Монета встанет на ребро - Нергина Светлана - Страница 16

Фонтаны – это место бурной общественной жизни! У фонтанов ругаются насмерть и мирятся навсегда, встречают любовь всей жизни и расстаются навек, женятся и разводятся, приносят кровные клятвы друзья и расплевываются враги, пишут величайшие произведения века и топятся, но чуть позже, когда «век» пресловутые произведения не оценит (потом потомки найдут, прочитают и зальются слезами раскаяния), прощают великие обиды и вынашивают планы жестокой мести, разжигают конфликты кровопролитных войн и заключают мирные договоры, разрабатывают планы государственных переворотов и просто пускают по воде бумажные кораблики!

В книгах фонтаны также занимают центральное место! У фонтанов встречаются главный герой с главной героиней (он ее спасает, или она его топит…), у фонтанов они впервые ссорятся (т. к. она вовсе не тонула, а он хотел еще пожить), у фонтанов же мирятся (иначе дальнейшее повествование зайдет в тупик), у фонтанов нас настигает кульминация произведения (придумайте сами, в меру своей распущенности), и там же, не отходя далеко, секут в капусту главных злодеев (а чего бегать-то?!).

Но, как бы избито это ни звучало, я сидела на бортике фонтана.

Фонтан откровенно не поражал воображения: в центре бассейна с небольшого, в пядь с кувырком[11] высотой, возвышения стекала тоненькая струйка, поблескивающая на солнце. Единственное, чем мог похвастаться фонтан, – это непривычная, никак не меньше косой сажени, глубина (видимо, чтобы топиться было сподручнее) и кристальная чистота воды. Правда, я подозревала, что второе – явление временное и продержится в лучшем случае до окончания праздника.

Рыбок не было, лягушек, впрочем, тоже. На дне темнели, вспыхивая металлическим отсветом на солнце, монетки. Серебро и медь – золота, видимо, горожане жалели. А если…

«Ты что, с ума сошла?!!»

А почему бы и нет? Я же теперь богатая! Ингра как-никак!

«Транжирка ты, а не ингра!»

Ну и ладно!

«Ну зачем тебе это надо?» – горестно всхлипнул разум, осознав, что отговорить от дурацкой затеи меня уже не удастся.

Не знаю! Но если я стану каждый раз задумываться и делать только то, что «надо», то перестану быть ведьмой!

«А так ты будешь глупой ведьмой!»

Умных ведьм не бывает!

«Это камень в мой огород?!!»

Ыгы.

И не дожидаясь, пока он придумает достойный ответ, я бросила в воду радостно сверкнувшую золотом монету. Фонтан благодарно булькнул, монетки чуть слышно звякнули, принимая новенькую в свои ряды.

«Дура ты!» – обиженно решил разум. И ушел. «Навсегда». То есть до следующего самого неподходящего момента.

– Не помешаю? – Я, вздрогнув, резко повернула голову влево и обнаружила вчерашнего мага, непринужденно усевшегося рядом на бортик.

– Ты что, с ума сошел?! Так подкрадываться?!!

Он усмехнулся кончиками губ:

– Что ты, я и не пытался!

Ах вот мы какие?! Отлично, сам напросился!

Я медленно скрестила руки на груди, ехидно улыбнулась и, издеваясь, протянула:

– А что ж ты так рано? Небось все ноги переломал в спешке?

Тот, признавая поражение, развел руками:

– До ног дело не дошло. Тебя не так просто найти.

– С чего бы это? – искренне удивилась я.

– Ты – ведьма, – просто пояснил маг. И значительно добавил: – Причем Настоящая ведьма.

Я напряглась, вглядываясь в спокойные, кристально честные глаза.

– Откуда тебе это известно?

– Давай не будем настаивать на раскрытии маленьких секретов, – улыбнулся он.

Я, прикусив губу, отвернулась. Посидела, отстукивая пальцами на мраморном бортике похоронный марш, и, устав ждать неизвестного, раздраженно спросила:

– У тебя, кажется, был ко мне разговор?

Он, будто уже успел забыть обо мне, сосредоточенно разглядывал небо, исполосованное высокими слоистыми облаками.

– А? Что? Прости, я не расслышал…

– Разговор, – терпеливо повторила я.

– Ах да! Я хотел рассказать тебе все, что тебя интересует относительно шайки Вирда и ее планов.

– Да ну? С чего бы? – непонимающе нахмурилась я. Несмотря на всю самоуверенность, мне слабо верилось, что такие вещи подносятся на блюдечке за красивые глазки. Даже за очень красивые глазки.

– Разве важно с чего? – улыбнулся он. – Давай я расскажу, что сочту важным, а ты потом спросишь о том, что я забуду.

Я пораженно молчала, а маг, не дождавшись ответа, невозмутимо продолжил:

– Шайка Вирда сформировалась пять лет назад. Они называют себя «кулаки» и соперничают с «ножами» – с ними-то как раз и была драка вчера вечером. Впрочем, не так давно, насколько я знаю, «ножи» и «кулаки» хотели объединиться, но что-то там не склеилось. Наверное, главари не сговорились или еще что. За пять лет «кулаки» успели многое: они возвысились над всеми остальными разбойничьими шайками, промышляющими по городу, и теперь им приходится постоянно отстаивать свое право на пальмовую ветвь первенства. С чем пока успешно справляются. Примерно полгода назад они решили выйти на более высокий уровень противозаконных работ, но для этого им понадобился «свой» человек в министерстве. Чтобы покрывать, доносить и защищать при случае. Выбор был невелик: все, кроме министра финансов, готовили себе преемника, и, если бы с ними даже что-то случилось, тот занял бы освободившееся место. Есть подозрение, что именно министр финансов выбран и еще по некоторым причинам, но о непроверенных фактах я лучше умолчу. А теперь можешь спрашивать.

На кой йыр это тебе понадобилось?!

«Только попробуй спросить такую ерунду, когда тебе готовы выдать любую государственную тайну!» – грозно возопил ушедший навсегда пять минут назад глас разума.

И я в кои-то веки его послушалась…

– Каким образом Кидранн оказался в шайке?

Маг расплылся в довольной улыбке:

– Теперь я вижу, чем профессионал отличается от обычной ингры…

Я, с трудом сдерживая триумфальную ухмылку, серьезно напомнила:

– Я жду ответа…

– Да-да, конечно, – тут же отозвался маг и, задумавшись на минутку, продолжил: – Так вот, Кидранн. Примкнул к «кулакам» месяц назад. Просто так, случайно познакомившись с Вирдом. Мотивация… Хм, вопрос сложный. Тут и желание доказать, что он чего-то стоит, и раздражение на опекающего его Ликарта…