Кодекс дуэлянта. Книга 3 (СИ) - Волков Тим - Страница 35

Славия и я, склонившись над землей, плели основу Купола — замысловатую сеть из магических потоков, напоминающую паутину. Наши руки двигались синхронно, сплетая нити энергии, черпая силы из древних рун, начертанных на полу вокруг конструкта.

Айрон, мерцая металлическим телом такт магическим импульсам, создавал стабилизирующие узлы, укрепляя структуру Купола, предотвращая ее разрушение под напором вражеской магии. Рядом с ним Агнета шептала заклинания, вплетая в Купол защитные руны, отражающие любые атаки.

Дарья, бледная, но решительная, стояла у жертвенного огня. Она, один за другим, бросала в пламя магические камни, подпитывая общий магический фон, давая нам силы, необходимые для создания столь мощного защитного барьера.

Создав основу, мы принялись за создание полотна энергетического купола.

Я встал в центре круга, почувствовал, как энергия Купола нарастает, сгущается вокруг нас. Воздух вибрировал, искрился, по нему пробегали разноцветные всполохи. С каждым мгновением давление нарастало, давя на грудь, затрудняя дыхание.

Но мы не сдавались. Мы вливали в Купол все свои силы, всю свою магию, всю свою волю, защищая наш поместье от нашествия безжалостных инсекторов.

Купол рос на глазах, превращаясь в огромную полупрозрачную сферу, окутывающую поместье непроницаемым коконом. Мы знали, что это лишь временная защита, передышка перед решающей битвой. Но даже временная защита давала нам надежду, шанс на выживание, шанс отстоять наш дом.

Купол был создан вовремя — буквально через минуту грохнули первые выстрелы. Инсекторы подошли к поместью.

Небо затмила чёрная туча — рой инсекторов, плотный, как грозовая туча, надвигался на поместье.

«Это не основной удар, — понял я. — Прощупывают, делают разведку».

Тысячи жужжащих, стрекочущих, свистящих тварей, ведомые безумной жаждой завоевания, обрушились на защитный купол.

Первыми атаковали летучие твари — огромные стрекозы с лезвиями вместо крыльев и жуки, чьи панцири были усеяны шипами, выстреливающими отравленными иглами. Они набрасывались на купол, царапая, кусая, жаля — но магия, вплетенная в его структуру, отбрасывала их, словно волны от скалы.

Затем пришли наземные войска — шестиногие твари с клешнями, острыми, как бритвы, жуки-бомбардиры, извергающие едкую кислоту, огромные, бронированные скорпионы, атакующие своими ядовитыми жалами. Они карабкались друг на друга, пытаясь добраться до вершины купола, но магия отбрасывала их, сжигала, превращала в пыль.

Но инсекторы не сдавались. Их безумная, холодная ярость не знала границ. Они наступали волна за волной, не считаясь с потерями, ведомые инстинктом улья, стремящегося поглотить, уничтожить все на своем пути.

Купол дрожал под напором тысяч атак, магические нити, из которых он был соткан, натягивались до предела, грозя лопнуть. Мы, истощенные, но полные решимости, подпитывали Купол своей магией, своими жизненными силами, защищая поместье.

«И это еще даже солдаты не начали атаку!» — подумал я, глядя как насекомые терзают и проверяют на прочность нашу защиту.

Битва продолжалась. И никто не мог предсказать ее исход.

Я оказался прав — первая атака была лишь только пробной.

Рой отступил, словно прилив, откатившийся от берега. Наступила зловещая тишина, нарушаемая лишь треском обугленных тел инсекторов у подножия Купола. Мы, изможденные, тяжело дыша, ждали. Знали, что это затишье перед бурей.

И она грянула. Из рядов инсекторов вышли… люди. Не совсем люди, конечно. Мутировавшие, с хитиновыми пластинами на коже, светящимися глазами-фасетами, но всё же — гуманоиды. Их было немного, десятка два, но каждый излучал мощную, чуждую магию. Инсекторы научились создавать марионеток, копируя человеческую форму.

Один из капитанов инсекторов, тот, кто не вступал в бой, а лишь руководил атакой, крикнул:

— Индиго! Вперед!

Что это были за индиго я не понимал, но четко осознавал, что нам придется постараться, чтобы отбить их наступление.

И атака их была ужасна. Они подняли руки, выписывая какие-то жуткие символы, из их глаз-фасетов хлынули лучи не света, но звука. Пронзительный, режущий, искажающий пространство звук. Звук, который не оглушал, но проникал в самую душу, выворачивая её наизнанку, разрушая волю.

Купол завибрировал, защитные руны, вплетённые Агнетой, вспыхнули, отбивая звуковые удары, но магия индиго была хитрой, искажающей, она находила лазейки, била по слабым местам.

Дарья вскрикнула, хватаясь за голову, я тоже побледнел, из носа потекла кровь. Меня буквально выворачивало наизнанку, словно кто-то каким-то невероятным образом запустил в меня свою когтистую лапищу, покрепче ухватился за внутренности и потянул наружу.

Славия стиснула зубы, её руки, поддерживающие Купол, дрожали. Даже Айрон, лишённый души, замер, его системы перегружались от искажений, вызванных звуковой атакой.

Инсекторы придумали коварный план. Они били не по магии Купола, а по нам, по нашим разумам, по нашей воле. Если мы упадём, Купол рухнет вместе с нами.

Звук проникал в мозг, царапал, резал, выворачивал наизнанку. Я видел, как страдают мои друзья, как их лица искажаются от боли, как гаснет свет в их глазах. Да я и сам едва держался на ногах!

Нельзя медлить. Купол рухнет, если мы не придумаем, как противостоять этой атаке.

«Они бьют по нашим разумам, — понял я, — значит, нужно защитить… мысли!»

— Айрон, — крикнул я, стараясь перекричать режущий звук. — Создай поле статического шума! Белый шум, заглуши искажения!

Айрон, казалось, на секунду замер, обрабатывая приказ. Потом его тело ожило, издав глухой механический стон, и вокруг нас возник купол из белого шума. Он был не слышен, не ощутим, но заглушал искажающий звук индиго, словно плотная завеса заглушала свет.

Славия, хрипло вздохнув, выпрямилась. Агнета тоже пришла в себя. Даже Дарья, хоть еще бледная, уже не держалась за голову, а только нахмурилась.

— Работает! — выдохнула Агнета, ее глаза горели восхищением. — Александр, вы гений!

Да, белый шум сработал. Он создал защитный экран, заглушающий искажения, оберегающий наши разумы. Индиго, увидевшие, что их атака не эффективна, зашипели, застрекотали, их глаза-фасеты замерцали в ярости. Но это была наша победа, пусть и маленькая. Мы отразили их коварную атаку.

Теперь надо было придумать, как противостоять следующей. Инсекторы не сдадутся. Они будут атаковать снова, с новой силой, с новой хитростью. И нам нужно придумать свой план. Который, к слову, даже не приходил в голову.

Кривощекин пропал. Теодор в засаде. Клехи валяются пластом.

— Сколько у нас солдат? — спросил я начальника охраны.

— Семь человек.

— Оружие?

— Имеются у всех автоматы и пистолеты. Боезарядов не так много, сможем продержаться минуты три под прямым огнем.

«Не густо», — хмуро подумал я.

С магическими камнями все тоже не так просто — они заканчиваются слишком быстро. Для поддержания Купола и для быстрого создания необходимых конструктов мы расходуем и силу. Будь камни обработанные, мы бы с таким количеством могли продержаться хоть вечность! Но камни только из-под земли, для их выверенной огранки необходимо время. Да и не сможем мы этого сделать. Поэтому приходиться жечь руду, как бы жалко делать этого не было.

Белый шум, созданный Айроном, продолжал защищать наши разумы, но напряжение не спадало. Мы знали, что инсекторы не отступят. Они жаждали победы, жаждали поглотить нас, и эта жажда толкала их на все новые, все более изощрённые атаки.

И вот она началась. Очередная, дикая.

Сначала мы ничего не заметили. Потом Дарья вскрикнула:

— Камни! Они гаснут!

Не сразу я понял, о чем идет речь — сначала подумалось, что инсекторы использовали какие-то булыжники, чтобы пробить защиту Купола. Но при чем здесь то, что они гаснут? А когда Дарья указала на магические артефакты, которые вдруг начали и в самом деле источать меньше света, все понял.