Фарм по региону (СИ) - Ермаков Иван Михайлович - Страница 48

Так как Лика заканчивала своё обучение Армянскому языку, то этим предстояло заниматься мне с Катей в перерывах между тренировками. Фарм мы стали проводить в Златоусте, Сатке, Юрюзани и Симе. Упокоив пятерых танитов второго-третьего Уровней, мы получили хорошую добычу, Энергия 4 217 (+2 982). Последнего заражённого мы загасили уже поздно вечером, а вернувшись на Базу, растянулись на полу. Выйдя из Сеней в Холл, ничего не видя из-за неожиданно воцарившейся там темноты, мы споткнулись сразу за порогом о что-то круглое и горячее.

— Кузьма, ёлки-иголки, свет давай, — сказал я, зажимая разбитый нос, чтобы кровь не попала на одежду.

Рядом ругалась Катя, ей тоже не повезло. Свет зажегся, и мы изумлённо стали разглядывать центральное помещение Базы. Оно теперь превратилось в филиал какого-то подвала. Голые бетонные стены и потолок. Земляной, но местами бетонный, пол. А вокруг паутина из труб разного диаметра. Половина из них была в отваливающейся стекловате, другая — светила ржавыми металлическими поверхностями. Температура тут стояла где-то под двадцать пять градусов жары, и это явно было из-за труб. Та, о которую мы споткнулись, была очень горячая. Помимо прочего здесь было сыро, пахло пылью и какой-то затхлостью.

— Кузьма, ты не охренел ли, милок? — ласково вопросила Катя. — Подь к нам, объяснись.

Одна из дверей в Холл открылась, и за ней показался управляющий. Прямо он пройти дальше не мог, потому что поперёк проёма проходила целая гирлянда труб. Он захотел перелезть через неё, но она была на уровне его груди. Под ней тоже места было мало, пройти там можно было только по-пластунски. Кузьма помялся — помялся, растянулся на полу, а потом, как змея начал проползать под трубами к нам.

Вот ведь не ищет лёгких путей наш управляющий! Мог бы через другую дверь пройти. Хотя нет, вру. Оглядевшись, я понял, что все двери были тоже заблокированы трубами. Везде было не намного лучше, а даже, скорее, намного хуже, чем у той, через которую вошёл управляющий. А у Кузьмы мой приказ не появляться внезапно и ниоткуда так и доминировал, вот его аватаре и пришлось сейчас изображать пресмыкающееся.

Когда задница Кузьмы наконец преодолела барьер, он встал и направился к нам менее экзотическим способом. Хоть в окружающем труболабиринте ему пришлось и нагибаться, и перепрыгивать, но он героически преодолел все препятствия и вытянулся перед нами по струнке.

— Это что такое? — спросил я. — Нас выселили, и мы переехали в трущобы подпространства?

— Нет, это я выполнял приказ Лики.

— Какой такой приказ, кстати, а она где?

Связавшись с Ликой по Смайлофону, я узнал, что девушка ещё в Армении. Попросив её побыстрее прийти на Базу, я предупредил гайдершу, чтобы она здесь внимательно себе под ноги смотрела. Лика недоумённо спрашивала почему, да зачем, но я не стал объяснять интригу. Она пообещала мне, что скоро будет, а немедленно не получится. Такая задержка возникла, потому что гайдерша сейчас была в очень многолюдном месте.

— Лика ушла по Порталу в Армению, — ответил мне Кузьма, дождавшись, когда я прекращу с этой самой Ликой говорить.

— Да это я уже и без тебя знаю. А вот это всё, что такое? — я обвел рукой преобразившийся зал.

— Это я создал комфортную среду для Пирата.

— Какого, ёлки-иголки, ещё Пирата?

— Пока вас не было, Лика принесла сюда кота, которого зовут Пират.

— Уже понятней. И где он?

— Вон, в углу. Присмотритесь повнимательней. Жрёт рыбу и пьёт молоко. Я ему целый тазик налил.

— Садист ты. Его же скоро пронесёт.

— Ну да, а как же иначе? Но Лика строго — настрого сказала мне, чтобы я все просьбы Пирата выполнял. Вот и…

— Заставь дурака богу молиться!

— А в чём я не прав то? Как приказали, так я и сделал. Зря вы, барин, на меня сердитесь, — голос Кузьмы под конец речи был с надрывом. Он насупился и отвернулся. Я даже увидел, что его плечи начали вздрагивать, как будто он заплакал.

— Бедненький! Не сердись на Ваню, он просто носик расшиб, вот и злится, — сказала Катя, погладив Кузьму по вздрагивающей спине.

Управляющий развернулся к нам лицом. Его нос был покрасневший, рукой он вытирал с лица слёзы. Я, конечно, понимаю, что всё это цирк, но стало очень неприятно.

— Да Кузьма, не обижайся. Я прошу прощения, был не прав, ты всё сделал правильно. Надо теперь только всё это убрать, а Пирата в туалете запереть. А то он нам тут всё засрёт.

— Сделаю.

Холл начал меняться, возвращая себе форму и наполнение до появления тут представителя обитателей подвалов. Пират, не выпуская из пасти рыбу, начал по воздуху дрейфовать к появившейся новой двери, которая была сразу открыта. В проёме за ней был виден кафель на стенах и пол, почти полностью покрытый песком. Это так, наверное, Кузьма себе кошачий туалет представляет. Я, в принципе, так же его представляю, поэтому показал управляющему большой палец.

— И запри его там, пока не продрищется. Кормить его больше не надо, а то он лопнет, — дал я Кузьме инструкции, когда Пират очутился в царстве песка.

Дверь в кошачий мега туалет закрылась, а на ней, по моей мысленной просьбе, появилась табличка — ОСТОРОЖНО! КОТ-ДРИСТУН. ОПАСНО!!!

Катя, прочитав её, захихикала и со смехом спросила:

— Кузьма, так ты, оказывается, кошачий язык понимаешь? Как это ты догадался подвальчик этот смоделировать и котика рыбкой с молочком накормить?

— Ну, тут я работал на косвенных данных. То, что кот бродячий, не домашний, я увидел, оценив его внешний вид и поведение, а вот где он привык жить, я лишь предположил. Может и ошибся. Высока вероятность, что это была помойка. Могу и её сейчас смоделировать…

— НЕ НАДО, — воскликнули мы, услышав звук открывающейся двери ведущей в Сени.

Вот, наконец, мы и дождались виновницу случившегося. Подошедшая к нам Лика, стала расспрашивать, что тут происходит. Мы ей поведали о наших впечатлениях, а гайдерша рассказала, что пока мы были заняты на рейде, она решила посмотреть животных в клинике. С какого перепугу у неё возникло такое желание — я не знаю, а расспрашивать посчитал неуместным.

Оказавшись там, она увидела Пирата и, тот поразил её своей кошачьей брутальностью. Вот и такая, как оказывается, бывает. Поэтому Лика забрала его, а передав потом кота в руки Кузьмы, она поспешила вернуться в Армению, там у неё было незаконченное на сегодня мероприятие. Управляющему же она действительно приказала заботиться о коте и сделать всё для того, чтобы тот чувствовал себя как дома. Буквально так и приказала.

— Так зачем ты его забрала то? Брутальный кот неплохо жил бы и в клинике, — спросил недоумённо я.

— Я всегда хотела дома иметь кота, но мне мама не разрешала. У неё была аллергия, а комната у нас в коммуналке маленькая. А тут я увидела его и точно поняла, что вот он, кот моей мечты.

Катя умилённо улыбнулась и, взяв Лику за руку, положила её себе на сердце. То есть на свою грудь.

— Понятно… — сглотнув набежавшую слюну, ответил я. — Рад за тебя. Смайлопром — мечты сбываются, и всё такое! Но давайте сразу с вами обеими договоримся, чтобы больше никаких домашних животных тут не было. Есть Огород с белками и ежами, есть этот грёбаный Пират, и хватит. Я в зоопарке жить не хочу, — сказал я.

Жёны покивали головами, а Лика потупила глаза. Руку при этом не убирала, даже наоборот, пальцы её начали то место у дамагерши слегка жамкать.

— Пират прикольный, но следить за ним будешь ты лично, — дал я ЦУ, указав пальцем на гайдершу.

— Конечно, я всё-всё буду делать. Никаких просчётов из-за него больше не будет, — ответила Лика.

— Всё — не надо, просто следи за ним и дай Кузьме детальнейшие инструкции. Он сам будет и убирать за ним, и кормить. И мыть тоже станет. Но инструкции должны быть корректными. Кузьма, как оказалось, парень жуть как исполнительный, поэтому будь аккуратней. На всякий случай, если твои инструкции станут затрагивать нашу общую жизнедеятельность, он будет ставить меня в известность. Кузьма?