Венецианские страсти (СИ) - Ренсинк Татьяна - Страница 22

- Я сообщу, - спокойно ответил Алекс. - И обязательно утром укажу на каждого, как обещал.

Было видно по его виду и взгляду, что не лгал. Что-то заставляло душу сжиматься, а новые вопросы появлялись и звали к скорейшему продолжению расследования. Пётр вернулся с супругой в её гостиничную комнату и молча указал на постель.

Иона видно переживала, но не смела ничего сказать, пока любимый бродил вокруг и перечитывал признания Алекса. Она тихо переоделась в ночное платье, легла под одеяло и взяла с ночного столика рядом горевшую свечу. Только хотела её потушить, как любимый вдруг оглянулся.

- Кстати! - подошёл он и поставил руки на пояс. - Любовь моя? Ты говорила, тебе кто-то помогал?! Тогда ты следила за Алексом на берегу... Да, где-то там... Ты играла в карты с моряками? Ты как там оказалась?!

- Я не сказала? - задрожал голос Ионы, и она закрыла рукой глаза. - Соблазняла всех подряд...

Пётр не успел удивиться, поразиться и что-либо высказать, как Иона расслабленно убрала руку и с умилением засмеялась:

- Господи, Петенька, я шучу!

Отставив свечу обратно и поднявшись с постели, Иона взяла любимого за руки:

- Подразнила! Прости! - улыбалась она.

Он же ещё некоторое время молчал, уставившись с широко раскрытыми глазами в ответ, после чего всплеснул руками и выдохнул:

- Я скоро разучусь верить вообще! Не смей дразнить, когда я столь серьёзные вопросы задаю!... Иона...

Пётр сел вместе с ней на постель, убрал её распущенные волосы на спину и стал ласково смотреть в глаза. Взяв ручку и одаривая каждый пальчик теплом поцелуя, он говорил:

- С тех пор, как ты ворвалась в мою жизнь, я не способен вести дела без тебя. Вообще ни на что не способен без тебя.

- Что ты хочешь сказать? - воодушевлённо смотрела милая.

- Не проводи расследований за моей спиной. Давай вместе, - улыбнулся Пётр с небольшой робостью в ответ.

- Я обещаю, - кивнула она. - Я просто так вжилась в историю Алекса и Кэтрин. Давай поможем им?

- Если он, действительно, не убивал Линдберга, он будет свободен от моих обвинений. Как ещё им помочь?! - удивился Пётр, начав покрывать лицо любимой поцелуями, спускаясь к шейке, плечам...

Медленно опустившись на постель, Пётр продолжал путешествовать руками по телу милой, следом покрывая её всю поцелуями и пробуждая желать большей, чувственной, жаркой близости. Она извивалась под ним и стонала, пока он не поспешил освободить себя от одежды...

- Всё потом, - вымолвила Иона, когда любимый склонился вновь над нею и продолжил доводить поцелуями до безумства. - Люби меня... Скорее... Остальное потом... Боже, Петенька, как я люблю тебя!

- И я люблю тебя, - вымолвил он, захватив её губы в плен горячего и долго поцелуя, а тела скорее слились в одно...

Словно давно не были вместе. Словно жизнь вот-вот оборвётся. Всё перестало существовать. Только отрада любить и быть вместе друг с другом...

Глава 29

Для меня нет выше счастья -

Ты у меня одна, одна.

Для меня нет большего тепла,

Чем когда вместе ты и я.

Жизни без тебя мне не надо, нет.

Света без тебя в этой жизни нет, нет.

Нет тепла, нет радости,

Нет ни звёзд, ни благости,

Нет...

Только знай: если вновь разлука - не беда,

К тебе вернусь всегда.

Только знай: если вдруг несчастье - не беда,

Спасу тебя, сберегу, любя.

Нет небес и солнца без тебя мне нет

Ни там, ни здесь.

Нет дороги, цели без тебя мне нет.

Ты - дар, ты - блага весть.

Жизни без тебя мне не надо, нет.

Света без тебя в этой жизни нет, нет.

Нет тепла, нет радости,

Нет ни звёзд, ни благости,

Нет...

Только знай: если вновь разлука - не беда,

К тебе вернусь всегда.

Только знай: если вдруг несчастье - не беда,

Спасу тебя, сберегу, любя.

Закончив петь под гитару тем утром, Пётр отложил инструмент стоять у постели. Иона сидела ещё под покрывалом, зачарованно слушая выступление любимого для неё... Трепет душ... Ласковые взгляды и понимание, что любовь их с годами лишь крепнет...

Одетый к новому дню, Пётр тем утром дождался, когда любимая проснётся, и сразу нежно спел новую песню.

- Когда же ты сочинить успел? - улыбалась счастливая милая.

- Пока ты по балконам лазала, - засмеялся он и скорее одарил её губы долгим сладким поцелуем. - Я хронически болен тобой.

- Смотри, чтоб лекарства не нашлось, - прищурилась игриво Иона и тоже засмеялась.

- Нет такого лекарства и не будет. От настоящей любви не излечиться, - был уверен Пётр и вздохнул. - Увы, я должен поговорить с Тико. Да и одного его оставлять не хочу.

- Понимаю, - кивнула милая. - Иди к нему, расскажи всё, что узнали.

- А ты быстрее одевайся, - смеялся Пётр, прижимая жарко к себе. - Никуда от себя не пущу.

- Как же вот мечта может сбываться, - сияла радостью Иона.

Любимый вновь одарил поцелуем, после которого покинул комнату, и Иона принялась одеваться, чтобы не заставлять себя ждать. Утреннее солнце уже вовсю сияло на небе, снова согревая, но прохладным ветром предупреждая о скором наступлении ранней осени. Будто и природа не могла дождаться тех событий, которые были суждены, которые приближались стремительным шагом незаметно пролетающего времени.

Скоро Пётр за утренним кофе всё рассказал Тико, а после, позавтракав с ним и Ионой внизу, в кафе гостиницы, вышел на улицу. Алекс уже ждал там, как обещал. Приняв удивлённый вид, Пётр сразу его спросил:

- Вы не завтракали?!

- Почему же? - удивился он. - Мне принесли в комнату. Я не ем на людях.

- Ах, да, Вы скрываетесь, - понимающе, с ноткой сарказма, сказал Пётр и представил друга на французском языке. - Мой товарищ, Тико. Он всё уже знает. Вместе ведём расследование убийства нашего дипломата.

- Доброе утро, - протянул Алекс тому руку, ответив тоже на французском, и Тико тут же отозвался, ответив пожатием руки:

- Доброе.

- И Вам доброе утро, - с поклоном поцеловал протянутую ручку Ионы Алекс, а она вновь смотрела с жалостью и теплом.

- Итак, раз столько добра вокруг, - сложил Пётр руки за спину, кратко оглядывая округу и уже проходящих мимо людей в карнавальных масках. - Вы снова намерены следить за врагом? Имени называть не буду.

- Благодарю, - кивнул Алекс. - Да, намерен. Позвольте, лишь укажу на него, а дальше уж вы своей дорогой, я — своей?

- У нас к Вам есть ещё вопросы, - взглянул исподлобья с неким намёком Тико, и Алекс строго выдал:

- Вы знаете, где нужная комната. Я буду там вечером. А вот там, - указал он взглядом на вышедших из той же гостиницы трёх молодых мужчин.

Те пока были без масок, которые держали ещё в руках, и совершенно не подозревали ни о какой слежке в данную минуту. Занятые весёлой беседой, они уходили.

- Это и есть Филипп со своими главными дружками,... маркизами Сурви. Я их имён не боюсь назвать. Скоро сотру с земли, - с этими словами Алекс оставил собеседников.