальцами, подзывая официантку. А когда она подошла (почему-то покачивая бёдрами), я быстро сделал свой заказ.