Постель не повод для знакомства (СИ) - Халь Евгения - Страница 31

— Так послушайся меня уже, дура! От такого длительного воздержания ты не то, что в метро, ты скоро не сможешь смотреть спокойно ни на один удлиненный предмет! — тело, слыша мои мысли, немедленно подливает масла в огонь.

— Тьфу на тебя, животное! Никаких принципов! — негодует мозг.

— У меня сложилось неприятное впечатление, что ты — моя нижняя часть, — огрызается тело. — У тебя не полушария, а полупопия. Если Вика с Артемом будет поласковее, то отель будет наш.

— Дайте пожрать спокойно! — возмущаюсь я. — Ни днем, ни ночью от вас покоя нет!

Но спокойно доесть мне так и не дали. Настойчиво зазвонил телефон и на экране высветился номер шефа. Я нервно проглотила оставшийся во рту кусок и поспешно ответила.

— Где тебя носит? — зарычал Кинг Конгыч. — Инвестор уже подъезжает к отелю!

— Уже бегу. Я здесь неподалёку, — отталкиваю Артёма, влетаю в туфли и вскакиваю на ноги.

— Где неподалёку? В отеле? Конкретизируй! — не унимается шеф и его рык опускается на две октавы.

Ой, как плохо всё! Хищники вот так рычат перед тем, как укусить.

— Почти! Подъезжаю, — отвечаю ему уже на ходу и мчусь к машине. — Но как? Он же должен был приехать только ночью, шеф!

— А Артем ничего не сказал? — удивляется Сан Саныч. — Я же просил его передать тебе, что инвестор будет раньше.

"Феррари" даже не успевает толком затормозить у отеля, а я уже пытаюсь выскочить на ходу.

— Стоп! — Артем одной рукой прижимает меня к сиденью. — Убиться хочешь? Малышка, что ты так спешишь?

— Не смей ко мне прикасаться! — рявкаю я. — Ты специально меня увез, чтобы я облажалась перед твоим отцом и проиграла!

— Ну да, — улыбается он. — А зачем тебе убиваться на работе? Отель будет мой, и ты будешь моя. И я просто подарю тебе эту гостиницу. Так что наслаждайся жизнью, детка! От тебя вообще требуется только одно: отлипнуть от Марка и прилипнуть ко мне.

— Псих ненормальный! Подари себе мозги для начала! И хотя бы граммов сто совести! — выскакиваю из машины и бегу к главному входу в отель.

Там уже стоит Сан Саныч, натянув парадное выражение лица: кривой оскал, который у нормальных людей называется улыбкой. Рядом с ним стоит Марк, сверля меня взглядом. Становлюсь рядом с ними. Сзади маячит Артем. Он наклоняется и шепчет мне в ухо:

— Я делаю тебе официальное предложение. Предварительное, конечно. Выходи за меня замуж, и отель будет твой.

— Потом поговорим, не отвлекай меня, — шиплю в ответ, чтобы просто заткнуть его.

Нашел время! Лучшего момента просто не придумать! Больше всего мне хочется сейчас стукнуть его от души. Потому что он специально отвлек меня, увез из отеля, чтобы подставить. Он относится ко мне, как к игрушке. Но я тоже хороша. Я позволила себя увезти. Забыла о том, что главное сейчас — карьера. Что у меня в голове, черт меня возьми?

К отелю подъезжает вереница черных "Гелендвагенов". Ну конечно! На чем еще может ездить бывший браток из 90-х? Из первой машины высыпаются трое из ларца: здоровенные качки в черных костюмах. Двое закрывают собой вторую машину, а третий открывает дверцу. Из автомобиля выходит коренастый плотный мужчина лет пятидесяти пяти. Коротко стриженный, затянутый в черный костюм, он широко улыбается. Но серые глаза при этом остаются серьезными и внимательными.

— Ну привет, кореш! — он подходит к Кинг Конгычу и раскидывает руки для объятий.

Шеф вдруг неожиданно боксирует его в живот, приговаривая:

— Открылся, а? Открылся! Чё лыбу давишь, не закрывшись?

Качки немедленно втискиваются между ними, но император тайги дает им отмашку, добродушно ворча:

— Спокуха, свои! А ты, Санёк, как был не в меру борзый, так и остался! — он вдруг ловко наклоняется, уходя от прямого удара, подхватывает шефа, сгребает его в медвежьи объятья и поднимает, несколько раз сильно тряхнув.

— Хорош! Сдаюсь! — сипит Сан Саныч. — Все ребра переломал!

Я с улыбкой наблюдаю за эти спектаклем, который они каждый раз разыгрывают при встрече. И в прошлый раз было то же самое. Совершенно машинально поднимаю голову вверх, и… всё тело сковывает ужас. На крыше отеля стоит Леня, держа в руках огромную рогатку, в которую заряжена здоровенная картофелина размером с булыжник. Черт его знает, из чего он эту рогатку сделал, но выглядит она устрашающе. А напротив Лени, словно издеваясь, висит в воздухе дрон. Боже, только не сейчас! Этот внебрачный сын Карлсона парит прямо над шефом и инвестором. Дрожащими руками выхватываю из кармана телефон и набираю Леню.

— Не отвлекай меня от этой стерляди летучей! — Леня настолько пьян, что у него заплетается язык. — Эскадрилья, к бою!

Когда и где он успел так накидаться? Всё! Решено! Сегодня же поговорю с шефом, чтобы его уволить. Мало того, что пить вообще вредно, так бухать на работе — это просто ни в какие ворота. Главное: сейчас его с крыши снять.

— Леня, я тебя умоляю! Слезь оттуда! Всем святым тебя заклинаю! Только не сейчас! Прямо под тобой инвестор, шеф и толпа народа. Ты здесь всех покалечишь, Леня!

— Не бойся, Маша, я Дубровский. Девочка моя, у меня глаз алмаз! Я как раз траекторию нужную поймал. Сейчас его бомбану, он опнется сбоку и никого не заденет.

— Какое не заденет? Он прямо им на головы свалится! Леня, остановись, родненький! Я тебе сама ящик водки поставлю! Только убери рогатку! — хриплю я, потому что у меня аж голос сел на нервной почве.

— Поздно, Викуся! — мрачно изрекает Леня. — Не любит Карлсон тех гордонов, что запускают в небо дронов! — и с этими словами он бросает телефон на крышу, перехватывает рогатку двумя руками и… стреляет картошкой в дрона.

Я даже крикнуть не успеваю, как дрон, словно подбитый летчик, камнем несется вниз, ударяется о балкон на третьем этаже, рикошетит и с грохотом падает прямо под ноги императору тайги. Его мордовороты мгновенно реагируют: они выхватывают из-под пиджаков оружие, закрывают собой олигарха. Один из них встряхивает за ручку черный портфель, и он разворачивается в пуленепробиваемый щит. Телохранители берут босса в кольцо, закрывая собой и щитом. В этот момент из отеля уже бегут охранники с начальником службы безопасности во главе.

Увидев вооруженных людей, они немедленно закрывают собой Сан Саныча, выхватывают пистолеты и орут:

— Оружие на землю! Быстро!

— Хрен вам! Сами бросайте! — отвечают мордовороты олигарха.

— Да уберите волыны, придурки! — надсаживаясь, орет Сан Саныч службе безопасности отеля.

— Саныч, оттащи своих полканов! Ты чё, совсем наглость потерял? — кричит из-за щита император тайги. — Наезд на стрелке — это не по понятиям. Чё за дела?

— Да как легла, так и дала. Тупо неудобняк! Какой наезд, ты чё, кореш? — кричит в ответ шеф из-за спин службы безопасности.

— Я сейчас всё объясню! Успокойтесь! — Марк выходит вперед. — Это просто досадное недоразумение. Спокойно! Я не вооружен! — он поднимает руки, показывая, что они пустые.

И в этот момент из отеля выходит радостный Гаспар, неся на большом расписном подносе черный хлеб с солью и почему-то картошку в мундире. Наверное, он уверен в том, что без картофеля хлеб с солью подавать нельзя. Хотя я ему пять раз повторила, что картошку нужно подавать к селедке. Но это же Гаспар! Как обычно, он витает где-то там, в своем идеальном мире, где всё происходит так, как велел он сам. Видимо, слухи о предпочтениях императора тайги дошли до шеф-повара, и он решил лично познакомиться с олигархом, встретив его так, как нужно встречать дорогого гостя по русской традиции, естественно, в понимании самого Гаспара.

— А что здесь происходить? — улыбка медленно сползает с одной половины его лица, оставаясь на второй, где он, наверное, заранее прибил ее гвоздями.

— Да уйди ты с линии огня, придурок! — шипит один из телохранителей олигарха и взмахивает пистолетом, жестом приказывая Гаспару отойти в сторону.

Гаспар взмах пистолета воспринимает по-своему. Как угрозу.

— Хам! Ненавижу ганстерс! — шипит он и вдруг хватает с подноса серебряную солонку, и, почти не размахиваясь, швыряет ее в наглого мордоворота.