Ключ к Ребекке - Фоллетт Кен - Страница 40

Вольф надеялся, что это так.

«Я его порезал, – подумал он. – Вероятно, довольно сильно. Интересно, куда я попал? В лицо?»

Вольф вспомнил, что полицейские взяли Соню. Она скажет им, что едва знакома с ним. Сочинит что-нибудь вроде того, что она подцепила его в «Ча-ча». Долго они ее не продержат: она знаменитость, звезда, эдакая египетская героиня, – посадив ее за решетку, они наживут себе массу неприятностей. Поэтому ее скоро выпустят. Правда, ей придется дать им свой адрес, а это означает, что Вольфу нельзя пока возвращаться в плавучий домик. Но он смертельно устал, ободран, ему надо привести себя в порядок и несколько часов отдохнуть. «Это уже бывало со мной, когда я, измотанный и преследуемый, бродил по этому городу, не зная, куда приткнуться, – вспомнил Вольф. – На этот раз придется, видимо, идти на поклон к Абдулле». Он шагал в сторону Старого города, думая о том, что, кроме Абдуллы, у него сейчас никого не осталось. Подойдя к дому старого вора, Вольф нырнул под арку, прошел через короткий неосвещенный проход и поднялся по спиральной каменной лестнице в жилище Абдуллы.

Хозяин сидел на полу рядом с незнакомым человеком. Воздух в комнате был насыщен пряным запахом гашиша. Абдулла взглянул на Вольфа, сонно улыбнулся и заговорил по-арабски:

– Это мой друг Ахмед, которого еще зовут Алекс. Добро пожаловать, Ахмед-Алекс.

Вольф сел на пол рядом с ними и приветствовал их на арабском.

– Мой брат Ясеф хочет попросить тебя разгадать для него одну загадку, которая занимает наши мысли уже несколько часов, – продолжал Абдулла.

Он протянул трубку Вольфу, и тот сделал глубокую затяжку.

– Ахмед-Алекс, друг моего брата, разреши приветствовать тебя, – заговорил Ясеф. – Скажи мне, почему британцы зовут нас «вогами»?

Ясеф и Абдулла покатились со смеху. Вольф понял, что они здорово накурились. Он сделал еще одну затяжку и передал трубку Ясефу. Крепкая травка. Абдулла всегда употреблял наркотики самого высшего качества.

– Так получилось, что я знаю ответ, – сказал Вольф. – Египтянам, которые строили Суэцкий канал, выдавали специальные рубахи, по которым их пускали на территорию британского владения. На спинах этих рубах было написано: W.O.G.S., что означало «Working On Government Service» – «Работающие на государственной службе».

Ясеф и Абдулла опять засмеялись.

– Мой друг Ахмед-Алекс умен, почти как араб, – торжественно произнес Абдулла, – потому что он почти араб. Он единственный европеец, который сумел обхитрить меня, Абдуллу.

– Я думаю, ты преувеличиваешь, – возразил Вольф, принимая их напыщенный тон разговора. – Я никогда бы не стал даже пытаться обмануть моего друга Абдуллу – это было бы все равно что пытаться обмануть самого дьявола!

Ясеф улыбнулся и кивнул: он явно оценил комплимент своему брату.

Абдулла продолжал:

– Послушай, брат мой, что я тебе расскажу. – Он нахмурился, собирая мысли в своем затуманенном наркотиком мозгу. – Ахмед-Алекс попросил меня украсть для него одну вещь. Я, стало быть, брал на себя весь риск, а он получал добычу. Разумеется, он не мог так просто обмануть меня. Я украл эту вещь – это был портфель – и, конечно, намеревался присвоить его содержимое, поскольку вору принадлежит предмет совершенной им кражи согласно законам, установленным Всевышним. Поэтому я должен был перехитрить его, а не он меня, не так ли?

– В самом деле это так, – сказал Ясеф, – хотя я не могу припомнить, где в Священном писании говорится о том, что вору принадлежит предмет совершенной им кражи. Однако…

– Возможно, и не говорится, – сказал Абдулла. – О чем это я?

Вольф, который еще сохранял ясность ума, напомнил:

– Ты говорил, что, открыв портфель в мое отсутствие, должен был перехитрить меня.

– Именно так! Но в портфеле не оказалось ничего ценного – получилось, таким образом, что Ахмед-Алекс перехитрил меня. Тогда я вынудил его заплатить мне за мою услугу – таким образом у меня оказалось сто фунтов, а у него – никудышный портфель.

Ясеф нахмурился.

– Значит, все-таки ты перехитрил его?

– Нет, – печально покачал головой Абдулла. – Он заплатил мне фальшивыми банкнотами.

Ясеф уставился на Абдуллу. Затем они оба покатились со смеху. Они хлопали друг друга по спине, топали ногами и катались по подушкам, пока от смеха слезы не выступили у них на глазах.

Вольф выдавил из себя улыбку. Произошла история, которая может повеселить арабских бизнесменов: в ней – целая цепочка двойных обманов. Абдулла будет теперь сто лет ее рассказывать. Вольф вздрогнул – значит, Абдулла тоже знает о фальшивых деньгах. Сколько еще людей об этом знают? Он чувствовал, что кольцо вокруг него сужается с каждым днем.

Тут Абдулла впервые заметил состояние Вольфа и сразу же забеспокоился:

– Что с тобой? Тебя ограбили?

Он взял маленький серебряный колокольчик и позвонил. Почти мгновенно из соседней комнаты появилась сонная женщина.

– Принеси горячей воды, – велел ей Абдулла. – Обмой раны моего друга. Дай ему европейскую сорочку, расческу и приготовь кофе. Быстро!

В европейском доме Вольф запротестовал бы, если бы женщину подняли после полуночи для того, чтобы ухаживать за ним, но здесь такой протест был бы воспринят с обидой. Женщины существовали для обслуживания мужчин, и поэтому приказы Абдуллы не удивляли и не раздражали их.

Вольф пояснял:

– Британцы пытались арестовать меня, и я был вынужден драться с ними, прежде чем смог убежать. К сожалению, они теперь знают, где я жил все это время, и это – моя проблема.

– А, – Абдулла сделал затяжку и передал трубку по кругу.

Вольф почувствовал действие гашиша: он впал в расслабленное, заторможенное и слегка сонное состояние. Время, казалось, замедлило свой ход. Две жены Абдуллы хлопотали вокруг него, умывая его лицо и расчесывая волосы. Их хлопоты были ему приятны.

Абдулла задремал, но потом открыл глаза и произнес:

– Ты останешься здесь. Мой дом – твой дом. Я спрячу тебя от англичан.

– Ты настоящий друг, – ответил Вольф.

«Все это очень странно, – размышлял он. – Я намеревался предложить Абдулле деньги, чтобы он дал мне пристанище. Теперь выясняется, что Абдулла знает о фальшивых деньгах – что же я могу предложить ему? Абдулла дал понять, что будет прятать меня бесплатно. Настоящий друг?! Странно! В мире Абдуллы нет друзей: есть его семья, для которой он готов на все, и есть остальные, для которых он и пальцем не шевельнет. Как же я заслужил такую честь?»

Вольф опять почувствовал сигнал тревоги. Он заставил себя думать: после гашиша это было нелегко. «Давай разбираться по пунктам, – сказал он сам себе. – Абдулла приглашает меня остаться у него. Почему? Потому что я в беде, я его друг, и я перехитрил его. Но эта история еще не закончилась. Абдулла хочет продолжения – в свою пользу. Каким образом? Выдав Вольфа англичанам. Вот в чем дело. Когда Вольф заснет, Абдулла пошлет сообщение майору Вэндему. И Вольфа возьмут. Англичане заплатят Абдулле за услугу, и он потом будет рассказывать эту историю в выгодном для себя свете. Проклятье».

Одна из жен Абдуллы принесла белую сорочку европейского покроя. Вольф поднялся на ноги и стащил с себя свою порванную и окровавленную рубаху. Женщина отвернулась, увидев его обнаженный торс.

– Сейчас она ему не нужна, – сказал Абдулла, – сорочка ему понадобится утром.

Вольф выхватил рубашку из рук женщины и надел на себя.

– Ты, наверное, считаешь недостойным для себя провести ночь в доме араба, мой друг Ахмед? – обиженно спросил Абдулла.

– У англичан есть пословица: тот, кто ест из одного котла с чертом, должен запастись длинной ложкой, – ответил Вольф.

Абдулла ухмыльнулся, обнажив стальную фиксу. Он понял, что Вольф разгадал его план.

– Почти араб, – уважительно произнес он.

– До свидания, друзья мои, – сказал Вольф.

– До следующего раза, – ответил Абдулла.

Вольф вышел на холодный ночной воздух, спрашивая себя, куда ему теперь идти.