В тени престола. Компиляция 1-12 книга (СИ) - Бушмин Виктор - Страница 130

– Герцог! Как вы думаете, что станет делать наш кузен Генрих? – Спросил король.

– Честно сказать, не знаю! Эта шельма может, что угодно учудить! – Ответил герцог, вытирая пот, струившийся по шее. – Хотя, лично мне кажется, что он отступит…

Граф Робер, слушавший весь этот бред, не выдержал:

– Слушай, Гуго! Меня уже доконала твоя трусость и дурость! Не хочешь биться, не надо! Только, умоляю тебя, не ной!..

Герцог покраснел, видимо слова графа задели его за живое, но спорить не стал:

– Робер! Вот, ты, взрослый мужчина! Практически независимый государь! А ведешь себя хлестче своего молодого сынишки Бодуэна! Тебе бы всё подраться с кем-нибудь! Пограбить, пожечь! Тебе, что – крестового похода мало?..

Последние слова задели графа. Он плюнул на землю и, повернувшись к Гуго, ответил:

– Мало!!! А с тобой я не то, чтобы воевать, сереть на одном гектаре не сяду!!! Твой отец Оттон, царствие ему небесное, не в пример тебе, оболтусу, нашел храбрости пойти в поход! Он и погиб, как герой вместе со старым де Блуа и де Вермандуа, дядей нашего короля Людовика! Мне рассказывали очевидцы, как они, после того, как убили их коней и оруженосцев, пешие, с секирами в руках, крушили и крошили турок в мелкий фарш! Когда их убили, их тела лежали на верхушках пирамид, сложенных из Телов убитых ими мусульман! Даже сарацины ничего не имеют против храбрости. Они выдали их тела с почетом и благовониями! Вот это, я понимаю, люди! А ты!..

Людовик, слушая их спор, понимал, что дело вот-вот может дойти до рукоприкладства. Он решил успокоить спорщиков:

– Мессиры! Прошу вас, прекратите ругань, словно базарные торговки-старьёвщицы! Граф! Вы неправильно истолковали слова герцога Гуго! Он просто, очень предусмотрительный человек, а не трус вовсе, как вам показалось. Верно, герцог?..

Герцог с охотой закивал головой. Ему не хотелось попасть под «горячую руку» разозлившемуся графу. Королю же нежелателен был разлад, ведь герцог мог увести свои войска, ослабив, причем серьезно, армию короля.

– Мессиры! Протяните руки в знак примирения! Граф, дядя! Прошу вас взять, ради меня, свои слова обратно! – Людовик решительно посмотрел на Робера.

Граф Фландрии немного замялся, потом протянул руку герцогу:

– Ладно, Гуго, прости ты меня, старого ворчуна! Бывает, пойму что-нибудь не так, я ведь, не обучен грамоте и наукам разным. Не обижайся на меня…

Герцог вздохнул с облегчением:

– Ничего, граф Робер. Я не в обиде! Негоже старым друзьям ссориться из-за английской собаки! – Опять он сказал лишнего.

– Гуго! Никогда не говори больше о враге, тем более носящем корону, в подобном тоне! Его величество, король Генрих Английский, рыцарь, сын самого Гильома – Завоевателя! Собакой его обзывать нельзя!..

– А скотиной можно? – Не унимался Гуго.

– Королей, помазанников божьих, обзывать грех! – отрезал граф Роберт.

– Ладно, не буду. – Кивнул головой Гуго.

Людовик только сейчас понял, что с герцогом что-то не так. Видимо слухи о том, что у него частенько случаются небольшие помутнения рассудка после того самого злосчастного удара турнирной палицей, нанесенного молодым Людовиком, правда. Король испугался и приказал:

– Мой милый герцог! Зная вашу храбрость, назначаю вас «Хранителем священной Орифламмы Франции». Теперь ваш долг – беречь знамя, как зеницу ока!

Герцог, польщенный этим известием, стал раскланиваться. Граф, услышав об этом, начал обижаться на короля.

Когда герцог Гуго отъехал, король сказал дяде:

– Дядя! Вы что, не поняли, что у Гуго немного не в порядке с головой? Не помните ту старую историю с палицей на турнире?..

Робер сделал удивленное лицо:

– Да ты что?! Это же надо, как ты его, племянник, отделал! До сих пор, бедняга, в себя никак не придет! Сирота несчастный…

В это время, подъехавший к ним, Годфруа де Леви сообщил:

– Сир! Впереди, в двух лье за рекой видны английские части, обложившие Ле-Планш-де-Нофле осадой! Мой отряд атаковал англичан, посеяв панику в их рядах! Они спешно снимают осаду и отходят на другой берег!..

Граф Робер, обеспокоенный отходом англичан, уточнил:

– А тот берег, чей? Наш? Или англичан?..

– Наш, наш! Успокойтесь, дядя! – Ответил король Людовик.

Граф Роберт поклонился и пришпорил коня. Его фламандцы, не утерпев, уже вступили в бой и быстро оттеснили англичан к Жизору, на спорные территории. Армия вторглась в спорные земли и остановилась на берегу Эпты, отделяющей Жизор от них узким мостом. Людовик спешно отправил гонцов к графу Роберу с приказом прекратить атаку и остановиться. Фламандцы, скрепя сердцем, прекратили преследование англичан и нормандцев и стали спешно возводить укрепления на береге реки. Остальная часть королевской армии стала подтягиваться к ним.

Немного расскажу о разведке, которая существовала и активно использовалась в средние века. Людовик Французский, как и многие другие монархи того времени, не брезговали пользоваться услугами разведчиков, соглядатаев и шпионов в различных областях своей деятельности. Сугерий, используя симпатии французского духовенства к деятельности сначала принца, а потом, короля Франции в деле защиты мира и спокойствия церквей, священнослужителей и прихожан, пользовался услугами монахов, аббатов или профессиональных разведчиков, гримировавшихся под них.

Вот и сейчас, накануне войны, на стол королю поступали практически ежедневные донесения от них. Людовик знал практически полную численность войска Генриха и его союзников. Знал король и общие настроения, витавшие в провинциях королевства, соседних княжествах и государствах.

Отдав приказ о прекращении атаки на англичан и нормандцев, Людовик, прежде всего, понимал и знал то, что общая численность армии противника превосходит его части. Конечно, эта внезапная атака и победа в первом столкновении, прибавила уверенности его воинам, но незначительно умерила воинственный пыл врагов. Это нельзя было сбрасывать со счетов. И, все же, армия короля Людовика, хотя и насчитывала около пяти тысяч рыцарей и конных воинов и, чуть больше двух тысяч человек стрелков и пехотинцев, тем не менее, значительно уступала силам Англии и Нормандии. У короля Генриха только конных тяжеловооруженных воинов было не меньше восьми тысяч, не считая стрелков и пехотинцев. О наемниках из Брабанта, Геннегау и северных немецких княжеств король Людовик имел пока только разрозненные данные, но и они были впечатляющие!

Весь расчет короля Франции сводился только к одному: попытаться решить войну путем переговоров, на худой конец, отдав исход войны на Божий Суд. Людовик, владевший воинским искусством, пожалуй, как никто другой в королевстве, рассчитывал сразить Генриха в открытом рыцарском поединке-ордалии, один на один. Ну, в крайнем случае, двадцать на двадцать. Король не хотел рисковать своими людьми, а на своих вассалов, после разговора с герцогом Бургундии, он вряд ли мог рассчитывать. Может быть, только на Гильома де Невер, Матье де Бомона, и то, под большим сомнением. Нет, они все храбрые воины и благородные рыцари, но вот вопрос: смогут ли они поставить за короля и его престиж свои жизни, как его верные люди.

Отряд мессира де Шомон, обороняющий Вексенское графство и усиленный отрядами де Перша и де Монфора, отличное и боеготовое соединение, но его Людовик решил использовать в качестве своего последнего стратегического резерва.

Оставалось только уповать на согласие Генриха Английского биться один на один.

В это самое время Людовик услышал призывный звук трубы, известившей о прибытии какого-то, довольно-таки, знатного сеньора – союзника короля. Король не поленился и вышел из своей палатки, чтобы посмотреть на прибывшего гонца. Он увидел, как кто-то спешился с боевого коня и направляется в его сторону. Рыцарь был весь в дорожной пыли, на нем была только длинная, доходившая ему почти до щиколоток, кольчуга, на лице дутый шлем нового типа с личиной, прикрывающей лицо.

Стражники и рыцари (люди мессира де Леви), охранявшие палатку Людовика, преградили путь незнакомцу. Рыцарь послушно остановился и снял с головы свой шлем, стянул кольчужный капюшон и обнажил голову.