Моя защитница (ЛП) - Олдер Аланея - Страница 24

— Спасибо. Я так долго был без пары, что думал, судьба забыла меня, — печально произнёс Гавриэль.

— Если и есть что-то, чему я научился за свою короткую жизнь, так это то, что у Судьбы собственный замысел. Мы можем лишь мельком увидеть фрагменты, но они ткут гораздо больший гобелен, о котором мы ничего не знаем. Судьба не забыла про тебя, Гавриэль, просто ждала, когда наша Бетти подрастёт, — ласково сказал Каспиан.

— Слава всем богам, что вы присматривали за ней, иначе я, возможно, вообще не получил бы её. Могу я что-нибудь сделать, чтобы свести к минимуму, эм, несчастные случаи?

— Не хочу, чтобы Бет казалась инфантильной, потому что она ни в коем случае не инфантильна, на самом деле, когда она активно не спотыкается, не падает и не кувыркается, очень грациозна и уравновешенна, но представь, как родители переделывают дом, когда появляется малыш, — посоветовал Каспиан.

— Малыш? И как? — Гавриэль достал блокнот и ручку. Вверху он написал напоминание о том, чтобы заставить её надеть ожерелье.

— О чёрт, думаю, у тебя не было большого опыта общения с детьми. Ну, например, накрывать острые углы подушками или заменять стеклянную мебель предметами с тупыми краями. Много мягких поверхностей и набивки. Лестница всегда опасность, но к настоящему времени она научилась падать с неё с минимальными повреждениями, — объяснил Бродерик.

— Если вы вместе, старайся всё время держать её за руку, никогда не знаешь, когда она упадёт, — добавил Каспиан.

— Никогда, никогда не пускай её на кухню. Очень много может пойти не так. — Гавриэль почти видел, как Бродерик содрогнулся, а сам быстро делал заметки.

— У нас есть сквайр здесь, в поместье Альфа, так что ей не придётся часто ходить на кухню, — сказал он.

— Слава Богам, — проговорил Каспиан.

— Не позволяйте ей заказывать рыбу; мы испугались, когда она подавилась костями, — продолжил Бродерик.

— Ванные комнаты тоже опасны… ну, нам приходилось пускать её туда одну по очевидным причинам; но ты не ограничен в этой области, — сказал Каспиан, затем прочистил горло.

— Гаражи, хозяйственные магазины, склады и мастерские особенно опасны. — Бродерик продолжал перечислять места, куда его пара не могла пойти.

Гавриэль сделал паузу в составлении списка.

— У нас на территории есть оружейный склад.

— Господи Боже, — прошептал Бродерик.

— Нет-нет-нет! Тебе нужно не только запереть дверь, но и поставить биометрический датчик, чтобы не впускать её! — Каспиан говорил так, словно задыхался.

— Спокойно, любовь моя, дыши, — сказал Бродерик.

— Она не настолько глупа, чтобы играть с оружием! — с пылом заявил Гавриэль. Его пара не незрелая и не безрассудная.

— Конечно, нет! Она зрелая, ответственная и уравновешенная женщина. Но может оказаться в ситуации, когда придётся пойти в оружейную, а когда окажется внутри произойдёт что-то ужасное, — сказал Каспиан между вздохами.

— Гавриэль, Бет не неуклюжая, а невезучая. Она войдёт в оружейную, и по какой-то неизвестной причине штабель ящиков с гранатами, которые годами не двигались, внезапно рухнет. В процессе несколько штифтов съедут, и она окажется в ловушке под упавшими коробками. — Бродерик сделал паузу. — Полагаю, ты не смотришь человеческие фильмы?

— Мерин заставляет нас чаще их смотреть, чтобы мы могли понять её.

— Смотрели уже «Пункт назначения»? — спросил он.

— Вот чёрт, — прошептал Гавриэль.

— Да, именно так. — В голосе Бродерика звучало поражение.

— А кто-нибудь делает защитные костюмы из пузырчатой плёнки со следящими устройствами? — пошутил Гавриэль.

— Мы могли начать создавать прототипа, — сразу же предложил Каспиан.

— Я оставлю её в нашей комнате, — сказал Гавриэль, откладывая ручку. Это единственный способ уберечь её.

— В том-то и дело, ты должен позволить ей ходить самой. Ты будешь наблюдать, как она спотыкается и кувыркается. Она переломает кости и соскребёт с себя кожу. Тебе захочется расплакаться с ней, когда ей будут вправлять кости и залечивать порезы, но должен позволить ей падать, — сказал Бродерик.

— Ради какого чёрта мне это делать? — Гавриэль практически кричал.

— Если ты постоянно носишь её и следишь за каждым шагом, чтобы, не дай Бог, оступилась, у неё не будет ни сил, ни уверенности, жить самостоятельно. Если будешь указывать, как и куда ступить, она не сможет идти по жизни, а если не дашь ходить, никогда не увидишь, как она летает. А когда она уверена и летит по жизни, она сияет. — Голос Бродерика звучал благоговейно

Гавриэль испытывал глубокое чувство восхищения этими мужчинами. Им хватало сил стоять и наблюдать, как единственный человек, которого они любили больше жизни, переживает столько боли, становясь сильной женщиной.

— Должно быть, было сложно наблюдать, как она растёт. Не знаю, хватит ли у меня сил смотреть, как она ранится, — признался Гавриэль.

Мужчины рассмеялись.

— Она так и не выросла, Гавриэль. Лишь на прошлой неделе, выздоравливая после падения из окна офиса, она упала с инвалидного кресла и сломала другую руку. — Каспиан рассмеялся вместе со своей парой.

Гавриэль отнял телефон от уха и в ужасе уставился на него, а в голове царил полный кавардак. Как он мог уберечь свою пару? Он снова приложил телефон к уху.

— Итак, насколько долго вы думали завернуть её в костюм из пузырчатой плёнки? — спросил он.

Мужчины просто продолжали смеяться.

Чёрт!

Глава 8

Бет услышала, как открылась и закрылась дверь кабинета, затем как поставили поднос на комод. Через несколько секунд прогнулась кровать. Она открыла глаза и посмотрела на свою пару. Он выглядел измученным и встревоженным. Бет протянула руку и убрала волосы с его лица.

— Что бы тебя ни беспокоило, всё будет хорошо, — прошептала она.

Его улыбка вышла вымученной.

— Ты голодна, детка? Колтон оставил тебе еды.

Она покачала головой и теснее прижалась к нему.

— Поспи ещё, детка, тебе нужно отдохнуть. Я разбужу тебя к ужину. — Он натянул на них одеяла и свернулся калачиком позади неё, притягивая к себе. Она закрыла глаза и наслаждалась его прикосновениями. Ни с того ни с сего её осенила мысль, что теперь это её дом.

— Гавриэль?

— Да, дорогая?

— Можно я попрошу дядю прислать мои вещи? — Теперь, когда она знала, что будет жить здесь, хотела, чтобы остальная часть её гардероба была при ней.

— Конечно, завтра я освобожу часть шкафа. — Он поцеловал её в затылок.

Часть шкафа? Это так мило. Ну что ж, он скоро всё поймёт.

С улыбкой она задремала.

— Бет, милая, пора просыпайся. — Она почувствовала чью-то руку на плече. Моргая, она открыла глаза. Её пара стоял рядом с кроватью, выглядя, как обычно, щеголевато.

— Уже утро? — спросила она.

Он мотнул головой.

— Нет, почти ужин. — Ей казалось, он сдерживал улыбку.

— Я очень страшно выгляжу?

— Возможно, ты захочешь заглянуть в ванную, прежде чем спуститься. — В его глазах плясали смешинки.

Ей захотелось натянуть подушку на голову. Вздохнув, она встала и направилась в ванную. Боль в боку почти прошла. Бет потянулась к дверной ручке и заметила, что Гавриэль держится довольно близко к ней.

Повернувшись, она посмотрела ему в глаза.

— Мне не нужна нянька, Гавриэль.

— Может, я просто хочу всегда быть рядом с тобой.

— Хорошо, но ты останешься здесь, пока я приведу себя в порядок, — возразила она.

Он кивнул и указал на ванную.

— Я подожду здесь.

Она фыркнула и ушла в ванную, закрыв дверь. Когда посмотрела на себя в зеркало, у неё перехватило дыхание. По ту сторону двери она услышала смешок. Её волосы торчали дыбом. Подавленная, она включила воду и смочила волосы. Она провела щёткой по спутанным волосам, пока не стала меньше походить на сбежавшую из сумасшедшего дома и больше походить на светскую львицу, которой и была. Она припудрила лицо и добавила немного помады. Из-за бледности ей нужен был яркий оттенок губной помады.