Правила чужой игры - Фомичев Алексей Сергеевич - Страница 132

Панов промолчал. Сообразил, для чего это нужно.

– Артур…

– Все, без споров. У меня нет времени. По моей команде накроешь наши позиции из всех стволов. А там… как выйдет.

Никакого геройства я не замышлял. Но за нашими спинами около двухсот раненых человек. И еще около сотни гражданских на форпосте. Боевики возьмут заложников и начнут игру в выкупы. Будет весело…

Я спрятал радиостанцию и глянул по сторонам. Боевики полезут здесь. Как пить дать. По полю и через овраг. Там место хорошее, как раз выйдут нам в тыл по дну. Значит, надо перекрыть овраг. Чем? У меня всего рота – пятьдесят пять человек. Да я со связным. Девять пулеметов, пятнадцать ручных гранатометов ГМ и 6Г-30, шесть снайперских винтовок. Сорок один автомат. Около двух с половиной сотен гранат и десятка два РПГ. Да еще десятка полтора противопехотных мин. Маловато на пять сотен бандитов. А помощь в лучшем случае подойдет через час.

Вызвать артиллерию? Дальнобойная, пожалуй, достанет. Но боевики попрут на нас со всей скоростью, чтобы сократить дистанцию. Тогда стволы станут бесполезны – своих побить можно. Да и опять – не успеют боги войны подготовиться.

– Командир, – отвлек меня от размышлений осторожный баритон.

Я повернул голову. Рядом стоял Алан Власов. Мой связной и нештатный телохранитель по совместительству. Идея приставить ко мне персонального охранителя возникла у Панова. Обосновал он ее просто – на войне у офицера всегда есть ординарец, выполняющий зачастую роль охранителя жизни командира. Вот пусть и бережет. А заодно выполняет обязанности связного. Связь у нас сплошь только по радиостанциям, и носить небольшой прямоугольник мне не тяжело. Но связной все же необходим. Иногда приказ и распоряжение удобнее передавать, минуя технику.

Вот Панов и предложил приставить ко мне связного. А Радован поддержал и посоветовал кандидатуру – из нового набора. Алан в прошлом спортсмен-многоборец, выносливость беспредельная, здоровья хоть отбавляй. Прошел полные курсы подготовки и дополнительно получил некоторое представление о работе личного охранника. Частенько я сам его подтренировывал – если уж рядом кто-то есть, то пусть будет самого высокого уровня. Власов впитывал знания как губка, тренироваться мог до бесконечности и со своими обязанностями справлялся отлично. И соображалка у него работала как надо, схватывал все на лету.

Приглядываясь к нему, я в уме прикидывал, что Алана со временем вполне можно ставить на взвод. Потянет…

– Командир, – повторил Власов. – Может, стоит отойти немного назад? За спиной осталось отличное место для обороны.

– Я понял, о каком месте ты говоришь. Не пойдет. Бандиты вполне могут свернуть в любую сторону и уйти. Нельзя их пускать.

Алан вздохнул, поправил автомат на ремне и негромко произнес:

– Будет бойня.

– Это точно. Не горюй. Проскочим!..

Взвод Иштвана подоспел, когда участок поля перед позициями роты уже засеяли минами и растяжками. Не особо густо – берегли гранаты. Так, чтобы притормозить боевиков, подержать их на расстоянии.

Мы с Владом обошли позиции, прикинули план боя. В этот момент от переправы раздался сдвоенный взрыв. Деревянный мост взлетел на воздух.

– Значит, они близко, – прокомментировал Кантин. – Брод там рядом, перейдут быстро. Еще минут двадцать – и все.

– Да. – Я откинул на автомате приклад. – Значит, так… Бери семь пулеметных расчетов и занимай позиции напротив оврага.

– То есть?

– То и есть. Нельзя им давать подойти к оврагу. Иначе мы их не удержим. От деревьев до кустарника всего сто метров, они этот отрезок не должны пройти. Понял?

– Я пошлю Тавра…

– Здесь посылаю я!

Двусмысленная фраза вызвала кривую усмешку на лице Влада. Он качнул головой.

– И сколько у тебя останется?

– Считать разучился? Сорок два со мной. У нас нет другого выхода. Все, действуй.

Идиотская ситуация! Вокруг масса сил и армейских, и полицейских. Авиация, танки, пехота… Но именно сейчас в радиусе тридцати километров ничего больше взвода не найти. И погода как назло… Только воздушные змеи и взлетают. Вот мы один на один с Ролкой и остались. Но куда исчезла рота полиции?..

Размышления прервал мрачный голос Тавра:

– Идут.

Я вскинул бинокль. Миновав брод, боевики выходили к полю…

Вообще-то по всем военным канонам для успешного наступления атакующие должны иметь четырехкратный перевес в силах. Боевики вдвое перевыполнили условия, имея приблизительно восьмикратный перевес. При таких пропорциях успех должен быть на стороне бандитов. Должен, но не обязан…

Боевики спешили. Сильно. Это было видно по скорости их перемещения. В центре огромного каре топали пешие бандиты, то и дело переходя с быстрого шага на трусцу. Автоматы в руках, глаза рыскают по сторонам, лица сосредоточены и злы. По флангам катили джипы – по пять с каждой стороны. Стволы пулеметов направлены по бокам. Позади еще несколько машин, на турелях АГСы и НСВ. Несколько человек стоят в открытых кузовах, озирая местность в бинокли.

Эдакая когорта, готовая ощериться огнем при малейшем подозрении на появление противника. Кроме оружия и боеприпасов, у них ничего не видно. Топают налегке, рассчитывают на трофеи. А где Ролка?

Окуляры бинокля проследовали слева направо, сканируя машины и пеший строй. Знакомого лица не видно. Либо в машине сидит, либо его здесь нет. Впрочем, теперь это не важно. Главное – удержать этих.

Я на секунду отвел взгляд в сторону и скомандовал Тавру:

– Давай.

Тот кивнул и вызвал командира артбатареи, что сейчас стояла в Стуруне. Они уже готовы открыть огонь по нашей команде – Панов успел договориться.

– Ни хрена себе, – пробубнил под нос комвзвода Березин, лежавший метрах в пяти от нас. – Сколько дряни повылазило…

– Да, – согласился Тавр. – Весело сейчас будет.

– Угу. Повеселимся напоследок.

В детстве я пару раз смотрел фильм «Чапаев». Эпизод с «психической» атакой белых помню хорошо – и как четко и гордо шли ряды офицеров, и как стервенели красноармейцы, и как строчила Анка, не знавшая, что станет героиней анекдотов вместе с Петькой и Василием Ивановичем.

Боевики шли не гордо, скорее трусливо. Настороженно. Как пощипанная стая волков, ожидая свиста и выстрела со всех сторон. И как волки, они были готовы напасть на любого, кто встанет у них на пути.

Разведка боевиков – два десятка человек, бегущих впереди каре, – нас пока не видела. С задних машин в бинокли позиции роты тоже не разглядели. До холмов еще метров пятьсот.

Я установил прицел на триста метров, попробовал поймать на мушку переднего бандита. Небольшая фигурка норовила соскочить с мушки, словно знала, что ей угрожает.

Вой снарядов на миг отвлек внимание, глаза автоматически глянули вверх, хотя увидеть стальные конусы невозможно. Первый залп лег чуть в стороне от центра каре, задев с десяток боевиков и удачно разнеся один джип.

Бандиты попадали на землю, машины вильнули в стороны, на миг воцарился бардак. Но тут же, повинуясь чьей-то команде, бандиты вскочили и побежали вперед. К холмам.

Второй залп снес еще полтора десятка боевиков. В основном тех, кто бежал с левого фланга. Следующий залп уже ляжет в опасной близости от наших позиций.

– Тавр, давай отбой.

– Понял.

Артиллеристы успели ударить еще один раз. Несколько боевиков разметало по траве, а один из джипов исчез в пламени и грохоте взрыва.

«Хрен мы их остановим. По крайней мере сюда они дойдут, а там как ляжет… Видимо, суждено мне подохнуть в чужом мире, а мои там ничего и не узнают…»

Усилием воли выбросив похоронные мысли из головы, я скомандовал:

– Как только они дойдут до мин – открываем огонь.

С боевиками явно был кто-то, понимающий в военных делах. Видимо, он просчитал расположение наших позиций и отправил сотни две бандитов в обход к оврагу. Наши предположения сбылись. Теперь Владу надо остановить без малого две роты огнем семи пулеметов и девяти автоматов. Благо удобный выход из оврага один и он довольно узок. А если бандиты пойдут еще дальше?