Дорогой, дай лапу! (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 31

От набирающей обороты тревоги остаются затухающие, но не потухнувшие полностью угольки, готовые разгореться при удобном случае. До меня наконец доходит причина, по которой его светлость так резко скатывается в эту недалекую плейбоскую манеру поведения после серьезных речей, что ранее мной вопринималось как необъяснимая блажь богатого и неведающего печалей мажора.

Это даже мило.

- Святые северные олени, вторая улыбка за день! Леди Ниль, что это за невиданная щедрость? Ваш жених сейчас умрет от сердечной аритмии! Моя непорочность снова под угрозой, а учитывая, что я уже видел тебя голой, удар просто сокрушающий!

Сохранить серьезность становится невозможно, но я стараюсь хотя бы сделать вид.

- Знаешь, когда я только приехала и лежала в постели в свою первую здесь ночь, о чем я думала?

Глаза Хантера светятся ярче новогодних огоньков, которыми жители земли украшают свои окна в зимние праздники.

- Обо мне?

- Нет, просто невероятно! Ты прав! Я думала, что мне придется тебя убить.

Слова повисают в воздухе до тех пор, пока мой жених не сгибается пополам, громко расхохотавшись так, что его и в коридоре за этой закрытой дверью слышно.

- Теперь смерть тебе грозит от удушения собственным хохотом. Аритмия уже ни при чем, - заключаю я лекарским тоном, выносящим больному вердикт.

- Ты единственная, кому я бы доверил столь непростую задачу. И единственная, кого я готов простить за приготовление к моей скоропостижной кончине.

- Взаимно, - я снова улыбаюсь. – Если погибнуть, то только от руки «любимого».

Как и думала, он понимает, что я подразумеваю.

На лице его светлости снова серьезность.

- Ниль, я обещаю. Я не допущу, чтобы тебе причинили боль. Никто не сможет тебя и пальцем коснуться. Я смогу тебя защитить, - из-за этого взгляда Хантера внутри все щекочет.

Умереть от аритмии грозит теперь мне.

Я сглатываю. Ниль, вы всего лишь деловые партнеры. Обеспечить безопасность своего компаньона и в интересах князя тоже. Но несмотря на голос рассудка, от обещания Хантера мне становится так спокойно, будто он мой настоящий жених.

- Хорошо. Молодец. Хочешь пирожное?

«Владелец эмоционально и радостно хвалит питомца, закрепляя результат вкусным кусочком…»

- Хм, не откажусь, раз уж предлагаешь, - сияет ответной улыбкой князь.

25

Я снова улыбаюсь. Не знаю, почему, но этот непримечательный жест действует на князя сильнее слов поощрения и всяких угощений. Будь на его месте Арни, тот бы уже голову на бок повернул и хвостом замахал словно пропеллером.

Жду, пока Хантер зачерпнет побольше шоколадного торта и отправит в рот.

- Думаю, дерьмом лицо посла лучше не пачкать. Так ты только пойдешь на поводу у короля и оправдаешь сложившиеся о севере стереотипы. Каким бы дураком он не был, очевидно, что этот Биргир знает о столичных делах более нашего. Возможно, через него мы сможем выйти на браконьера тихо и быстро, без того, чтобы поднимать шум в домах северных владык. Так что отставить навоз и козлов.

- Кха-кха, - давится мой фиктивный жених.

Месть – это то блюдо, которое подается холодным. Мне стоило огромных усилий не выплюнуть дессерт, когда князь предложил дворецкому свою оригинальную во всех смыслах идею как спровадить гостя.

- Жестока. Как же ты жестока, Ниль, - неодобрительно качает головой мужчина.

- Под стать тебе, - поднимаю одну бровь.

- Да! Мы просто идеальная пара.

Пожимаю плечами. В этом дуэте не прекращается борьба за то, кто будет вести.

- А идея хороша. Но моя была более…изысканной, - долго подбирает слово его светлость. Вот уж не соглашусь!

Ужин накрывают на троих.

Я, Хантер и посланник короля, даже и не подозревающей о готовившейся для него участи и о моем благородном спасении его лица и достоинства, а по сему, признательности в его направленном на меня взгляде нет ни грамма. Вот и спасай после этого всех угнетенных от неотвратимости судьбы!

Нам с князем приходится минут десять после того, как стол накрыли, ждать появления Барека Биргира, словно он какая-то знатная леди, потому что подобная задержка вряд ли случайна.

Когда выряженный в камзол с перьями мужчина входит в столовую, мы с Хантером быстро переглядываемся и одинаково опускаем глаза на пояс незваного гостя.

Действительно. Ремень из бирюзовой кожи не для функционала, а для красоты гордо выпячивается своим обладателем.

- Ваши светлости заметили сию вещицу? – горделиво спрашивает очевидное посланец, самодовольно занимая стул по левую от сидящего во главе стола князя руку. Аккурат напротив меня.

Те остатки аппетита, которые у меня сохранились после того, как в комнату вплыл, не иначе, этот клоун-рыба, улетучиваются.

Хантер улыбается:

- Очень красиво. Это то, что сейчас модно в столице?

Я вздрагиваю. Вот это улыбка, конечно, у моего жениха. Век бы не видела, как у него еще лицо не треснуло?!

Но посол воспринимает едкий интерес за комплимент. Что за дурак, и где только его откопал король? Может, избавиться хотел, отправил зимой на север, а тут – неожиданность - инспектор не помер по дороге и даже успешно добрался до пункта назначения. Иного объяснения, чем то, что дуракам везет, у меня этому нет.

- У вас хороший вкус. Кстати, ваша светлость, для вас я тоже привез гостинец из столицы! – радует новостями Барек и продолжает: - Увы, но вашей невесте подарка у меня нет. О ее существовании при дворе не знают.

Хвала всем божествам, которые только есть! Вот уж точно небывалая удача! По моему лицу расползается заметное облегчение.

Хантер хрюкает, сдерживая наружу хохот. Представил меня в этих цветастых перьях? Кому еще тут последним смеяться!

- А что вы привезли князю? Почему бы нам не посмотреть? Его светлости не хватает в вопросах моды опыта и знаний. Я бы хотела взглянуть на то, как будут на моем женихе смотреться столичные одеяния, - вполне искренне улыбаюсь я послу.

Тот ведет бровью, про себя наверняка замечая, что я в его глазах больше не кажусь такой уж пропащей девицей.

Гость наш на легке появился в замке, к счастью, рыцари после подсказки – или лучше сказать требования Биргира - нашли повозку с запряженной в нее лошадью в ближайшем пролеске за воротами замка. Там же и обнаружился выдающийся багаж нашего гостя. Все вещи уже доставили в покои посла, так что никаких трудностей моя просьба не вызовет. Короче, Хантеру так просто не отговориться.

Полно вам, ваша светлость, за счет других смехом себе жизнь продлевать. А про то, что предметы гардероба, изготовленные из останков тварей, воздействуют на человека тесно с ними контактирующего не лучшим образом, я прекрасно помню, не нужно тапками кидаться. Его светлость сам поведал, что для достижения печальных последствий требуется время. То бишь, эффект у всего этого как у крема от морщин – накопительный. От одной примерки княже не пострадает.

Хантер очень красноречиво встречается со мной взглядом.

Ладно, посмеялись и хватит. Давай уже к делу, дорогой мой.

Жених, как будто прочитал мои мысли, прокашливается и вежливо отклоняет энергичное предложение подняться наверх и примерить похожий на надетый на после камзол, привезенный любезным мужчиной ему в качестве гостинца.

Его светлость прищуривается, оглядывая внимательным взглядом столь выделяющееся в гамме приглушенных тонов нейтральных оттенков столовой одеяние своего дальнего родственника:

- Кожа василиска. А перья, если не ошибаюсь, из хвоста гаруды?

- Вы правы! Князь, все же, и до севера доходят веяния столичных салонов? – хлопает восхищенно в ладоши инспектор.

Мой возвратившийся было аппетит пропадает окончательно. Отодвигаю тарелку с недоеденным стейком и пригубляю вино. Воображение рисует почти двухметрового и широкоплечего князя с отпущенными до плеч волосами – типичной прической сурового северного мужчины – входящего в лавку столичной моды.