"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович - Страница 150

Кристалл создавался из кремния с помощью магии трансмутации и трансформации. Для каждой учебной базы я составлял 3 экземпляра. Один экземпляр носил с собой в стазис-кармане, ещё один хранил в другом стазис-кармане, с привязкой в своей городской квартире в Москве, на улице Горького.

Меня знали там, как Харитонова и ближайшими соседями были мои валькирии, но имелись и другие соседи, от которых я маскировался под покровом иллюзий. В моём арсенале их было уже пара дюжин, изображающих различные персонажи, мужские и женские, разного возраста от подростков до глубоких стариков. Но чаще я ходил домой порталом или под куполом невидимости.

Третий экземпляр учебных баз я хранил в одном из центральных банков США, в банковской ячейке. Доступ к ней мог получить любой человек, знающий пароль.

И последним этапом составления учебных баз я подчищал свою память, освобождая место для следующих записей. Кое-какие учебные базы, особенно военные, я ставил на изучение себе, так что постепенно и сам становился экспертом по многим вопросам теории военного дела.

В начале августа я попросил составить для меня список всех учебных дисциплин, изучающихся в военных училищах страны, независимо от их профиля и по каждой дисциплине подобрать для меня экспертов преподавателей и опытных командиров практиков. Так же, как и по военным и рабочим специальностям, по такой же схеме, по 5–7 человек на каждую учебную дисциплину, исключая те, которые входят в курс средней школы.

Уже со средины августа у меня пошли встречи с группами преподавателей и инструкторов военных училищ, готовящих лётчиков, танкистов, артиллеристов, кавалеристов, связистов, пехотинцев. Артиллеристов и пехотинцев я попросил в первую очередь.

Кстати, побывала у меня и группа учёных-химиков, которым я кроме ПНМ и языка Содружества установил учебную базу Содружества по химии и передал химический состав присадки, повышающий ресурс двигателей внутреннего сгорания.

Наступил сентябрь, в школах начался новый учебный год, а у меня на это время было запланирован поиск магически одарённых детишек. Раньше я этим вопросом никогда не занимался и не имел ни малейшего представления о том, как это делалось. Понятно, что метод тыка весьма непроизводительный. Нужна была методика. Я сделал запрос искину.

Ян сообщил мне, что вопрос этот давно и успешно решён в империи Туарон. Разработано устройство под названием магометр (ударение на втором слоге), определяющее не только наличие, но и силу магического дара. Некоторые усовершенствованные модификации магометра могут даже определять склонность магического дара к той или иной ветви магии.

Магометр посылает магический импульс, параметры которого заставляют даже не инициированный магический источник одарённого откликнуться на него, выбрасывая из себя в пространство малую толику маны.

— Эту реакцию можно сравнить с реакцией мышцы под действием импульса электрического тока, — сказал Ян, — вспомни свои виртуальные уроки ботаники и как дёргалась лапка препарированной лягушки.

Магометр анализирует параметры выброса, спектр, амплитуду, мощность и делает выводы о силе и направленности магического дара.

Само устройство могло быть внедрено в материальный носитель любой формы. Это мог быть перстень или обруч с драгоценным камнем или шар, сделанный из цельного куска какого-нибудь полудрагоценного минерала. Особенно внешним антуражем увлекались магические учебные заведения Туарона, стремящихся поразить воображение юных адептов магии.

Магометр, как и любой артефакт работал на магической энергии и потому имел в своём составе магический накопитель, который по мере потребности требовалось заряжать. Уловив отклик магического источника в виде выброса маны, накопитель усиливал этот импульс и включал подсветку самого накопителя или ещё одного кристалла, который монтировали по соседству для фиксации результата.

Если дар был, тогда кристалл светился ровным ярким светом. В некоторых магометрах сам цвет, его яркость, оттенки и насыщенность характеризовали склонность адепта к определённому направлению магии и его магическую силу, величину магического резервуара.

Если же отклика не было или он был слишком мал, тогда сигнальный кристалл начинал мигать красным или жёлтым светом, в зависимости от того, нет дара совершенно или он всё-таки есть, но чересчур слабый. Через 5–6 секунд мигание завершалось, и устройство возвращалось в исходное состояние, готовое к приёму следующего клиента.

Таким образом, для фиксации отсутствия дара требовалось не более 10 секунд для одного человека. Исходя из этого расчёта, выходило, что 10–15 минут вполне должно было хватить для проверки одного класса из 35–40 учащихся.

С помощью такого устройства поиск одарённых детей можно было поручить обычным людям, не обладающим магическим даром. Вот только нужно ли мне это? Моя задача найти 30–40 одарённых подростков, чтобы через несколько лет получить на выходе дюжину магов средней силы, 3-й или 4-й категории, способных не только наполнять накопители маной, но и быть мне помощниками, на которых можно было бы опереться.

С другой стороны, учитывая, сколь малый процент людей имеют магический дар, я понимал, что в одиночку мне не справиться с этой задачей. Если пользоваться статистикой Содружества, в соответствии которой один адепт магии (так называются люди с магическим даром) встречается на 7–8 тысяч обычных людей, то легко подсчитать, какое количество молодёжи я должен проверить, чтобы выполнить просьбу Сталина и набрать, хотя бы дюжину будущих магов. А учитывая, что полный курс обучения (школа, академия, магистратура) оканчивает не более одной четверти от числа школьников 1-го класса, то нужно набирать 4 группы по 15–20 человек в каждой. Впрочем, практика покажет. Многое зависит и от факторов, не имеющих к магии никакого отношения.

Значит, мне нужно будет привлечь помощников, которых придётся ввести в курс дела, а значит расширить круг посвящённых.

Опасное это дело, увеличивать количество магов на Земле. К военному противостоянию может добавиться ещё и магическое. Поэтому никак нельзя этот вопрос упускать из-под своего контроля.

— А если проверку на одарённость производит маг, — уточнил я у искина, — он же не нуждается ни в каком устройстве.

— Чаще всего маги используют магему поиска, — ответил искин, — её можно настроить на распознавание именно магического дара. Когда такой человек обнаруживается, заклинание поиска оставляет на его ауре специальную метку, хорошо видимую в магическом диапазоне. Кроме этого, оно подаёт сигнал магу. Эта методика применяется для проверки наличия магического дара у небольшой группы людей. Надеюсь понятно почему?

— Да, каждый проверяемый забирает некоторое количество магической энергии, и заклинание слабеет.

— А необходимости проводить такую проверку одновременно у большого количества людей и одному магу просто никогда не возникало.

— А как же проверка абитуриентов при приёме в учебные магические заведения? — возразил я.

— Во-первых, тогда проверку осуществляют магометры, о которых мы только что говорили, а во-вторых, приём осуществляет приёмная комиссия, состоящая далеко не из одного мага. Да и процент одарённых среди абитуриентов весьма высок.

— Сколько людей я могу проверить с помощью одного заклинания?

— Это индивидуальный показатель, зависящий как от самого мага (то есть, от параметров маны, которую выдаёт его магический источник), так и от её количества, которое маг вкладывает в заклинание. Но и слишком много энергии в заклинание не вложишь, оно от этого тоже может рассыпаться. Так что ответ на твой вопрос может дать только практика применения.

В итоге, я решил попробовать обойтись без магометра и без заклинания поиска, а вместо импульса пускать магическую волну, на которую магический источник одарённого так или иначе должен отреагировать. А с уровнем магического дара разбираться будем потом. Сначала стоит задача поиска одарённых, потенциальных магов.