Чёрный пёс (СИ) - Бубела Олег Николаевич - Страница 227

Нанеся амальгаму, я трансфигурацией надежно закрепил ее на алмазе, а благодаря чуточку изменившейся структуре кристаллической решетки мне не нужно было предварительно накачивать стекло своей силой. Разрезав лист надвое, я отложил полученный результат в сторонку и аналогичным способом снабдил Протеевыми чарами второй кусок алмазного стекла. На следующем листе мне нужно было изобразить комплекс рунных цепочек, которые станут преобразовывать получаемое изображение в иллюзию. Они оказались намного сложнее, заставив меня провозиться вдвое дольше. Повторив схему дважды, я аналогично разрезал лист и приступил к самому простому слою – защитному. Разделив очередную алмазную страницу пополам, я снабдил каждый кусок рамкой из парочки тончайших рунных цепочек, надежно блокирующих воздействие иллюзии и вдобавок улавливающих звуковые колебания, после чего принялся соединять листы с чарами в единый бутерброд.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сложив четыре алмазных стеклышка вместе, я методично сплел их рунные цепочки, добавив несколько десятков символов в положенных местах. Согласно замыслу конструктора, обеспечивать работу этой схемы должен был магический накопитель в виде драгоценного камешка на пару карат, однако поскольку я старался сделать артефакт как можно тоньше, то решил просто добавить сзади лишний слой своего стекла, снабдив его соответствующими рунами. О подобной мощной «батарейке» толщиной в десятую долю миллиметра создателям смартфонов можно было только мечтать.

Трансфигурацией срастив края стекол, превращая их в единый монолит, я приступил к самому легкому этапу – созданию защитного покрытия, отсекающего лишнее воздействие с тыльной стороны зеркала. Взяв немного серебра, я сформировал простенький и привычный мне «чехол для смартфона», снабженный удобными скругленными краями и небольшим выступом на верхнем краю. Намертво закрепив чехол на стекле, я вывел на поверхность металла руны подпитки, чтобы владелец получил возможность вливать в артефакт свою силу, посылая вызов на его брата-близнеца.

Оценив внешний вид получившегося изделия, я вспомнил, как в прошлой жизни не любил наблюдать жирные отпечатки пальцев на дорогой игрушке, и сделал заднюю поверхность артефакта рельефной, трансфигурацией заставив проявиться футуристический узор сложного механизма из огромного количества шестеренок, пружинок и маятников. Изобразив на выступе физиономию Руквуда, я полюбовался готовым зеркальцем. Оно имело толщину всего в два миллиметра, весило грамм сорок и было весьма стильным. Держать артефакт в руках было удобно, да и в карман пиджака он помещался легко.

Взяв заготовки для второго, я тем же способом придал им форму законченного изделия, не забыв поменять принимающий и передающий слои местами. Только на тыльной стороне вместо шестеренок изобразил полоски, похожие на «рубашку» дешевых игральных карт, а на выступе поместил уже свою рельефную физиономию. Подав силу в артефакт, я услышал тихий звон колокольчика, который издавало лежавшее на столе зеркальце. Взяв его, я полюбовался своим отражением, затем потолком ангара, удивленными мордами будущих подводников, и признал, что изображение артефакты передают прекрасно.

Вручив одно зеркальце удивленному Руквуду, я не стал дожидаться, пока бывший невыразимец заведет свою шарманку про «артефакт уровня мастера всего за четверть часа», а просто мага попросил проверить его работоспособность. Выйдя из пространственного кармана, я дождался вызова, ответил на него и немного поговорил с волшебником, убедившись, что со звуком у моего изделия все тоже в полном порядке. Голос Августа был слышен очень четко, как и тихое замечание Долохова:

- А я раньше думал, что сквозные зеркала создаются неделями, потому они такие дорогие и редкие.

- Это же Сириус! - произнес тенорок Мальсибера, наполненный затаенной гордостью.

Завершив сеанс связи, я почувствовал отчетливое шевеление своей паранойи. Как-то слишком часто в последнее время я начал шокировать Пожирателей. Как бы они не подумали ничего нехорошего. Джакомо уже отличился, открытым текстом заявив, что я слился с душой Реддла. Еще немного, и волшебники будут считать меня натуральной реинкарнацией Мерлина, а оно мне надо?

Конечно, это изрядно почешет пузико моему самолюбию, но как-то неохота соглашаться на роль всезнающего и всесильного лидера, осознавая, сколько проблем она может доставить мне в будущем. Я легко способен представить газетные заголовки о «Новом Темном Лорде Сириусе Блэке», наводящие ужас на простых обывателей, и не собираюсь содействовать их появлению в реальности. Лучше останусь скромным целителем-артефактором.

Главное – не вспоминать, что Том свою головокружительную карьеру начал с работы в мастерской Горбина.

Глава 53. Писатель

Вернувшись в ангар, я забрал у Руквуда его зеркало и продолжил практиковаться в создании сложных артефактов. К счастью, волшебники быстро отошли от новой порции впечатлений и продолжили строить планы поиска сокровищ на дне морском. Я не особо прислушивался к их обсуждениям, но понял, что прежде чем замахиваться на серебро с «Герсоппы», маги решили начать с чего полегче. А именно – построить-таки батискаф и обшарить восточное побережье. Ну, флаг им в руки, барабан на шею и бронепоезд навстречу! Я уже говорил Антонину, что заранее согласен со всеми его планами, и больше лезть с ценными советами не стану. У меня свои задачи имеются, как и личная жизнь, которой тоже следует регулярно уделять время.

Тщательно, никуда не спеша, я обрабатывал стекло за стеклом, выдавая пару сквозных зеркал сначала раз в пятнадцать минут, чуть позже, приловчившись, раз в десять. А когда начал, экономя время, формировать не отдельные рунные цепочки, а комплексные магические узоры, то смог уложиться в пять. В итоге вся работа отняла у меня четыре с половиной часа. Изнурительное нервное напряжение не прошло даром. Создавая последнюю пару артефактов, я ощущал себя натурально выжатым лимоном, однако досадных ошибок ухитрился не допустить.

Запоздало вспомнив про целительскую магию, я с ее помощью убрал часть накопленной усталости и с удивлением почувствовал, что вполне могу продолжать, добавив последние штрихи в картину. Все готовые артефакты я разложил по стопкам, после чего взял одну и трансфигурацией объединил одиннадцать зеркал в книжку, создав удобный серебряный браслет-корешок. Выступы с физиономиями на верхней части зеркал я постарался сместить так, чтобы эти «закладки» не перекрывали друг друга. Получилось… в принципе, нормально. Не сказать, что я был на все сто доволен своей работой, но осознавал, что сделать лучше все равно не мог. «Книжка» оказалась намного толще обычного смартфона, да и вес у нее был добрых полкило. Зато странички в ней листались прекрасно, а каждая обладала своим собственным стилем.

Так, все зеркала связи с Мальсибером на задней стороне имели схематичные изображения бутылок, пробирок, мензурок и реторт, Трикси получила цветочную тематику, Долохов мог похвастаться кольчужной сеткой, рыцарским щитом и перекрещенным за ними мечами, а Трэверса я наградил приоткрытым сундуком с вываливающимися из него монетами. Друммонд мог похвастаться боевой секирой на фоне клетчатой шотландки, для Джагсона я выбрал рельефную картинку дорожной сумки на легко узнаваемой барной стойке, Тоддервику тиснул безглазые театральные маски с разными выражениями лиц, племяшку обозначил мультяшными котятами, а Барти достался череп со змеей. Уверен, фанат Темного Лорда оценит! Для брата я сначала думал выбрать книжный шкаф, но потом ради хохмы изобразил на серебре Буку. Получилось мило, поэтому именно этот вариант сейчас красовался во всех зеркальных «блокнотах».

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Чтобы будущие хозяева артефактов случайно ими не обменялись, порождая путаницу, я снабдил каждый корешок биркой с именем владельца, лица которого не было на вкладках. Раздав блокноты присутствующим в пространственном кармане магам, я не поленился прогуляться, чтобы отнести зеркала паре метаморфов, Джагсону и Краучу-младшему, в гордом одиночестве уминающему на кухне вчерашние макароны с сардельками. Пообедать я бы сейчас тоже не отказался, но решил не смущать своим присутствием «залетчика», который и так был мрачным, предаваясь невеселым мыслям.