Дорогой, дай лапу! (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 37

Это явно не та дорога, которой я прибыла в Альдис.

Путь наш упирается в гору, одиноко возвышающуюся посреди белой тундры. Впереди отряда что-то происходит, жениха рядом с каретой больше нет. В воздухе вдруг чувствуется вибрация, источник которой остается неизвестным.

Скоро движение возобновляется. Рыцари скачут впереди, лошади спокойно тянут экипаж в сторону горы. Но каким образом, разве путь нам не закрыла естественная преграда?

Туннель! – вот ответ на мой невысказанный вслух вопрос.

Граница закрыта, Север зимой отрезан от королевства, но местные знают тайный путь. Еще бы!

Прямо сквозь гору проходит непримечательный с виду туннель. Карета въезжает в него и какое-то время, мы движемся в практически полной тьме, пока рыцари не зажигают факелы. Вот для чего они были им нужны! Один секрет на другом, мне действительно можно знать все это, особенно учитывая то, что скоро наши дороги разойдутся?

- Ниль! – стучит рядом с окошком Астрид, возникшая так неожиданно, что я невольно отшатываюсь назад.

- Пару часов нам придется проехать под землей. Ты как? Голова не кружится? Бывало, что те, кто оказывался здесь впервые, испытывали приступы тошноты и мигрени.

Качаю головой.

- Кстати. Ты действительно уезжаешь?

Этот вопрос девушка-рыцарь задает с опаской.

Да. Я приняла решение после бессонной ночи, следующей за разговором и признанием князя на кухне. В столицу я не еду. Вместо этого, меня уже давно ждут в другом месте.

Пора перестать сбегать.

- Я понимаю, что ты, должно быть, соскучилась по своим родным, но как же мы? Пропустишь все веселье, наш князь наверняка устроит королю непростой сезон. К тому же, говорят, как встретишь год, так его и проведешь…Было бы лучше, если бы в новогоднюю ночь вы были вместе.

Я не отвечаю и Астрид меняет тему, принимаясь за рассказ о том, как Питер поругался с капитаном Бьорном и заслужил наказание чистить конюшни до самого лета, как целитель Яр подбивает к ней клинья неловкими ухаживаниями и как уже несколько лет летают искры между дворецким Торвальдом и главной поварихой замка.

Однако сколько я не прикладывала усилия сосредоточиться на болтовне дружелюбной Астрид, стоило только заметить профиль князя в рядах скачущих впереди рыцарей, в памяти всколыхнулись воспоминания о последнем нашем разговоре.

Вернее, о признании жениха.

Да.

Хантер был прав, стоило немного поразмышлять – чем я всю последующую ночь занималась с крайней отчаянностью – и стало ясно, что именно мужчина назвал «новым уровнем своего эгоизма».

Что это - если не признание в чувствах?

Совершенно неожиданная откровенность его светлости застала меня в врасплох. В одном был неправ Хантер – заявление, что терзать последствия будут только его одного, действительности не соответствует.

Вот уж в раки.

Я совершенно запуталась в собственных мыслях и эмоциях. Случись бы раньше этот разговор, хотя раньше – это когда именно, мой отказ был бы категоричен.

Но сейчас…дать однозначный ответ я не представляю возможным.

И это странно.

Одно могу сказать с уверенностью, в моей помощи, предложение которой великому владыке Севера и впрямь было попыткой бегства от своих собственных проблем, ни Альдис, ни сам князь Хантер Агнар не нуждаются.

Тем не менее, он не сказал вслух слов любви, просил меня остаться…зная, что рано или поздно я покину замок, княжество и их хозяина. Вот где и прятался истинный эгоизм, о котором он обмолвился тем вечером.

Его светлость, оказывается, видит меня насквозь, ибо об отъезде своей договорной невесты он знал раньше, чем она сама. И все же…Все же, он сказал тогда столько слов, которые продолжают отзываться в моей душе целой гаммой чувств.

Прав был Хантер и в том, когда обвинил меня в холодности и попытке оставить все позади, держаться на расстоянии ото всех…А ведь сама я такого едва ли замечала.

И несмотря на собственные чувства, мой фиктивный жених предоставил своей невесте полную свободу действий, подчеркнул, что решение за мной.

Не знаю, как отреагировал Хантер на новость о моем отъезде, она для него хоть и ожидаемая, но все равно должна быть не из приятных. С этим разговором я пошла к дворецкому. И тот, уже получив от своего господина некие инструкции, ни видом, ни словом не показал, что это его не обрадовало. Тем не менее, по глазам Торвальда я видела, как разочарован старый слуга замка Розенхольм.

Спустя пару часов наш отряд минует тоннель, карета выезжает наружу, здесь вокруг уже простираются земли королевства. Глаза на короткое мгновение режет, в туннеле было темно. За окном снега, но они едва покрывают тонким словно пыль слоем мерзлую землю. С севером здешний климат не сравнится.

Неделя пути вглубь страны пролетает быстро. Останавливаясь на ночлег в тавернах и трактирах, мы путешествуем с комфортом, который я, держа путь в одиночку на Север каких-то несколько месяцев назад не могла себе позволить.

Снега сменяются проливными дождями.

Каждый раз выходя из кареты, я замечаю на себе взгляд Хантера, но подойти и начать разговор мужчина не пытается. Только смотрит. Словно не может наглядеться.

От этого взгляда все внутри меня трепещет. Странные чувства.

Он всегда заставлял меня чувствовать себя неловко, некомфортно и одновременно раздраженно, но вместе с этим ощущалась и теплая забота, неравнодушие. А сейчас, после признания, зная о его чувствах и испытывая неловкость от того, что не могу на них ответить, я не знаю куда себя деть.

Подойти самой и начать разговор о какой-нибудь ерунде? Или продолжать играть равнодушие? Такого опыта, действительно, в моей жизни еще не было. Ни в одной из них.

Любой девушке польстила бы любовь от такого выдающегося и могущественного мужчины, взять моих подруг, они точно были бы в восторге и хвастались всем вокруг. Но вся та правда, которую я услышала…до сих пор не имею понятия, как на это все реагировать, уж точно не самодовольством.

Что во мне такого, что может понравиться? Существуют ли вообще какие-то критерии? Понравилась за что-то или вопреки чему-то?

Так, хватит.

Нужно разобраться сначала со своими собственными проблемами. В первую очередь мне. Понять, чего желает мое сердце, успокоить родных и найти силы простить…саму себя за ошибки прошлого, которому больше не суждено повториться.

Хантеру…Его светлости князю тоже нужно о многом позаботиться. О делах, о последствиях ритуала – наверняка он сейчас пребывает в растерянности, ему может быть непросто принять свою новую природу – о поиске предателя…

Арни со мной проводил круглые сутки, это не могло пройти бесследно ни для меня, ни для человека, которым он продолжал оставаться глубоко внутри. Кто знает, вдруг эта любовь мимолетна, как последние дни уходящего лета? Сегодня есть, завтра нет. А может, он и вовсе принимает благодарность и преданность за симпатию.

И потом, в замке кроме меня, новой и незнакомой девушки, для проведшего в забытии мужчины других леди не было. Но в столице князя окружат толпы девиц на любой вкус. Его выбор не ограничивается одной лишь жалкой мной.

У его светлости еще все впереди.

В отличии от меня. Как бы я не хотела оставить сожаления позади, они всегда будут со мной. И все, что остается – это только их принять. А для этого нужны время и приличная доза смелости.

Я выхожу из кареты у подъезда к городку Генти, в двадцати минутах к востоку, от которого располагается резиденция семьи Глостер.

Мой дом.

Если честно, где-то в душе, когда я покидала той ночью и меня застал в коридоре старший брат Ксандер, я думала, что больше не вернусь. Часть меня уже тогда считала, что я не заслуживаю свою семью, не заслуживаю их любви, да и вообще ничьей привязанности и дружбы…такая как я должна исполнить свой долг, сделать все, чтобы спасти родных от уготованной им участи, а после этого и умереть не жалко.

Один из рыцарей подводит ко мне Вьюгу. Лошадка переминается на месте, знает, что родное стойло совсем близко. Аксель, наверное, сильно скучал по своей драгоценной кобылке, которую холил с самого ее детства.