Правила чужой игры - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 78

– Дети. Брошенные на произвол судьбы, забытые всеми в своей молодости и неразумности. Курят, пьют, развратничают… Озлобленные на весь мир.

«Делим на шестнадцать и получаем компанию любителей отдыха на природе вдали от взрослых. Остальное выясним. Похоже, детки могут знать кое-что интересное…»

Бойцы закончили обыск, собрались у входа. На мой вопросительный взгляд Свен ответил кратко:

– Пусто.

– Ладно. Ничего не разрушили?

– Да нет вроде…

– Верните все на место и на выход. Уходим.

Парни удивленно похлопали глазами и пошли по углам – ставить на место отодвинутое, отброшенное.

– Хорошо, настоятель. Будем считать – помогли полиции, благодарим. Я к вам скоро приеду в гости. Не против?

– Даже если против, все равно приедете. Вы власть.

– Точно. Но приеду поговорить. А пока… У вас есть телефон?

– Да. В келье.

– Отлично. Если заметите кого постороннего – позвоните. – Я протянул ему листок с телефоном дежурного. – Только не подходите к нему близко, это опасно.

– Я не боюсь никого. Моя жизнь в руках Божьих.

– Ваша жизнь в ваших руках. Бог не затем вам ее дал, чтобы вы так глупо погибали. Он на вас надеется, а вы его подводите…

Павел вскинул брови – не ждал таких слов от полицейского. Неуверенно произнес:

– Вы так говорите, словно вы…

– Христианин? – договорил за него я. – Близко к истине. Я родился в христианской стране.

Священник замолчал, не зная, что сказать. Вид у него был растерянный.

– До встречи.

Я вышел на улицу следом за своими парнями, напоследок оглядев двор еще раз. Приехать сюда надо как можно скорее. Если сообщники пойманного шпиона есть, они непременно захотят выяснить, что произошло. А настоятель – святая душа – не сможет защитить себя.

…Уже ночью на базе Радован докладывал результаты допроса.

– Кого мы взяли – радист. Связной от агента должен выйти на связь утром или днем следующего дня. То бишь завтра. Перед приходом – звонок по мобильному.

– А агент кто?

– Он его толком не знает. Молодой, наглый. Рост выше среднего, блондин, стрижка средней длины. Особых примет нет… Одежда обычная. В церковь не заходит, встреча на пустыре. У развалин корпуса. Да, вот еще… – Радован потер лоб, вспоминая. – Там каким-то боком завязаны дети… подростки эти. То ли они на боевиков работают, то ли что-то еще…

– Понятно…

Караджич кивнул, поддел вилкой кусок мяса, окунул в соус и спровадил в рот. Я последовал его примеру. Минут пять мы молча и споро уничтожали обильный ужин, запивая его соком и газировкой. Поздний ужин с переходом в ранний завтрак. На часах без десяти три, все спят, только мы с Радованом сидим в столовой, разговаривая о делах и поглощая жаркое.

…Пленник изображал из себя партизана секунд тридцать. До первого нажима на одну очень уязвимую точку. После чего запел соловьем. И продолжал, пока не остановили.

Жаль, но особо ценной информации мы не получили. Сам он – техник из Арзана, работал на Грава. Завербован и послан сюда неким типом, приехавшим с юга. Тип хорошо говорил на ругийском, пообещал много денег и объяснил, что делать. С аппаратурой пленник был знаком – раньше чинил радиотехнику. Основы агентурной работы ему преподали всего за неделю. Дали канал связи, обговорили порядок выхода в эфир, ну и провели инструктаж по остальным вопросам.

Новоявленный шпион в прошлом имел несколько темных делишек, обращаться с оружием умел, физически развит средне – чтобы залезть на крышу сарая, сил хватало.

Работал всего восемь дней, успел отправить девять посланий. В основном информация о состоянии дел в приграничье, дислокация и состав воинских частей и данные о какой-то роте полиции. На последней встрече агент предупредил о том, что возможна охота за ним, и посоветовал быть осторожнее.

– Где он сейчас?

– В подсобке. В наручниках, под присмотром. Готов сотрудничать.

– Да?

– Да. Очень хочет жить.

– А зачем тогда стрелял?

– Говорит, от испуга. Все внезапно произошло.

– Пусть извинит, не успели предупредить…

Радован ждал вердикта.

– Пусть сидит. Будет нужен, когда его приятелей прихватим.

– Угу… – Караджич опустошил коробку сока и вскрыл новую. – Что дальше? Ловим связного и агента?

– Да. И как можно скорее, пока не удрали. Надо выяснить, нет ли еще какого-нибудь… любителя подсматривать за нами.

Тарелки опустели, как и бутылки и пакеты. Я встал, похлопал себя по пузу. Нормально. Еще на сутки заряда хватит. При такой колготной жизни поесть днем редко когда выходит. Так что мы как волки – едим впрок.

– Завтра… уже сегодня Влад со своими блокирует пустырь и посадку от границы, ты – со стороны города. Церковь тоже на тебе, тем более место знакомое. Съездите пораньше с Владом, посмотрите местность, как подойти, где сесть…

– Сделаем, – зевнул Радован.

– А сейчас – спать. У тебя три часа всего.

– А ты?

– Гляну информацию о преступлениях детей. Меня сейчас эти подростки очень интересуют.

– Думаешь, они как-то завязаны здесь?

Я пожал плечами, тоже зевнул.

– Посмотрим…

– …Обычная молодежь. Шестнадцати – восемнадцати лет. Таких много на улицах. Неполные семьи, родители не смотрят или, наоборот, задолбали воспитанием. Вот и бегут на улицы, сбиваются в стаи и шастают по подворотням и подъездам. Эти вон пустырь облюбовали… Строго говоря, ничего противозаконного они не делают. Привлекать не за что, – развел руками начальник отделения профилактической работы с несовершеннолетними.

– …Да их всего-то семь-восемь человек. Знаю я и главного, и других… Антошка Ломов верховодит. Он постарше, девятнадцатый идет. Младшей – Ольке Вязкиной – только шестнадцать. Остальным семнадцать или около того. Нормальные детки. Шебутные малость, с ветерком в голове. Так это обычное дело. Кто у родителей на шее сидит, кто подрабатывает. Общую школу скоро окончат, а там кто куда, – поделился впечатлениями и информацией начальник территории, по-нашему – участковый. – Только с бандитами они иметь дело не будут. Бандитов ненавидят. Как, впрочем, и все здесь…

Потратив два часа на выяснение ситуации с подростками, я покинул райотдел и поехал к церкви готовить прием связного и агента. Если все пройдет как надо, мы их возьмем.

– …«Лес-3», я – «Лес-10», на месте, сектор наблюдения пуст.

– Понял, «Лес-10».

– «Лес-3», «Лес-5» – на месте. На третьем пункте группа подростков. Сидят у костра.

– «Лес-8» – пусто.

– Принял.

Старший детектив, командир группы криминальной полиции, опустил радиостанцию и повернулся ко мне.

– Мои на месте. Кроме детей – никого.

– Ясно. И мои на месте. Ждем. – Я глянул на часы, был полдень. – В течение часа должен быть выход на связь. Но гость может прийти и раньше. Так что повнимательнее. Себя не засветите.

Оперативник дернул краем губ.

– Не засветим.

Я очень на это надеялся. Плошир, озабоченный поимкой шпиона не меньше меня, выделил в помощь лучших специалистов. Я рассадил их по периметру пустыря и возле церкви. И две группы отрядил на дальние подступы. Они должны скрытно проследить за тем, кто придет сюда. В чем, в чем, а в деле негласной слежки они были асы.

– «Ромб», «Угол-1», мы на месте.

– «Угол-2» – тоже.

Это уже мои парни докладывали о готовности. Пустырь, церковь и все окрестности были под контролем. Откуда бы ни пришел гость, он попадал под плотную опеку.

– Всем – полная готовность. Гостя, если пожалует, пропускать. Работаем по моей команде. Главное – не спугнуть.

Я обошел поваленное дерево, отбросил в сторону сук и встал на плоский прямоугольник бетонной плиты. Впереди метрах в пятистах была церковь.

– Я туда, ты давай на место. Ждем.

Старший детектив кивнул, потопал в кустарник, где у оперативников был импровизированный КП.[31]

Двор церкви был, как обычно, пуст. Беглый взгляд по сторонам вроде подтвердил это. Хотя где-то поблизости засели мои бойцы. Я еще раз глянул на сарай, на заросли кустарника, на кучу песка. Никого. Хорошо сели, не видно ни хрена. Главное, чтобы гость не заметил…