Фрилансер. Сверх (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 58

…Но Гортензия возвращалась. Плевав на его кураторство её проекта и работу на службу имперской безопасности, к которой как бы относилась. Плевав на то, что её тут могут ждать, и обратно она может не вернуться. Плевав на всё. И учитывая, что сорвалась она ДО ТОГО, как в Альфе всё завертелось, для возврата он не видел причины.

— Ваше высочество, до приземления пять минут, — доложил сотрудник космодрома, а они находились хоть и на вышке в Новом Амстердаме, но всё же на территории Марони, вышка — часть инфраструктуры космодрома. — Сядут на двенадцатую площадку. Это бокс, отдельный плавучий остров. Какие будут дальнейшие приказания?

— Пусть пересаживаются и летят сюда, — кивнул он, отходя от невесёлых мыслей. — Геликоптером долго, подайте к причалу мой гиперкатер и везите к нам. Но не всех: только мою сестру и группу-один её охраны… Без тяжёлого оружия, только игольники. Остальные подождут в боксе.

Гортензия не просто прилетела домой. С собой на Землю она притащила три взвода ангелов, воительниц и телохранительниц тётушки Леи, которые прилетели, не просто с оружием, а с целым арсеналом. Информация о котором просочилась, и осведомлённые люди на Земле, особенно прихлебатели мамочки, травившие Гор в своё время, ощутимо так напряглись. Трогать группу Гортензии на орбите он запретил, ибо если бы не запретил, был бы международный скандал, и плевать, что тётушка Лея пока не вышла из комы. Её наследнички такое отмачивают, что неизвестно, что хуже! Но здесь, на своей территории, он с сестрёнкой поговорит очень обстоятельно.

— Привет, Фернандо! — Гор, несмотря на слабость после невесомости и перегрузки, и дезориентацию от кориолиса, прыгнула ему на шею, обнимая. Радость и искренность переполняли её, она действительно была рада его видеть. — Привет, братишка! Не скучал?

— По тебе не соскучишься! — выдавил он и высвободил её из объятий. Гор держалась молодцом, но стояла на ногах пока ещё неуверенно. И это с её вестибуляркой профессиональной танцовщицы и мозговой раскачкой. — Пошли, всё расскажешь.

— А…

— А девочки твои тут подождут. Ты дома и в безопасности, понты потом. — Он взял её под руку и потащил к ожидающему катеру. Другому, но лететь им не далеко.

Дивный тропический бар с видом на океан, пляж и субэкваториальный лес, окаймляющий бухту. Гвиана, медвежий уголок Южной Америки, где пока ещё сохранилась красота первозданной природы. Солёный морской воздух, пропитанный йодом. Лёгкий вечерний бриз, ласкающий кожу. Бледную кожу девочки, похожей на саму смерть — с ультрафиолетом на Венере беда, а Гор вышла в свою маму, белокожая. Сестрёнка сидела, ела блюда из местных морепродуктов и получала удовольствие от житейских радостей, недоступных инопланетянам. Наконец, когда насытилась, взяла коктейль, потянула его из трубочки и откинулась на спинку высокого соломенного топчана, он задал главные вопросы.

— Ты успела улететь до того, как там всё сорвалось в пике. Понимаю, что сейчас, пока летела, многое изменилось. Но всё же ответь, ЗАЧЕМ и ПОЧЕМУ? Что вы задумали изначально?

Сестрёнка довольно нахмурилась, расплылась в улыбке, и коротко, но ёмко, ответила:

— Почему «изначально»? Фернандо, там, на Венере, ничего не закончено. Да, всё может измениться, и он может выйти замуж за Фрейю, особенно если крёстная надавит на обоих. Но мне кажется, ничего из этого не выйдет. Слишком круто он за всё взялся, таких никто не любит. Лея и раньше его держала в «горячем резерве», и, испугавшись, задвинет назад, как всё успокоится. На будущее.

— Мои докладывают, Фрейя согласна замуж. И они даже уболтали Изабеллу — та пусть и устно, но отказалась на людях от него в её пользу.

— Чего только ни наболтаешь во время войны, когда на крыше рвутся снаряды и горят купола! — Паршивка Гор ехидно оскалилась, ирония из неё так и пёрла. — Бэль — второй номер, брат, и пока Фрейя не родит, никаких устных «отказов», и никакого брака. Иначе слишком велико искушение рокировки, не находишь?

Фернандо пожал плечами.

— Я и сам так думал. Завтра нагрубит она ему с утра — не с той ноги встанет, или не даст с вечера, а он обидится, и раз — у руля уже Изабелла Первая. Я бы напрягся.

— Вот-вот. И я также рассуждаю. А потому оперативный резерв главы государства, и никак иначе. Пока ему самому будет невыгодно их менять.

Она помолчала, посмотрев на линию горизонта, где смыкались море и небо.

— А Фрейя… Я общалась с нею, немного знаю её. И готова поставить душу в заклад, она испугается. Даже без фактора Бэль. У неё только один выход — прямо сейчас, под шумок, пока все злые и всего боятся, всё бросить и выйти за него. И сразу сделать соправителем. Но она побоится. В последний момент испугается идти до конца. А в любом другом статусе он там не нужен. А значит то, что мы с ним задумали перед отлётом, станет самым важным и актуальным за всю историю Венеры.

— Надеюсь, ты не об охранном агентстве «Немезида»? — поддел он. — Я читал стенограмму ваших переговоров с Белобрысой Стервой, и твои с юристами. Это ни разу не смешно. И совершенно точно ради такого не стоило прилетать сюда.

Видя полное спокойствие сестры, Фернандо напрягся. Затем, окончательно поняв, что это правда, хотел вспыхнуть и разразиться бранью… Но понял, что ничего этим не добьётся — решение уже принято. Можно только увещевать, объяснять, но не давить.

— Вас уничтожат, — фыркнул он. — Хуан Сверх, как его прозвали в СМИ. Его боятся, а никто так не стремится уничтожить тебя, когда ты падаешь с Олимпа, как те, кому ты внушал страх.

Гор нахмурилась:

— И тем не менее, мы решили рискнуть. И сейчас, когда не понятно, что будет, считаю, в случае его «выхода в запас» шансы раскрутить бизнес только возрастут. Причём значительно. Теперь нас будут ЗНАТЬ, ничего никому не надо предварительно доказывать. Потому я и долетела с девчонками, не стала разворачивать яхту, и буду сидеть на попе ровно, ожидая развязки ТАМ, ибо есть вариант, что дадут зелёный свет старым планам.

— Гор, ты совсем-совсем не понимаешь! — Фернандо сбился, подыскивая слова. — Цветочек, это ВОЙНА, — выделил он это слово. — Это не уничтожение горстки мятежников силами набранного из народа лояльного ополчения. Это выступление в другой лиге, где нет противовесов «снизу». И не надо недооценивать венерианские кланы. Даже вняв после мятежа, даже если тётушка Лея на самом деле додавит тех, кто провинился в назидание остальным, даже тогда они устроят настоящую тотальную войну. И мало того, что Хуан будет на острие — этот мальчик всё же для меня чужой. Но и ты, а, возможно, и Мерседес будете с ним, и вас заденет по касательной!

— Фернандо, — грустным голосом произнесла сестрёнка, — давай начистоту. И я, и Мерседес — мы никому тут не нужны. И если отец племяшку любит, так как любит тётю Марию, то по мне кроме тебя, наверное, никто и не заплачет. Так что нет, я в команде, а сестрёнка пусть сама решает — я хоть и за ней, но тащить силой не буду.

— Он просто человек, — покачал принц головой. — Молодой мальчик. Он не сможет вас защитить. И сам не сможет выгрести против всего общества.

— Знаешь, есть такая старинная игровая вселенная, «Вархаммер», — хитро усмехнулась сестра. — Почти как «Звёздные войны», только не настолько популярная.

Фернандо пожал плечами — играми он вообще не интересовался. Даже когда был малолетним принцем, было не до игр. С наследника престола слишком большой спрос, чтоб он на это отвлекался.

— Это вселенная далёкого будущего, где люди летают между звёздами, — продолжала она. — И это адская вселенная чистого мрака, бесперспективняк с непередаваемым рубиловом, мочиловом, тотальной войной всех со всеми с уничтожением всего и вся. Так вот, Хуан не Скайуокер, как его окрестили в нашей службе. Он скорее паладин из той вселенной. Ему нужна постоянная война, нужно это рубилово, мочилово и превозмогание — он просто не может выжить в ином мире! Даже если поместишь его в мирную жизнь, он и в ней найдёт себя и устроит революцию. Ему надо, чтобы мрак, кровь, кишки, смерть! Надо совершать благое дело на пользу миллионам! И плевать, что благое оно только в сравнении с остальными делами, что обывателя будет коробить от такого благого, а то и тянуть блевать изо всех щелей. Я не преувеличиваю, брат. Он… С ним реально СЛИШКОМ сложно! — воскликнула она. Задумалась, продолжила тише, обстоятельней.