Костоправ. Книга 1 (СИ) - Небокрад Максим - Страница 7

Горы давно сменились необъятными равнинами, непривычными моему взору. Ветер больше не приносил с собой солёный запах моря, а был напоен ароматами трав и цветов. Остались позади родные острые скалы и ущелья, брызги волн и крики чаек. Тишина бескрайних лугов давила на меня своей безмятежностью.

Я мельком оглянулся назад — туда, где уже скрылись знакомые очертания, и что-то сжалось в груди от этого вида.

— Непривычно? — спросил Емрис, поравнявшись со мной.

— Не то слово, — сказал я.

— Дай себе время.

— Ты бывал в этих краях?

— Бывал, — кивнул он. — Места неплохие…

Дорога вела мимо деревушек с их размеренным бытом. Крестьяне трудились в полях и занимались своими делами, изредка бросая любопытные взгляды в нашу сторону.

Вскоре показались стены Оргонта. Город стоял на холмистой местности, и уже отсюда была видна вереница домов и зданий. Мы подъехали к восточным воротам и вместе с немалым потоком людей въехали внутрь.

— Тесновато, — сказал я, оглядываясь.

— А что ты хотел? — пробормотал Емрис сквозь шум. — Торговый город, чтоб его…

Улицы кишели людьми, лошадьми и повозками. Стоило нам заехать чуть глубже, как в глаза бросились забитые посетителями лавки и уличные торговцы, выставившие свои товары чуть ли не на дороге.

Емрис громко засвистел, пытаясь привлечь внимание горожан, мешающих проезду.

— Да чтоб вам во тьме вечной скитаться! — раздражённо бросил он и гаркнул на какого-то ротозея: — Эй! Куда под коня лезешь? Стопчут сейчас!

С горем пополам мы добрались до нужного места.

— «Летучий двор», — прочёл я вслух надпись на табличке.

Мы проехали немного вперёд, и до меня донёсся то ли визг, то ли рык. Конь подо мной встревоженно дёрнулся, но я успокоил его, погладив по шее:

— Тише, приятель, тише.

— Лошадей лучше здесь оставить, — сказал Емрис, спрыгнув на землю. — Не готовы они к такому.

Я тоже спешился и, передав поводья слуге, торопливо зашагал дальше. Свернув за угол здания, я снова услышал рык, а потом увидел их — существ, покрытых чешуёй.

«Эволиски», — с благоговейным трепетом подумал я.

Они были огромны, словно драконы из сказок. Покрытые чешуёй, с гигантскими крыльями и мощными когтистыми лапами. Несмотря на чешуйчатое тело, их головы чем-то напоминали птичьи.

— Чего только маги не удумают, а? — спросил Емрис, встав рядом. — Вот как они птиц и ящеров скрестили?

— На рисунках они выглядели милее…

— Не боись, на двуногих не кидаются! — произнёс Емрис, хлопнув меня по спине. — Главное вовремя кормить.

— Во сколько обойдётся перелёт на таком?

— Кто его знает… Сто лет здесь не бывал.

Я приметил невдалеке двухэтажное здание, возле которого столпились люди, и сказал:

— Кажется, нам туда.

Через минуту мы вошли внутрь и наткнулись на немалую очередь. Я повертел головой, ища хоть какие-то указатели или таблички, и вдруг услышал возглас Емриса:

— Кто-нибудь может обслужить господина Эйдана из Дома Кастволк?

В помещении воцарилась тишина, и все взгляды обратились ко мне. Тут же с другого конца зала к нам направился мужчина. Он мимолётно глянул на мою левую руку, на которой я носил кольцо и родовую метку, а затем приветливо улыбнулся:

— Меня зовут Хамон Ганг. Я управляющий этого места.

— Эйдан Кастволк, — представился я.

— Рыцарь Емрис Вонгхар.

— Рад знакомству, господа. Прошу за мной.

Мы проследовали в отдельную комнату со скромным интерьером и расположились за столом.

— Планируете перелёт?

— Да, — подтвердил я. — В Гилим.

— В столицу, значит, — с пониманием кивнул Хамон. — Сколько у вас людей?

— Двадцать человек.

— Двенадцать солдат со снаряжением, шесть слуг и мы, — сказал Емрис.

— Какой груз?

— Личные вещи. Не так много.

Хамон кивнул:

— Значит, хватит двух эволисков и четырёх наездников… Шестьдесят пять золотых.

Я переглянулся с Емрисом, и Хамон тут же добавил:

— Остановок будет немало. В эту сумму входит и питание, и ночлег.

— Недёшево… — промолвил Емрис.

— Господин, это всего лишь цена комфорта. К тому же, за эволисками требуется особый уход.

— В полёте могут возникнуть проблемы? — спросил я.

— «Проблемы»?

— Эволиск может взбеситься? — поинтересовался я. — Или, например, упасть?

Хамон не сдержал улыбки:

— Больной эволиск не взлетит, а здоровый — не упадёт. Что до надёжности… Дисциплина у этих животных железная.

— Шестьдесят пять так шестьдесят пять, — сказал Емрис. — Ждать долго придётся?

— К завтрашнему утру всё будет готово.

— Вот и хорошо! Значит, летим!

Я проснулся ещё затемно, когда первые лучи солнца только-только начали пробиваться сквозь утреннюю дымку. После ночной грозы воздух был прохладен и свеж. Такое время всегда наполняло меня особым чувством единения с самим собой.

Я бесшумно оделся, стараясь не тревожить Емриса, и выскользнул на улицу. Дороги размокли от дождя, и грязь чавкала под моими сапогами. Справив нужду и умывшись из бочки с дождевой водой, я достал из-за пазухи свою потрёпанную книжку и пролистал несколько страниц.

«Симптомы пневмонии, — прочитал я посередине страницы. — Боль в груди при вздохе или кашле, усталость, одышка и потливость, кашель с мокротой, тошнота, рвота…»

Я не оставил увлечение медициной из прошлой жизни и решил перенести все свои знания на бумагу, ведь на память полагаться не стоило. Из года в год я перечитывал записи и добавлял что-то новое. На зувийском языке часто не хватало нужных слов, поэтому приходилось писать на русском — в какой-то мере это можно было считать защитой, если вдруг книжка попадёт не в те руки. Впрочем, лингвист, вероятно, быстро бы сопоставил буквы и разобрался с текстом. В любом случае, так я хоть иногда практиковал родной язык, который начал забывать.

Всё не ограничивалось одной теорией: будучи подростком, я начал практиковаться у знахаря и лечить людей. Заветное желание из прошлой жизни в кой-то мере стало явью в новой.

Погружённый в чтение, я дошёл до загона с невысоким заборчиком, который, похоже, соорудили всего лишь для обозначения границ. Эволиски послушно стояли на месте, опустив головы, пока работники летучего двора омывали их тела и возились с ремнями.

Через несколько минут началась трапеза: на телегах прикатили туши баранов и свиней, которые эволиски начали проглатывать одним махом.

— Доброе утро, господин Эйдан.

Я обернулся:

— Господин Хамон.

Он кивнул в сторону загона:

— Впечатляющее зрелище, не правда ли?

— Сколько же денег уходит на их кормёжку?

— Достаточно, — улыбнулся Хамон. — Всё включено в стоимость полётов.

— Я читал, что они не нападают на скот. Это правда?

— Конечно, господин Эйдан, — ответил он. — Эволиски не знают, что такое охота — маги постарались. К тому же, их кормят только убитыми животными.

— Выходит, в дикой природе они пропадут?

— Полагаю, что да, — сказал Хамон. — Хотя всякое может быть.

Спустя некоторое время проснулся и Емрис. Мы позавтракали, а потом отправили трёх солдат с лошадьми обратно в Навир. Я видел, как нервничали наши люди при виде эволисков, и оттого разнервничался сам. Емрис в свойственной ему манере начал подбадривать всех шутками.

На спинах эволисков закрепили огромные многоместные сёдла, а поклажу подвесили прямо под брюхом. Когда всё было готово, к ним приставили лестницы. Мы забрались в седло, расселись по своим местам, и нас пристегнули ремнями.

— При взлёте держитесь крепче, — сказал один из наездников, усаживаясь на своё место.

— И рот закройте, чтобы мух не наглотаться! — добавил Емрис со смехом.

— Приготовьтесь, взлетаем!

Я затаил дыхание и вцепился в выступы на сиденье. Эволиск расправил могучие крылья, протяжно гаркнул и мощно оттолкнулся от земли. Из-за рывка мой желудок ухнул куда-то вниз, а от ветра заложило уши.