Сумасшедшая принцесса - Устименко Татьяна Ивановна - Страница 84

Хуже всего стало после того, как я миновала коридор и вошла в лабиринт тюремных помещений, когда-то служивших последним пристанищем несчастных узников. Многочисленные оковы, и сейчас не желавшие выпускать из своих смертельных объятий полусгнившие остовы сгинувших жертв, не оставляли сомнений относительно предназначения этого яруса. Приходилось только изумляться изобретательности палачей, заковывавших пленных в столь невероятных позах. Не хотелось даже верить, что этими извергами могли оказаться мои титулованные предки. Невыносимо угнетающая тишина коридора сменилась какофонией разнообразных, самых невообразимых звуков. Неведомо откуда взявшийся ветер завывал в щелях каменной кладки, брякал ржавыми кандалами, раскачивая высохшие скелеты с глазницами, вспыхивавшими потусторонним синим светом. Один гигантский остов неожиданно повернулся ко мне, с таким натурализмом протягивая обглоданные крысами конечности, что я не выдержала – и с нервным смешком разрубила его на части, избавившись от неупокоенных останков.

Факел давно прогорел и погас. Приходилось полагаться только на собственное зрение, никогда до этого меня не подводившее. Но в этих проклятых коридорах происходило что-то необычное. Контуры стен, иногда четкие и реальные, вдруг начинали двоиться и расплываться, указывая на наличие скрытых ловушек. Я знала, что многим сильным магам оказывались вполне по силам эксперименты с пространственными заклинаниями, и с благодарностью вспоминала слова бабушки Смерти о своем умении преодолевать охранную магию. Похоже, скрытые способности моего организма выявляли установленные в стенах ловушки, оберегая меня от огромных неприятностей. Вляпайся я в такое искривленное пространство – неизвестно, где бы я могла оказаться в следующий миг. Не исключено, что на дне ямы с острыми кольями.

Среди гаммы звуков, сопровождавших мой длительный поход, вдруг начал выделяться один, усиливающийся и приближающийся. Он состоял из мягких шоркающих перекатов, подкрепленных угрожающим пристукиванием. Такой мог бы издавать огромный хищник, передвигающийся на бархатистых лапах, заканчивающихся огромными когтями. Я вынула из ножен меч, во вторую руку взяла любимый кинжал, втиснулась спиной в небольшую нишу и замерла, затаив дыхание. Преследователь приближался. До рези в глазах всматриваясь в полумрак коридора, я готовилась дорого продать свою жизнь. Неведомая тварь неожиданно громко взревела и, одним прыжком одолев разделявшее нас расстояние, обрушилась на мои плечи, впечатав меня в стену. От неожиданности я отчаянно заорала прямо в морду ловкого существа и попыталась ткнуть его в открытый живот. Сталь кинжала, чуть не сломавшись, отскочила от жестких перьев, сплошь покрывавших тело необычного противника. Бессильно опустив руки, я не сводила очарованного взора с удивительного создания.

Не менее легендарное, чем дракон, оно тоже встречалось на страницах раритетных эльфийских манускриптов. Голова льва, тело быка, покрытое стальными перьями, и два орлиных крыла на спине. Хвост с жалом на конце, мягкие кошачьи лапы с огромными когтями. Грифон – невероятного размера и красоты. Возможно, как и Эткин, последний представитель своего племени. Хищник громко мурлыкнул и отпустил меня. Я приложила ладонь к сердцу и низко поклонилась:

– Принцесса Ульрика де Мор приветствует великого охотника! – Я не была уверена, понимает ли он мою речь.

Грифон высунул длинный язык и ласково лизнул меня в лицо:

– Старшая кровь! – приветливо мяукнул он.

– Ах! – изумилась я. – Ты говоришь на нашем языке?

– Немного. – Грифон тряхнул лохматой головой. – Меня учили Великие! Я Граникус – Страж галереи Трех порталов!

– Что за галерея?

– Там, – стукнул грифон лапой по полу, – сходятся Три портала, построенные Великими. Путь к ним знает Хранитель. Я защищаю вход.

– Куда ведут эти порталы?

– В миры, созданные Великими. – Грифон удивился моей неосведомленности. – Мы все их дети, а ты – дитя старшей крови!

– Ничего не понимаю! – опечалилась я.

Граникус довольно оскалился:

– Знания похожи на добычу. Нужно терпеливо охотиться, и ты их поймаешь.

– Мудро сказано, – согласилась я. – Куда мне идти дальше?

– А куда ты хочешь попасть? – вопросом на вопрос ответил грифон.

– Я хочу найти брата-близнеца, он тоже дитя старшей крови.

– Тогда это обязательно нужно сделать, – забеспокоился Граникус. – Пойдем к Хранителю. Он знает.

– А какой он, этот Хранитель? – опасливо спросила я, следуя за грифоном, важно подняв хвост, шествующим по коридору.

Граникус задумался.

– У него нет тела, нет жизни, нет смерти! И еще – он коварный!

– Он нам поможет?

– Да, если ты его перехитришь!

Я пожала плечами. Как можно обмануть хитрого призрака?

Ведомая грифоном, я спускалась все ниже и ниже по узким извилистым лесенкам подземных ярусов. Каменная кладка подземелья сменилась грубо обработанными базальтовыми стенами. Мы явно вышли за пределы подвала башни и очутились в коридорах, основой которым служила естественная пещера.

– Это и есть галерея Трех порталов? – не удержавшись, спросила я.

Граникус, сохранявший безупречно невозмутимый вид, презрительно щелкнул острыми зубами:

– Ты действительно ничего не понимаешь, принцесса! Эти переходы построили первые расы – эльфы и сильфы. Галерея находится глубоко под ними. Когда-то, очень давно, по ней можно было попасть в Хрустальную долину…

– А ты, случаем, ничего не путаешь? – взволнованно перебила я. – От Нарроны до долины эльфов много дней пути!

– По поверхности, но не через Портал!

– Значит, раньше в столице королевства людей жили эльфы?

– Нет! – Грифон решительно отверг столь скоропалительный вывод. – Люди появились в этих краях намного позже и частично восстановили заброшенные руины. Эта башня была выстроена на фундаменте подземного лабиринта, но люди никогда не догадывались о том, что скрыто под городом.

– А почему отсюда ушли эльфы?

– Это мне не ведомо, – признался грифон. – Знаю только, что сейчас они живут на Поющем острове.

Увлеченная интересным разговором, я не заметила, как таинственный полумрак начал сменяться рассеянным мерцающим светом. Источниками необычного освещения являлись многочисленные кристаллы, густо вкрапленные в стены. Да и сам материал стен сильно изменился. На смену грубому камню пришел изящный мрамор, щедро изукрашенный непонятными надписями, которые я, даже применив свои обширные языковые познания, так и не смогла расшифровать.

– Будь внимательна! – предупредил меня проводник. – Мы вступили в чертоги Хранителя.

Я только хотела спросить – ну, и где же он, этот пресловутый Хранитель? – как коридор резко оборвался, закончившись уютной округлой пещеркой. В центре странного помещения стояли два простых деревянных стула, разделенные дощатым столиком. На столе не было ничего, кроме подсвечника с горящими свечами и маленького бронзового колокольчика. Повинуясь указаниям грифона, я села на один из стульев, взяла колокольчик и потрясла им в воздухе. Раздался тонкий, мелодичный звон. Граникус облегченно вздохнул, свернулся в клубок прямо на каменном полу и прикрыл глаза широкой лапой.

«Да он, никак, спать собрался? – мысленно изумилась я. – Мы что, надолго здесь застрянем?»

Но в следующий миг от противоположной стены неожиданно отделилась темная фигура и, не касаясь пола, медленно поплыла через всю пещеру по направлению к хлипкому столику. Я испуганно вцепилась в деревянную столешницу. Конечно, грифон предупреждал меня о призрачной природе Хранителя, но я совсем не ожидала увидеть нечто подобное. Темная фигура, облаченная в широкую мантию с капюшоном, не имела ничего, хоть отдаленно напоминавшего физическое тело. Полы одеяния шевелились и раздвигались, но под ними обнаружилась прозрачная пустота, каким-то непостижимым образом придававшая очертания человеческой плоти широким одеждам, одетым на пустоту. Под низко опущенным капюшоном поблескивала пара кроваво-красных глаз и кривой рот, обнажавший щедрый набор острых, желтых зубов. В целом облик Хранителя производил неизгладимое впечатление – хотелось вскочить с места и бежать прочь со всей возможной скоростью. Я попыталась вытащить ноги из-под стола, но неловко зацепилась каблуком за какую-то деталь мебели и шлепнулась обратно на стул. Хранитель, с удовольствием наблюдавший за попыткой неудавшегося бегства, глухо захохотал: