Оранжевая страна. Книги 1-3 (СИ) - Башибузук Александр - Страница 134

Собственно, мое предложение сделать вылазку возражений не встретило. Парни прекрасно понимали, что выхода у нас другого нет. Обсуждение операции прошло рекордно быстро, инструктаж остававшихся на позициях – и того быстрее. Командовать ротой я оставил Зеленцова, приказав ему в случае провала нашей операции держаться до следующей ночи, а потом попытаться тихо уйти.

Дальше были сформированы две группы по шесть человек, мы быстро экипировались и выступили. Со мной пошли два баска – Мигель Бароха и Хорхе Орхеда, три ирландца – Том О’Ши, Нолан Шихан, Пирс Хили и серб Славко Илич. Парни как на подбор сплошные инсургенты, бандиты, разбойники и контрабандисты, но как разведчики и диверсы – лучшие в роте.

Степа возглавил вторую группу, собрав ее состав по своему усмотрению и не забыв включить Абрахама Смита, того самого индейца-полукровку с томагавком.

Помимо обычной экипировки для разведвыходов мы взяли с собой однозарядные укороченные карабины Мартини-Генри, приспособленные для стрельбы ружейными гранатами. Теми же самими, вновь изобретенными мной Stielhandgranate 24, германскими «колотушками», только в измененном виде – кольцевым стабилизатором из жести, конической чугунной рубашкой с насечками и трубкой-насадкой на ствол вместо деревянной ручки, а также другим взрывателем. Не бог весть что, скажу прямо, конструкция средней паршивости, летит всего лишь на полторы сотни метров, точности никакой, но почти двести грамм лиддита должны свое дело сделать. Впрочем, посмотрим по ситуации. Есть и другие варианты.

Почти как всегда на этой войне, британское командование отнеслось к вопросу боевого охранения своим обычным способом, то есть спустя рукава. Не хотят в этом плане учиться островные обезьяны, хоть тресни. Нет, посты присутствуют, даже в немалом количестве, но система их расположения предназначена только для того, чтобы поднять тревогу в случае неожиданной попытки противника прорвать кольцо окружения. Но никак для воспрепятствования проникновению малых диверсионных групп. Впрочем, это вполне обычно для нынешнего времени. Не пришла еще военная наука к такому понятию, как масштабная диверсионная война.

Расположение почти всех британских секретов я изучил еще засветло, соответственно проложил маршруты проникновения, поэтому за первое кольцо оцепления мы проникли без особых проблем. Группы разделились и пошли по своим маршрутам. Стоп…

Различив какие-то звуки левее по ходу движения, я вздернул руку со сжатым кулаком вверх и присел. Назад не оглядывался, будучи уверенным в том, что мои парни выполнили команду безукоризненно.

– Что за нахрен?.. – беззвучно прошептал, до боли в глазах всматриваясь в темноту.

Зловещий хруст, смутные тени, утробное урчание и тявканье…

Тьфу, мать твою! Да это же семейка гиен ужинает! Вполне возможно, каким-нить Томми Аткинсом харчатся, набили-то мы сегодня их много. В темноте и не разберешь. Да особо и не важно. Надо же, осмелели твари, обычно они к людям даже близко не подходят. Кровь чуют. Зараза, придется обходить, гиены могут такой шум поднять, что мало не покажется.

Сделав крюк в сотню метров, мы благополучно обошли падальщиков и сделали остановку на небольшом холме, густо поросшем кустарниковой акацией, откуда прекрасно просматривался лагерь бриттов, до которого оставалось всего полмили.

Все как на ладошке. Луна светит, будто маленькое солнце, да и зарево костров прекрасно освещает ряды палаток. Легкий ветерок приносит запах подгорелого варева пополам с вонью йодоформа и человеческого дерьма. Даже вопли и стоны раненых слышно. Какое-то нездоровое оживление наблюдается: солдатики снуют туда-сюда. Построение, что ли? Да и хрен бы с ними. Где у нас батарея? А вот и она, в стороне от основного лагеря, где-то в полумиле от нас на северо-запад. И как раз удобная лощина для подхода…

– Черт!..

Услышав позади сдавленное ругательство, я резко развернулся:

– Что там?

– Командир… – Томас О’Ши скрючился на траве, держась обеими руками за икру. – Командир… я… меня… – хрипел ирландец, будто его кто-то душил.

– Мигель, Хорхе, наблюдать!.. – тихо рыкнул я и стал возле него на колени. – Покажи. Да убери руки…

Стянул бродень с ноги, распорол штанину кинжалом и сначала ничего не разглядел, но потом провел рукой по коже и ощутил небольшую припухлость. Что за черт? Змея?

И невольно зашарил взглядом вокруг. Тело рванула паника, скрючивающая потроха в узел. А если она рядом? Паскудство… ненавижу этих чешуйчатых тварей!..

– Когда тебя укусили?

– Н-не знаю… – прохрипел Томас. – Не здесь… где-то внизу… А-а-а!.. – Он неожиданно взвыл и забился в сильных судорогах.

– М-мать… – Я едва успел зажать ирландцу рот и навалился на него всем телом. – Держите его…

Все-таки змея. И, скорее всего, африканская гадюка. Видал я уже здесь похожие симптомы. Никаких сывороток у нас нет, да и вообще их сейчас от укуса этой твари еще не существует, соответственно, шансов у парня тоже никаких нет. Умирать он будет долго и громко, а значит, выход один. Прости, Томас, ты был хорошим солдатом…

Перехватил поудобнее кинжал, скривился от омерзения к самому себе, и только примерился ткнуть острием в подключичную артерию, как почувствовал, что тело О’Ши обмякло.

– С ним все, командир, – шепнул Славко. – Отошел…

– Все под Господом ходим, – спокойно прокомментировал Шихан, аккуратно снимая сумку с ружейными гранатами с Томаса. – Покойся с миром, Томми. Интересно, тварюка, что его цапнула, здесь или уже свалила?

– Свалила, скорей всего, – так же спокойно ответил ему Пирс Хили, после чего, огорченно покачивая головой, принялся методично опустошать подсумки на трупе. – Вот же… Он мне задолжал три шиллинга…

– Командир, глянь сам, – Мигель тронул меня за плечо, – что-то они засуетились.

Я перевел взгляд с жутко искореженного предсмертной судорогой лица Томаса на британский лагерь и невольно выматерился про себя. Черт, этого еще не хватало…

Бритты начинали формировать колонны для атаки. Ночной атаки, твою же кобылу в дышло!!!

Как бы в подтверждение, жерла орудий бронепоезда выбросили длинные снопы пламени, а через мгновение в небе над нашими позициями расцвели огненные цветки шрапнельных разрывов. Тут же бронепоезд поддержали артиллерийские батареи. Заглушая трели цикад, над ночным бушем пронесся адский грохот.

– Быстрее, быстрее… – Под аккомпанемент рычания офицеров совсем рядом прогалопировал британский отряд. – Живее, бегом… – С другой стороны пробежал другой.

Нас никто не заметил, да и не мог заметить. Разве совершенно случайно, что вовсе маловероятно – никто в своем уме не полезет в отчаянно колючие и кишащие разными ядовитыми тварями заросли. Особенно ночью.

Немного подумав, я приказал:

– Находимся на месте. Ждем…

Ничего иного пока в голову не пришло. Очень хочется надеяться, что Наумыч поступит точно так же. По диспозиции, он должен был начать работать только после нас, воспользовавшись тем, что бритты отвлекутся и ринутся ловить вражин, устроивших диверсию. А теперь…

«А что теперь?.. – слегка поразмыслив, ответил я себе. – Все складывается как нельзя лучше. Англы уже отвлечены, так что работай сколько влезет…»

Очень скоро холмы, на которых находились наши позиции, окутались огоньками ответных выстрелов. Оставляя за собой красивые огненные хвосты, полетели ракеты, лопаясь багровыми фейерверками в черном небе. Нормально. Должны отбиться. А мы подсобим с тыла как можем.

Подождав, пока бой разгорится как следует, я дал команду выдвигаться. Труп несчастного Томаса так и остался лежать на верхушке холма. Увы, в благородство играть нам не с руки, на кону стоят гораздо более важные вещи. Еще раз прости, парень.

Уже через час мы незамеченными выбрались на пригорок в семидесяти метрах от батареи. Никакого боевого охранения рядом с ней и в помине не было. Слаженная суета обслуги, отрывистые команды, методичное рявканье стодвадцатимиллиметровых гаубиц – бриттам даже в голову не приходило, что рядом с ними находится вражеская диверсионная группа. Тем более при таком грохоте вряд ли они даже сами себя слышат.