"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 320

— Типичный мужик! — всплеснула она руками. — Сразу видно, что без женщины ни на что не способен! Даже за собой нормально проследить!

Её голос начинал набирать обороты, а потому требовалось либо быстрее сваливать, либо радикально её затыкать. Выбор без выбора…

Моментально развернувшись, признаю капитуляцию и стремительным шагом покидаю коридор, направляясь к двери в сторону ресепшена.

— Ещё и натоптал тут везде! Грязное животное! — различаю доносящиеся в спину возгласы, но ни единым намёком не показываю, что хоть что-то услышал. Решительно повернув ручку, выхожу из резко ставшего очень душным коридора. Ух!

Обстановка успела измениться. Мишель уже покинула нас, чем сильно меня порадовала, ибо смотреть на её постную рожу желания не было никакого. За стойкой администратора стоял Боб с явственно опухшей губой и носом. Мужчина прижимал к травмированному месту мешочек со льдом, злобно на всех поглядывая. Особому вниманию удостоился я. Решаю не спускать это без причины, ибо одно дело — запуганный и боящийся тебя урод, а другое дело — ненавидящий. От второго типа людей в большинстве случаев можно ожидать подляну.

Остановившись напротив, смотрю на него своим тяжёлым взглядом: открыто, пристально, не скрываясь.

— Чего тебе ещё? — занервничал он, довольно быстро проигрывая эту негласную дуэль.

— Сделаешь хоть какую-то пакость, — говорю медленно, но специально не занижая или не повышая тона, — отрублю тебе одну руку. Мишель не даст сдохнуть, так что будешь жить дальше. Но уже без руки. Если не доставишь никаких проблем, то завтра мы покинем это место. Мы друг друга поняли?

Он поджал губы и отвёл взгляд. Кладу топор на стойку, отчего он звякает, заставляя дредастого афроамериканца вздрогнуть, после чего опираюсь на неё и немного подаюсь вперёд.

— Отвечай, — теперь тон уже был чуть ниже и определённо серьёзнее.

— Понял-понял! — быстро произносит Бобби, количеством слов компенсируя предыдущее молчание. — Мне не нужны проблемы, ясно? Я честный налогоплательщик! Я просто жду военных и пока на улице наведут порядок! Мне не нужны такие психи, как вы, среди постояльцев! Уходите завтра и больше не возвращайтесь — это будет лучшее, что вы можете сделать.

— Вот и молодец, — киваю ему, забирая топор и спокойно разворачиваясь, переводя внимание на здоровяка, что всё это время стоял рядом. — Крейг, — махнул рукой, — всё нормально? Без проблем заехали?

— Угу, — кивает парень. — Тебя вот стоял дожидался, — он хмыкает. — Добрались без зомби и лишнего внимания. Все уже распределяются по комнатам…

— Отлично, — хлопаю его по плечу и разворачиваюсь к дверям, желая быстрее вытянуть Наоми.

— Только это… — чуть смущённо добавляет он, на что я резко оборачиваюсь. Глаза прищурились, ибо нутром чуял, что не зря Бёртон тянул до последнего. Он не хотел говорить эти слова. — Водила наша, Констанция… она осталась на улице. Сказала, что ей нужно подышать. Ну… — делает руками неопределённый жест. — Бабы, короче.

— Друг мой, — губы попытались сложиться в улыбку, но почему-то лишь зубы скрипнули друг о друга. — какого хера, а? Ты же не дурак. Я тоже не дурак. Но почему-то сейчас ничего не понимаю. Ты сам себя слышал? — жёстко тыкаю пальцем ему прямо в лоб, едва не вбивая в стену, у которой он стоял. Вторая моя рука уже хватает парня за ворот грязного халата. — Проговаривал фразу в уме, прежде чем её произнести?! Почему вы оставили её одну? Она что, «морской котик»? Спец-агент ноль-ноль-семь?

Его руки обхватили мои запястья, но силы оторвать их от собственного горла решительно не хватало. Когда надо, мои мышцы обеспечивали поистине стальной захват.

Отпускаю Крейга, отчего он аж дёргается.

— Пойду вытаскивать эту дуру и… — пристально смотрю на сокомандника. — В следующий раз тащите силком. Неважно, кто это будет: Констанция, Тим, Лэнс, Холли… Улица сейчас — это поле боя, где в любой миг тебя могут прикончить из-за угла. Шальная пуля при обстреле зомбака или сам мертвец, который валяется в кустах, потому что ему переехали ноги. Но когда ты проходишь мимо, то его сил внезапно оказывается достаточно, чтобы схватить тебя за ногу и вцепиться!

— Извини, — глухо пробормотал он. — Но это… она же сама захотела, вот и…

Ну да, это Америка. «Самая свободная страна». Запретить кому-то и что-то тут крайне сложно, и мысли о «свободе» вбиваются с самого раннего детства. Здесь сказать кому-то «Нет, ты не имеешь права» равносильно политическому самоубийству. Люди доходят до того, что голыми ходят по улице, и на это не обращают внимания. Кто-то может несколько часов кричать, просто стоя на перекрёстке, и никто ничего не выскажет против…

Дикость! Однако… так бывает. Вот и сейчас одна светловолосая дура решила порефлексировать, а остальные просто кивнули ей и пошли в гостиницу. Командная поддержка на пять с плюсом!

— И до остальных донеси то же самое, — не давая ему высказаться, жёстко рублю все концы. — Если эта блогерша сдохнет, то вина будет не только на ней, но и на всех вас. Потому что бросили.

Бёртон вздохнул, почесав голову. Он не был идиотом, это скорее издержки воспитания, но как же они накаляли меня в такие моменты! До чего же дурными надо быть, чтобы так наплевательски относиться к своей и чужой жизни!

— Эйд! — едва я пошёл в сторону выхода, не забыв забрать ключ от входной двери у Боба, как из коридора вышла Наоми. — Неожиданно было услышать столь возмущённый тон, — улыбнулась она. — Крейг наступил тебе на ногу и недостаточно проникновенно извинился?

— Моё возмущение относилось ко всем вам, ребята, в том числе и к тебе, — хмуро покосился на неё, оглядев пространство за дверью через замочную скважину. Почти ничего не видно, да ещё и темно… шикарно.

Открыв дверь, приоткрываю её на щель, получая больше обзора. К счастью, фонари с центрального проспекта, от которого мы съехали, немного доставали досюда и давали хоть каплю освещения.

— О чём ты? — прищурилась она, скрещивая руки на груди.

— На хрена вы оставили Констанцию одну? Тем более на улице? — оказавшись за дверью, быстро оглядываю территорию вокруг, почти сразу замечая блондинку. По огоньку сигареты.

— Ах, «Констанцию», — аж дёрнулась моя азиатка. — Конечно! Как я сразу не поняла, о ком ты думаешь ещё со вчерашнего дня? Всё время пялился на неё, а она на тебя. Эти фразочки про имя, про поцелуй… Ещё и защищал её постоянно, во время разговора, и…

Отлично! Просто отлично! Наоми, мать твою, ты ведёшь себя как плаксивая школьница-истеричка в период первых месячных! Какого чёрта я должен утешать тебя в такой момент?!

Развернувшись, заключаю девушку в свои объятия.

— Дура, — шепчу я, крепко прижимая её к себе. — Ни за что не променяю тебя на кого-то другого. А сейчас я пошёл чисто потому, что вы, балбесы, оставили нашего водителя на улице. В месте, где каждую секунду может произойти что угодно. Вот как можно было поступить так безответственно?

Я продолжал говорить, рассказывая, как ценю и уважаю её, как она нравится мне, что она — сильная и всё в таком духе. Какой-никакой опыт имелся.

— Прости, — Наоми утёрла слезу и покачала головой, — крайне не вовремя меня… на всё это порвало…

Ты очень права! Супер не вовремя!

— Не страшно, — улыбаюсь, — ты отлично держишься. В такой ситуации, как эта, любая другая бы уже расклеилась и лишь тихонько скулила в углу. А ты… молодец.

Короткий поцелуй, слишком короткий и мимолётный, ибо я ни на миг не забывал, где мы находимся. Плевать, что сейчас тут нет поблизости живых трупов, им не сложно подтянуться на подозрительные звуки…

Не забывая оглядываться, подхожу к блондинке, которая невидящим взглядом смотрела куда-то на небо, периодически затягиваясь сигаретой, несколько пачек которых мы забрали с заправки.

— Не знал, что ты куришь, — останавливаюсь рядом с ней.

— Ты?.. — покосилась на меня Констанция. — Конечно… мистер «самый правильный»… Я тоже не знала, что курю. Вроде как давно уже бросила, а тут вот что вышло…