Семь цитаделей (СИ) - Удовиченко Диана Донатовна - Страница 67

- Сайме… Сайме… неистовая жрица злобной Морриган и отца ночи Донна… Ищи ее на пути к родине холодных ветров… Символ Триады должен принадлежать ребенку…

К Ромке подбежал серебристый волк, держащий в зубах серебряную цепочку, на которой висел выточенный из дерева маленький крест. Его форма отличалась и от православного креста, и от католического распятия. Зверь почтительно положил Символ к ногам Ромки и исчез. Мальчик поднял цепь и надел ее на шею.

Старик зашатался, двое друидов подхватили его под руки и вывели из каменной ограды. Там несколько крепких бардов подняли Гиральда, уложили на растянутую шкуру и торжественно понесли его по тропе к выходу из рощи. Следом за ними потянулись остальные участники обряда. Макс и его друзья стояли под дубом, чувствуя себя обманутыми и забытыми: странные, бессвязные слова друида не объясняли того, что случилось с Аней. Вместе с тем, произнесенное Гиральдом почему-то вызвало у Макса щемящее чувство страха: теперь он еще больше переживал за девушку. Эпитеты "неистовая" и "злобная" не давали ему покоя, хоть он и не понимал, о ком шла речь.

- Ступайте за мной.

Макс очнулся от тяжелых раздумий. Перед ним стояла молодая улыбающаяся девушка в зеленом плаще, в руке она держала ярко пылающий факел.

- Я - Будикка, оват Лесной обители. Пойдемте, я выведу вас из Друнеметона.

Девушка развернулась и легко зашагала в сторону тропы. Процессия друидов и их учеников была уже довольно далеко. Макс решительно устремился за Будиккой, остальные последовали за ним. Идти по лесу друидов было легко и приятно. Почему-то его темнота не страшила, а за деревьями не мерещились дикие кровожадные звери. Догнав девушку, Макс осторожно спросил:

- Скажи, а что это было? Ну, то, что сказал Гиральд?

- Великий произнес пророчество, - в голосе Будикки слышалось трепетное благоговение.

- Ну, это ясно. А что оно означает?

- Я не могу проникнуть в помыслы Великого, он сам вам расскажет утром.

- А он запомнил, что наговорил? - скептически поинтересовалась Виктория.

- Конечно! - воскликнула Будикка. - Вы не должны сомневаться в словах Великого, он кладезь мудрости и священных знаний друидов!

Макс, пользуясь тем, что факел ярко освещает лицо девушки, разглядывал ее. Совсем молодая, не старше шестнадцати. Очень хорошенькая: кудрявые рыжие волосы, большие темные глаза, веселый смеющийся рот…

- А как ты сюда попала? - неожиданно для себя спросил он.

- Я здесь родилась, - ответила Будикка. - Мои родители - друиды пятой ступени.

- У вас что, разрешены семьи? - удивился Макс.

- А у вас что, нет? - не менее удивленно спросила девушка.

- Я про другие Цитадели. Там монастыри…

- У друидов нет монастырей, мы поклоняемся матери-природе. А природа велит иметь детей.

- И что, все вы родились здесь?

- Нет, многие пришли из Светлого мира. Высшие друиды выбирают самых красивых и способных детей, и внимательно следят за тем, как они растут. Потом, если ребенок превращается в хорошего юношу или девушку, предлагают ему стать оватом.

- Светлый мир - это, как я полагаю, название Второй грани, - высказался Сергей Иванович. - А скажите, голубушка, вы что, умеете путешествовать между мирами?

- Великий умеет, - пояснила Будикка.

Макса больше заинтересовало другое обстоятельство.

- Ты сказала, что друиды выбирают самых красивых и умных детей. Умных - это понятно, но при чем здесь красота?

- Только лучшие могут быть хранителями учения друидов, - ответила девушка. - Красота очень важна, она несет человеку гармонию с миром и с собой.

Макс решил, что Будикка подразумевает отсутствие комплексов у красивых людей, он подумал и не стал возражать, хотя заявление было, безусловно, спорным.

- Ну, а что по поводу характера? - спросил профессор. - Какой характер должен быть у такого человека?

- Нрав неофита должен сочетать множество черт: справедливость, спокойствие, честность, терпеливость, почтение к старшим… - перечисляла девушка.

За интересной беседой Макс и не заметил, как тропа вывела их из рощи, и понял, что путь окончен, только когда увидел знакомые бревенчатые домики.

- Вам нужно отдохнуть. Утром Великий будет говорить с вами.

Будикка проводила гостей к дому, в котором они остановились, попрощалась и ушла. Макс прошел в спальню и улегся на шкуры. Рядом привалился Булька. Комната была достаточно просторной, места хватало всем поэтому Макс решил побаловать пса и позволить ему переночевать в доме. Тепло, исходящее от шкур, охватило его истомой, глаза сами собой закрылись, и он крепко уснул.

Глава 35

Наутро Макс сидел со своими друзьями вокруг стола и слушал Гиральда.

- Девушку похитила Неистовая Сайме, - говорил жрец. - Вчера священная омела показала мне ее лицо. Вам придется очень трудно.

- Кто такая эта Сайме? - спросил Гарт.

- Раньше она была друидом, но потом Лесным братьям пришлось изгнать ее из Цитадели. Сайме стала требовать, чтобы друиды разрешили ей человеческие жертвоприношения.

- А разве вы не… То есть, извините, я думал, что у вас это принято, - смущенно пробормотал Макс.

- Друиды не приносят человеческих жертв вот уже десять тысяч лет, - спокойно ответил Гиральд. Но Сайме стала поклоняться Морриган и богу ночи Донну, а они требовали крови.

- Стало быть, у вас наметились разногласия на почве религии? - уточнил Сергей Иванович. - А вы, простите, кому молитесь?

- У нас много богов, - произнес Гиральд. - Например, Бригита - богиня-мать, Эпона - богиня, покровительствующая животным, Луг Ламхада - сын Солнца, покровитель ремесел, Таранис - бог огня. Мы чтим всех наших богов, но их олицетворением для друидов являются священные растения. Символ Верховного божества - дуб, и значит, все, что растет на нем - священно. Такова омела. Поэтому именно под дубом, в Друнеметоне, мы проводим жертвоприношения, ему поклоняемся и молимся, а омела дает нам силу для прорицаний. Этим мы воздаем почести всем богам. Сайме же из всех богов выбрала лишь двоих и молилась только им.

- Почему? - спросил Макс.

- Она хотела вечной жизни, а дать ее могут только боги, держащие в руках человеческие души. Морриган кровавая богиня, одна из трех богинь войны. Она выбирает тех, кто умрет. А Донн - бог ночи и тьмы - ведает душами умерших. Он решает, когда отпустить их в Тихие долины.

- Как это? - не понял Ромка.

- Мы, друиды, верим в бессмертие души, - пояснил Гиральд.

- Ну и что? Мы, христиане, тоже в это верим. И иудеи, и мусульмане, - перебил Макс.

- Нет, христиане верят в то, что душа после смерти попадает в чистилище, и там держит ответ за дела, которые человек совершил при жизни. В других верованиях, душа вновь возрождается к жизни в новом теле, и это тоже - ответ за ее прошлую жизнь. Мы же просто верим, что после смерти начинается новая жизнь в Тихой долине, долгая и счастливая. Среди священных друидических стихов есть такие строки: "Не глубин унылого царства ищут тени мертвых. То же самое дыхание одушевляет их члены в ином мире. Смерть - это середина долгой жизни".

- Погодите, так значит, вы совсем не боитесь смерти! - осенило Макса.

- Да, поэтому долго живем, - скупо улыбнулся старик. - И только один бог Донн может задержать душу умершего и не пустить ее в Тихую долину. Это - самый страшный бог. Сайме предала учение друидов - ее страшила собственная смерть. И она стала придумывать способ избежать ее. Именно для этого ей были необходимы человеческие жертвоприношения - чтобы задобрить Морриган и Донна. Теперь Сайме - жрица этих богов, и они, благодарные ей за жертвы, не забирают ее душу. Когда безумица была изгнана из Цитадели, она поселилась в Морнеметоне, в северном лесу, в пяти днях пути отсюда, где и живет уже пять тысяч лет. Очень долго о ней ничего не было слышно, и казалось, Сайме превратилась в легенду. Но потом поползли слухи - один другого страшнее. Рассказывали о том, что Неистовая Сайме сумела сговориться с самим Донном. Теперь она умеет проводить ритуалы, после которых Донн берет душу в плен и не отпускает ее. Еще она научилась делать так, чтобы кровавая Морриган выбирала тех, на кого укажет ей жрица.