Деспот на кухне (СИ) - Кушкина Милена - Страница 13

— А как же я? — со слезами в голосе спросил мой питомец.

— Может, ты и не мой вовсе? — с надеждой спросила я. — Может, ты бабы Поли? Вон и на мужа ее чем-то похож. Давай я тебя к ней отнесу.

— Ну нет, — запротестовал Аркадий, — я твои мысли читаю. Так что я точно твой фамильяр.

Я внимательно посмотрела на рыбку. Маленькая, в ладони уместится. Ну какая может быть польза от такого существа? Знаю, что многие используют фамильяров в качестве посыльных и поручают разные мелкие дела. Но куда я рыбку-то послать могу? Разве что в чашку с чаем. Да и магических ритуалов не провожу, так что и тут мне помощник не нужен.

Сильная усталость дала о себе знать, и едва не заснула посреди разговора с Аркадием. Закрывая глаза я подумала, что надо бы инструкцию по эксплуатации фамильяров найти. Но самое главное — утром вовремя проснуться и не опоздать на работу.

Глава 5

Проснувшись, я первым делом проверила, не проспала ли. Убедившись, что время еще есть, я решила написать письмо маме и отправить его перед работой.

Во-первых, надо этой самой новой работой похвалиться. Мама всегда верила, что я смогу добиться успеха на кулинарном поприще.

Во-вторых, мама никогда не одобряла мои отношения с Тимом, а потому будет рада, что я его бросила. Про его связь с Кирой я предусмотрительно решила умолчать.

Ну и если кто и знает про мое родство с ведьмами, то это должна быть именно моя матушка. То, что по материнской линии ведьм не было, я знаю точно. А вот с отцом история очень запутанная. Вроде он был жив, но где-то очень далеко. В детстве мама рассказывала, что он отправился в экспедицию в другой мир и не смог вернуться. Но у нас в школе у половины класса отцы были такими «экспедиторами», поэтому я вопросов особо не задавала.

На всякий случай я описала историю появления фамильяра и то, что он совершенно точно был связан с каким-то из мужей соседки бабы Поли. Со вчерашнего вечера осталась пара монет — как раз хватит оплатить доставку письма родительнице.

Аркадий не проснулся, даже когда я уходила. Объевшись накануне креветками, он спал жирным брюшком кверху, похрапывая и умильно пуская пузыри. Иногда он вздрагивал во сне, почесывал пузико и спал дальше.

В ресторан я пришла раньше шефа. Эванны тоже на месте не оказалось.

Я неспешно прогулялась по залу. Идеально чисто, солонки и перечницы стоят четко по центру шикарных столов. Салфетки для каждого гостя, свежие цветы, ровные стопочки меню. Ресторан спал в ожидании новых гостей, отдыхая от тех страстей, которые творятся на кухне.

На кухне я была не первой. Из-за стойки удивленно выглянула Жоржетта.

— Рада, что ты не сдалась после вчерашнего, — улыбнулась она мне, — хочешь пирожков?

— А можно? — я присела на высокий стул.

На самом деле, есть хотелось. Я так спешила в почтовую службу, что не успела перекусить дома. Да и не было там ничего, кроме печенья и орешков. Не отнимать же сушеные креветки у Аркадия.

— Я всегда завтрак готовлю для сотрудников, — Жоржетта налила ароматный кофе и подвинула мне чашку, — очень хочется, чтобы у нас была домашняя теплая атмосфера, какие-то традиции.

— Я вчера почувствовала на себе всю теплоту, — кивнула я.

— Ну это все из-за Кортелло. Он хочет, чтобы с ним работали только самые лучшие. С характером, чтобы не прогибались под него, но при этом не перечили. Знаешь сколько новичков до тебя вполне успешно выжили в свой первый день, но потом с гордостью отказались от мелочи в качестве чаевых?

Я вспомнила этот унизительный момент.

— Не думала, что это может быть так важно, — проговорила я, наслаждаясь кофе.

— Шеф отблагодарил тебя, и надо было принять эту пусть и ничтожную, но все же награду. У тебя должно быть достоинство, но не гордыня, — напутствовала Жоржетта.

Мне же эти слова казались какими-то слишком сложными. Игры какие-то.

— Ты мне нравишься, девочка, — сказала она с теплой улыбкой, — вчера он не вмешивался и дал проверить тебя на прочность коллективу. Страшнее будет тогда, когда он начнет это делать сам. Тут уж берегись!

Я поежилась, вспоминая недобрый взгляд Кортелло. Жоржетта правильно поняла мои мысли.

— Постарайся заручиться поддержкой остальных. Ты получишь эту работу, только если станешь частью команды. Когда каждый в этом ресторане будет готов защитить тебя от гнева Кортелло.

Я вспомнила противного Кристофа. Это с ним-то надо будет дружить? Да он сам меня первый шефу сдаст, а еще постарается на ставке заработать.

— Да не обижайся на ребят, — женщина пододвинула ароматные булочки с корицей поближе, — у них нет других развлечений, кроме как новеньких шпынять. Но уж если станешь своей, то они за тебя стеной встанут! Отобьют у клиентов, загрызут за тебя начальство. Единственный, кого они боготворят и боятся — Эрнест Кортелло. С ним даже сам Ролан Пейс спорить боится.

Открылась дверь, впуская других работников кухни. Громила Драмен радостно хлопнул меня по плечу. Я чуть остатки кофе не расплескала.

— Говорил же, Лорка наша — свой парень! — он обернулся к входящему следом эльфу.

Сладель поджал губы и протянул сложенную купюру орку.

Они что, тоже на меня поспорили⁈

***

Я улыбнулась ребятам. Надо быть дружелюбной, чтобы влиться в коллектив и заручиться поддержкой.

Но мои коллеги и сами были не прочь перекинуться парой слов и завязать более близкое знакомство.

— Лора, пойдем, овощи примешь, — позвал меня орк.

— Почему я? — ответила, одновременно удивившись и испугавшись такой ответственности во второй рабочий день.

— А кто у нас тут помощник шефа? — ответил Драмен, пожав плечами.

Это казалось странным: назначить ответственной за приемку продуктов особу, которая трудится тут второй день, а вчера едва избежала увольнения. Может, это тоже часть испытания?

Драмен тем временем принес картошку и смущенно поставил корзинку на пол.

— Картофель хоть и молодой, да какой-то мелковатый, — сказал он извиняющимся тоном, — другого не прислали.

Я взяла пару клубней. Ровные, круглые, но не крупнее голубиного яйца. А кожица тонкая, почти прозрачная. Можно ногтем проткнуть. Чистить и резать такие будет сплошным мучением, но ведь можно приготовить целиком. Кажется, это даже какое-то название имеет. То ли младенцы, то ли малютки.

— Не каждый повар согласился бы с таким работать, а ты молодец, нос не задираешь, — Драмен приободрился.

Остальные овощи оказались хорошего качества. А вот рыбу и мясо привезут позже, их уже шеф будет принимать.

Жоржетта и Сладель тем временем спорили о том, какой рецепт песочного теста самый лучший. Рабочий день начался спокойно. Но все изменилось, когда пришел Эрнест Кортелло.

Дверь в кухню громко хлопнула, извещая о том, что шеф не в духе. Он обвел нас взглядом, который прожигал насквозь.

— Команда, начинается новый рабочий день, а это значит, что сегодня на этой кухне некоторые сотрудники могут плакать, — без прелюдий начал он, — возможно, у кого-то будет нервный срыв. Не расстраивайтесь. Нужно будет всего лишь продержаться до вечера. И так нужно будет делать всю жизнь. Несогласные могут сразу пройти на выход. Всем, кто с нами — хорошего дня!

Произнеся этот более, чем мотивирующий монолог, он скрылся за дверью своего кабинета. Я украдкой взглянула на коллег. На них странная приветственная речь шефа не произвела сколь-нибудь серьезного впечатления. Возможно, он нередко упражняется в красноречии.

Когда поставщик привез свежую рыбу и морепродукты, Кортелло уже был в поварской форме, которая невероятно ему шла. Мой взгляд снова невольно притянула странная татуировка. Она словно рукав, оплетала его правую руку. Вчера мне показалось, что это просто абстрактный рисунок, но сегодня я поняла, что это текст, написанный странной вязью, которая складывалась в причудливый узор.

— Все еще здесь? — угрожающе прошипел Кортелло, надвигаясь на меня.

От его близости я вспыхнула. Стало нечем дышать, сердце билось часто-часто. Сделав глубокий вдох, я решительно кивнула.