Чёрный пёс (СИ) - Бубела Олег Николаевич - Страница 19

- Это ты его так? - наконец, собралась с мыслями Лестрейндж.

Я молча кивнул.

- Меня из камеры тоже ты вытащил? – с подозрительным прищуром поинтересовалась женщина, в ответ на что получила аналогичный кивок. – А зачем?

- Ты нужна мне, чтобы возродить Темного Лорда, - честно признался я.

Я ожидал повторного выпадения Белочки в осадок, после чего ее можно было брать тепленькой… в смысле, уговорить на все, что угодно. Но просчитался. Кузина вдруг кинулась на меня с хищным оскалом. Отреагировать я не успел, и худощавое женское тело со всего размаху приземлилось на мой живот, выбив воздух из легких. Одной рукой Лестрейндж ухватилась за палочку, намереваясь вырвать ее из моих пальцев, а другой – вцепилась мне в шею, изо всех сил сдавливая кадык. Однако миг ошеломления прошел, и я легко освободился от захвата, а затем и вовсе сбросил дергавшуюся Беллатрикс на ковер, навалившись сверху.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Кха... Кхакого хрена?! – крикнул я в перекошенное яростью лицо.

- Ты-ы! Говори, кто ты такой? – змеей шипела Лестрейндж, пытаясь добраться когтями до моих глаз. – Что ты сделал с Сириусом, ублюдок?!

- Трикси, успокойся! Это действительно я! – попытался я образумить девушку.

Но та не прекращала дергаться, оставив попытки лишить меня зрения, но взамен вознамерившись заехать коленом по моим бубенчикам. И тогда я решился на крайние меры, дико рыкнув: «Замри!». Это помогло – на секунду, больше от неожиданности, Беллатрикс застыла, что дало мне возможность подвести руку с палочкой под самый ее нос и четко произнести:

- Магией и жизнью клянусь, мое имя – Сириус Орион Блэк!

На кончике палочки вспыхнул яркий желтый огонек, свидетельствующий о том, что выброс магии, способный зафиксировать мою клятву, присутствовал.

- Магией и жизнью клянусь, что не лгал тебе сегодня!

На трофейном магическом инструменте снова вспыхнул огонек, отражаясь в широко распахнутых глазах Беллатрикс. И тогда женщина бессильно обмякла, оставив всякие попытки сопротивления. Убедившись, что рецидива не планируется, я осторожно поднялся с тела Лестрейндж и протянул ей руку, предлагая помочь подняться. Но кузина не видела мою ладонь. Она смотрела куда-то сквозь меня и тихо шептала: «Этого не может быть… Это не правда…», а из ее выразительных карих глаз катились крупные капли.

«Похоже, перестарался!» - мелькнула в голове полная сожаления мысль.

Наклонившись, я подхватил почти невесомую Белочку на руки, и уселся в кресло. Крепко прижав бедняжку к своей груди, словно ребенка, я принялся нежно гладить ее по спутанным волосам, шепча на ушко всякие успокаивающие глупости. А Лестрейндж в ответ судорожно вцепилась в мой костюм и разрыдалась. Внутри заворочался стыд. Спеша избавиться от этого крайне неприятного чувства, я потянулся к своей магии, нащупал это живительное тепло и принялся мысленно растягивать, укрывая его невесомым покрывалом прильнувшую ко мне кузину. Успокаивая и исцеляя ее психику, устойчивость которой я сегодня явно переоценил.

Спустя пару-тройку минут рыдания стихли, а вскоре даже всхлипывания прекратились. Отстранившись, Беллатрикс решительно вытерла слезы и с надеждой поглядела на меня:

- Это ведь не сон?

- Нет, все реально, - уже ни на что не рассчитывая, подтвердил я.

- Какую вазу мне подарила Вальбурга в день свадьбы? – спросила Лестрейндж.

- Зеленую, с желтыми лилиями. Которую мы с Поттером взорвали хлопушкой в тот же вечер. Трикси, я же поклялся!

- Ритуал смены имени еще никто не отменял! – возразила женщина. – Какой цветок ты подарил мне на шестнадцатилетие?

- Цветок? – ухмыльнулся я. – По-моему, это был кактус с огромными колючками.

- Как звали моего любимого щеночка?

- Ты про тот случай с платьем? Эй, я же извинился!

- Так как же? – настойчиво повторила улыбающаяся Белочка.

Тяжело вздохнув, я ответил:

- Сирик. Твоего любимого щеночка звали Сирик. И он даже отзывался на эту дурацкую кличку, пока тетя Друэлла не покинула Гриммо, забрав с собой долговязую ехидную вредину!

Я мягко схватил Лестрейндж пальцами за кончик носа, как это делал Сириус в далеком детстве. Фыркнув, женщина звонко рассмеялась и крепко обняла меня, а я продолжил наводить шорох в ее волосах, чувствуя, как губы поневоле разъезжаются в счастливой улыбке.

- Прости, что напала на тебя, - внезапно заявила Беллатрикс, уткнувшись лицом мне в шею. – Я подумала, что тюремщики, отчаявшись меня сломать, каким-то образом вытащили из моей головы самые сокровенные желания и устроили спектакль.

- Ничего страшного, - ответил я. – По правде сказать, я тоже виноват. Перестарался с театральностью. Надо было все объяснить тебе еще в камере, но я решил устроить встречу без лишних свидетелей, произвести впечатление… В общем, извини.

- Да уж, в этом весь ты! Тебя хлебом не корми, дай только повод распушить хвост перед девушкой! – ехидно протянула Лестрейндж, устраиваясь на моих коленях поудобнее. – Ладно уж, кобель, рассказывай, как ты умудрился дойти до жизни такой. Еще вчера я слышала о твоем загуле с дементорами… Кстати, с днем рождения! Сколько там тебе стукнуло? Тридцать два? Ох, наш Сири уже совсем большой мальчик! Только на подарок не рассчитывай – у меня за последние десять лет как-то не было возможности прошвырнуться по Косому.

- Обойдемся без подарков, – ухитрился я вставить реплику, чувствуя, что наш разговор заходит куда-то совсем не туда. – И спасибо за поздравление. Меня уже много лет никто из родни не поздравлял.

- Эм… Перегнула палку, да? – скорчила Лестрейндж смущенную моську. – Ладно, не обижайся. Я просто все еще не могу поверить в происходящее. Ты вытащил меня из клетки, вырубил охрану, приготовил еду… и даже про свечи не забыл! Многие мои эротические сны начинались так же.

После этих слов у меня натурально отвисла челюсть. Она сейчас серьезно? Или это просто новый уровень подколок? В памяти Сириуса не было эпизодов, когда Белочка проявляла бы к кузену подобный интерес. Однако если учесть, что тесно он с ней общался, будучи сопливым пацаном, даже смутно не представляющим, для чего нужны девушки…

Тихое хихиканье сбило меня с мысли и позволило прийти в себя. Все-таки шутка! Укоризненно покосившись на довольную Беллатрикс, я снова тяжело вздохнул. Да, все-таки общение с психами требует феноменальной выдержки!

- Ладно, теперь серьезно, - заявила женщина, спрятав ухмылку. – Сколько я тебя знала, ты всегда был на подхвате у этого раздолбая Поттера и преданно заглядывал в рот Дамблдору. И даже оказавшись в Азкабане, ты старательно игнорировал всех «наших», как будто тебя действительно подставили. Так что же изменилось? Откуда вдруг такие планы? И как это тебе удалось не растерять свою форму за десять лет? У тебя же мышцы, словно стальные канаты! – Беллатрикс пощупала мой бицепс.

А до меня вдруг дошло. Такие резкие смены поведения – вовсе не результат психического отклонения. Эта хитрая лиса занимается тем же самым, что и я – распыляет внимание собеседника, выводя его из зоны комфорта, ошеломляя, ментально подавляя, навязывая подчиненную роль. Блестяще! Нет, я действительно восхищен ее умениями. Просто и элегантно выскользнув из моей, отмечу без ложной скромности, гениальной ловушки, она тут же столкнула в нее меня самого! Прямо как в детстве.

- Отвечаю по существу, - перешел я на деловой тон. - Лорду был нужен свой человек в Ордене Феникса. Имеющий доступ к важной информации и при этом не вызывающий подозрений в своей преданности «делу света». Блэки, как один из старых родов, верных магическим традициям, всегда находились у Тома на особом счету, поэтому был разработан долгосрочный план, в результате которого простой и бесхитростный Регулус получил покровительство Темного Лорда, а непослушный бунтарь Сириус назло братишке вступил в банду Дамблдора. Кроме моих родителей и самого Тома Реддла о моей роли никто не знал, что позволило мне быстро подняться до уровня одного из наиболее доверенных лиц Альбуса. И это принесло свои плоды. Благодаря добытой моими стараниями информации Лорду удалось на три четверти сократить Орден. Правда, под конец войны директор стал что-то подозревать. Видимо, сыграл свою роль тот факт, что в схватках с соратниками Тома я частенько не получал ни царапины. Разумеется, доказательств у Альбуса не было – после смерти отца я действовал максимально осторожно. И все же в решающий момент противостояния он решил меня подставить. Расставил ловушку на Лорда, а на меня тем временем непонятно как повесил чары подчинения, заставил отыграть глупый спектакль для восторженной публики, после чего упрятал сюда без суда и следствия.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');