Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 132

– Где же вы ходите, а? Мне столько надо вам рассказать! – восторженно закричала я, позабыв все обиды – так была рада их видеть! А потом в одно мгновение выложила все насчет намеков папаши Шастеля и об эльзасце Жеркуре, который что-то знает о личности вервольфа (по крайней мере, сам он в этом уверен), но не говорит. Про его гнусные предложения пришлось умолчать… Это пока к делу не относится, тем более что ребята сию же минуту кинутся мстить за мою честь, а у нас и так непойманный волк на шее висит.

Мой рассказ их здорово встряхнул. У командора даже лицо просветлело, про кота того же сказать не могу – по его мордахе только степень раздражения определять хорошо.

– Неужели и второй брат к этому причастен? – искренне удивился Алекс. – Вообще-то у нас главным подозреваемым был Антуан.

– И у меня, и у меня! – встряла я – кто его знает, может, он только себя с котом подразумевает. Агент 013 сначала вертелся рядом, потом сел и принялся задумчиво поглаживать усы, о чем-то зрело размышляя. Может быть, переосмыслив новую информацию, строил свою теорию происходящего. Мы с Алексом невольно замолчали, дабы случайно не нарушить стройный ход профессорских мыслей. Сейчас он наверняка изречет нечто… глубоко продуманное…

– Какие вчера в трактире вкусные телячьи отбивные были… Под соусом эстрагон, с корицей и лимоном! Надеюсь, сегодняшний ужин будет не хуже. Так, может, поспешим, друзья? – Агент 013 умоляюще уставился на нас.

Да-а, и у таких умных котов, именующих себя мозговым центром команды, бывают свои маленькие слабости. Потворствуя кошачьему чревоугодию, мы поспешили за радостно бегущим впереди Профессором.

– Что мы теперь будем делать? По правде говоря, донос на сыновей со стороны Жана Шастеля не вызывает у меня особого доверия. Разве отец станет выдавать сына?! Да еще обоих сразу. По-моему, здесь дело нечисто, – на ходу делилась я своими сомнениями с командором.

– А если они его просто допекли или сделали что-то такое, чего он им никак простить не может? Родственные связи порой бывают очень зыбкими… Кстати, никто достоверно не знает, при каких обстоятельствах умерла его жена, что для деревни – нонсенс.

– Ты считаешь, это важно? А я вот думаю, что, если старикан Шастель не соврал, тогда вервольфов двое. Хотя разве такое бывает? Обычно в легендах фигурирует один вервольф или целая стая, но никак не двое. А ведь они еще и братья…

– Вполне вероятно, что один укусил другого, и пошло-поехало, – пожал плечами Алекс и улыбнулся так, что я сразу забыла о всех оборотнях на свете. Кроме нас, конечно!

После ужина было еще светло, и можно было пару часов погулять. Я здорово подозревала, что нам придется разделиться и провести бессонную ночь, дежуря у двух домов одновременно. И угораздило же семейство Шастелей жить в деревне и далеко у леса! Что-то меня не греет курсировать там одной… Плохо, что нас в команде не четверо, хотя обычно и на троих проблем вполне хватает.

– Эй, но вы, как я понимаю, отправляетесь на дело вместе?

Командор промолчал, хотя именно он был инициатором ночной слежки, а котик, потупив взор, вымолвил:

– Мы с агентом Алексом должны выдвинуться к самому опасному в здешних краях дому Антуана-лесника.

– А почему это самому опасному? Ты ж там не был?! – Безосновательное самовозведение Мурзика в ранг героев я спокойно снести не могла.

– Потому что это он был в Африке в плену! Это его искусала гиена! Это он озлоблен на весь мир. – Оказывается, кот знал о Шастеле не меньше меня. – И потом, ты только вспомни его, примени законы физиогномики, и тебе сразу станет ясно, кто главный злодей в этой истории!

Я вспомнила слова бедняги о том, как тяжело жить с такой внешностью – чуть что случится, все валят на него, – и покачала головой. Профессор мгновенно сменил тактику:

– Одна моя… то есть один мой знакомый рассказал много интересного о семействе Шастелей, а некоторые сведения были и в досье по делу жеводанского оборотня. Об Антуане, например, там сказано, что в детстве он поджигал кошкам хвосты, кидался камнями в собак, отрывал мухам лапки и кусал пауков.

– Какой леденящий ужас! – не выдержала я, представив бедных пауков, протягивающих к Шастелю длинные мохнатые лапки в тщетной мольбе о пощаде.

– Вот видишь, как полезно иногда читать материалы дела? Так что ты подежуришь у дома старшего брата Клода Шастеля, там же проживает и глава семейства. Место непыльное и максимально безопасное.

– Ладно, для разнообразия, уговорили… Но я толком не знаю, где этот дом и как он выглядит!

– Не беспокойся, мы тебя проводим, но постарайся не показываться им на глаза. Существует определенный процент вероятности, что оборотень сам старик или его сын Клод, – на всякий случай напомнил агент 013, покровительственно похлопав меня по ноге.

– Ой-ой-ой, спасибо за заботу! А то я не знаю!

– Вот и отлично, – наконец вставил слово Алекс. – Ты же понимаешь, что у нас не будет возможности прийти к тебе на помощь.

– Так что уж кричи не кричи, но…

– Все понятно, выкручусь, – невинно улыбнулась я, попытавшись исподтишка наступить зануде на хвост, но Пушок мгновенно обернул свое пушистое достояние вокруг пуза и удовлетворенно хмыкнул:

– Прощай, милочка! До встречи завтра утром у большого валуна на перекрестке дорог близ старой мельницы.

– Где-где-где? Какие там перекрестки, какая еще старая мельница?

– Вон там, за деревней, – неопределенно махнул лапой все еще довольный своей ловкостью кот. Так бы и пнула его под зад, но почему-то не посмела – видно, барьер какой-то психологический. Я посмотрела на Алекса – неужели он полностью солидарен с котом?

– Нет, не полностью, но разница в трактовке деталей несущественная, – добил мой возлюбленный, отвлеченно ковыряя в зубах зубочисткой. Я поджала губы, чтобы не разразиться упреками и руганью…

Откуда-то из-за угла вышли солдаты с ружьями на плече. В голове на мгновение родилась идея, а не нажаловаться ли им, что меня тут притесняют как женщину? Но солдаты, к сожалению, до нас не дошли, развернувшись к домику на отшибе. Вскоре туда заспешили любопытствующие.

– Кажется, они в гости к папаше Мерло, – флегматично заметил командор.

– Я не буду дежурить одна, мне скучно! – непреклонным тоном заявила я, для пущего эффекта топнув ногой. Увы, они на меня и не посмотрели: их внимание было поглощено местным «ликантропом», которого, судя по всему, вели в участок.

– Ой, мамочки! Это же все из-за маркиза! А может, еще можно что-то сделать? Давайте окружим солдат и освободим бедного арендатора?!

– Вряд ли он поблагодарит нас, если мы его облагодетельствуем, перебив конвой и вынудив бросить землю и сорваться в бега, – логично возразил командор.

Брыкающегося и выкрикивающего ругательства «неплательщика» запихнули в строгую черную карету, поджидавшую невдалеке. Толпа быстро рассосалась, оставив посреди улицы тетушку Жустину – безутешную жену арестованного.

Я посчитала своим женским долгом утешить бедняжку, расписывая ей прелести безмужней жизни. Но она на меня так дико посмотрела, что я сразу почувствовала себя полной дурой.

К ночи здорово похолодало. Решив переодеться в гостинице, я поманила за собой Алекса, сказав, что мне надо с ним поговорить наедине. Тот обрадовался, видно рассчитывая на что-то совсем другое. Посмурневший кот хотел нагло увязаться за нами, но Алекс попросил его по дружбе заняться чем-нибудь другим. Например, проследить за Антуаном Шастелем, который опять прохромал мимо, окатив нас все тем же ненавидящим взглядом.

Не понимаю, как он несет службу лесника? Ведь в лесу полно непроходимых мест, где нужны крепкие здоровые ноги, способные подолгу не уставать. Но, похоже, несмотря на то что одну ногу волочит и ходит с костылем, он мужик довольно выносливый. Обратите внимание – ведь он целый день шастает по деревне, только я уже третий раз его вижу сегодня. В номере я окончательно прижала любимого к стенке. Во всех смыслах…

– Слушай, если вы серьезно хотите оставить меня одну на всю ночь у дверей вервольфа, я имею право поставить одно условие.