Надломленные оковы (СИ) - Петюк Дмитрий "Desmond" - Страница 52

Благодаря её смелому, пусть и немного безрассудному эксперименту, мы оказались обладателями не только солидного количества съестных припасов, среди которых были крупы, вяленное мясо, сушёные овощи и различные приправы, но и хороших походных тентов, свёрнутых в рулон матрацев, спальных мешков, посуды, инструментов и всего того, что может понадобиться в походе. Они даже взяли с собой полноразмерную лопату и двуручную пилу!

Ночные приключения не прошли для одежды Кениры даром, теперь на её рубахе и штанах зияли прорехи, ну а обувь чувствовала себя неважно уже давно. Увы, среди вражеских припасов мы нашли лишь запасное бельё, что было, конечно, очень кстати, но главную проблему не решало.

Я ещё раз посмотрел на распростёртые тела врагов, а потом перевёл взгляд на Кениру. Ещё раз посмотрел на трупы, задержавшись взглядом на Тонком.

— Нет, даже не думай! — воскликнула девушка.

— Я ни о чём не думаю! — возразил я.

— Я не хочу это носить! — не сдавалась она.

— Я тоже не хочу, чтобы ты это носила. Но…

Кенира закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Знаешь, что говорила моя мама? Всё, что сказано перед «но» — лишь пустой свист ветра.

— Она очень умная женщина, — одобрительно кивнул я. — Но и ты сказала «не хочу» вместо «не буду».

Набежавшие на небо тучи скрыли обе луны, и мы оказались бы в полной темноте, если бы не тёплый мерцающий свет факела, сжатого в руке Кениры. Этот короткий жезл должен был давать сильный ровный свет, вот только контроль магии у девушки пока что был слишком плох даже для столь нетребовательного устройства. Поэтому факел вёл себя как… как обычный факел, с настоящим неровным и непостоянным пламенем.

Иногда Кенира совсем плохо удерживала магию, тогда окружающий мир превращался в стробоскоп вспышек, высвечивающий из окружающей темноты странные и порой пугающие вещи. Тела наших противников, лежащих в лужах крови и по центру рисунка из крови и оплавленного камня. Кучи свёртков и вещей, аккуратно сложенных в сторонке для сортировки. Большую, размером с ярд, полусферическую выемку в скальном основании, и лежащую рядом гранитную полусферу, которую Кенира всё-таки извлекла из пространственного контейнера. Труп животного, похожего на огромную крысу, и возвышающееся над ним неподвижное тело Рахара, чья жизнь оказалась оборвана врагами так нелепо и незаметно.

Перед нами стояло множество новых проблем, не имеющих приятных решений. И то, что мы теперь обзавелись кое-какими припасами, а также приличной суммой денег, положение облегчало не сильно.

— Как считаешь, мы в заднице? — озвучила мои мысли Кенира.

— Частично, — не стал скрывать я. — Тот маршрут, по которому я планировал двигаться, теперь не очень подходит. Мы могли бы… Где карта?

Кенира сначала глянула на седельные сумы Рахара, а потом слабо улыбнулась, подошла к трофеям и подняла планшет, сильно напоминающий земной картенмельдеташе времён войны, откинула клапан и сунула мне в руки. Под большой вставкой прозрачного материала располагалась вполне приличная и подробная карта, которая, я вынужден был признать, давала гораздо большее представление о местности, чем даже симуляция в Цитадели.

— Вот смотри, мы находимся здесь, — ткнул я пальцем в условное обозначение ущелья, а потом повёл дальше. — Раньше я собирался пойти сюда, через этот хребет, пересечь эти долины, форсировать ущелье и вот тут выйти к границе. Но теперь у нас возникли определённые затруднения.

Кенира следила за моим пальцем, отмечающим такой хороший и такой же недоступный маршрут, словно я водил по строчкам писания одного из богов.

— Без Рахара мы не проберёмся, — полуутвердительно-полувопросительно сказала она, тут же уловив суть проблемы.

— Верно. Вернее, мы может и сможем пробраться, но это будет очень долго, очень опасно и очень неприятно. И, главное, нас будет гораздо легче выследить. Поэтому я предлагаю взять восточнее, пройти вот тут, пересечь болота, а затем выйти к границе вот тут.

— Подожди, но это же княжество Рахашнар, а они с Соринизом друг другу разве что животики не гладят!

Я скривился. Идиома казалась глупой, но вполне понятной. Я вытащил из планшета карту и развернул полностью.

— Если нам удастся пересечь границу незамеченными…

— Скорее всего удастся: Харакад восьмой — жадный ублюдок и вряд ли тут тратился на пограничные и сигнальные системы. А княжеству, наоборот, контрабанда выгодна. Разве что нужно поискать идиота, который будет заниматься этим в такой глуши.

Я с уважением взглянул на Кениру — она не производила человека, интересующегося политической обстановкой.

— В таком случае мы можем воспользоваться вот этой дорогой, пройти вот тут…

— Крогенгорт? — удивилась она. — Такое название подошло бы столице, а не селу из десятка домов. Но зачем? Не будет ли слишком опасно?

— Смотри. Вряд ли у принца Одари хватило средств и возможностей для розыска в соседних странах, сколь бы лояльно к королевству они бы ни были настроены. Опять-таки, здесь глушь, а значит, новости распространяются медленней. Ну и мы, понятное дело, тебя как-нибудь замаскируем.

— А тебя? Эти ублюдки знали и о тебе тоже!

— И меня. Есть пара интересных идей. Ну так вот, тут мы сможем купить что-то верховое и попытаться хоть частично наверстать упущенное время, причём сделав это с относительными удобствами. Но если ты считаешь, что опасность слишком велика…

Кенира мотнула головой.

— Нет. Ты разбираешься в местной политической обстановке ещё хуже меня, но, возможно, ты прав. Мы даже смогли бы пересечь границу легально, но у меня нет документов.

— У меня тоже, — слабо улыбнулся я. — Но, уверен, мы что-нибудь придумаем. А теперь — спать. Ночью двигаться глупо.

— Я не думаю, что смогу заснуть. Не этой ночью. Не в этой обстановке.

— Об этом не беспокойся, именно нас с тобой проблемы со сном не касаются. Пойдём, вряд ли новые враги появятся этой ночью.

Кенира осмотрелась по сторонам и мотнула головой.

— Осталось ещё одно дело.

— И какое же?

— Одежда.

***

Как я и говорил Кенире, у прихожан богини сновидений не бывает проблем со сном. Несмотря на бурлящий в крови адреналин и на валяющиеся неподалёку трупы, мы заснули в тот момент, как Ирулин распростёрла над нами свои туманные крылья.

Этой ночью я даже не думал продолжать тренировки, планировал позволить благодати нашей госпожи стереть наше моральное опустошение, исцелить ментальные травмы, успокоить и поддержать. Говоря цинично, я рассчитывал на то, что её сила избавит меня от мерзкого липкого ощущения грязи, которой покрылась моя душа после убийства двух человек, вернуть чистоту моим покрытым кровью рукам. Забегая вперёд, отмечу, затея сработала. Как оказалось, поклонение Ирулин прекрасно подошло бы любым мерзавцам и подонкам — сон её приносит душевное исцеление, а призраки убитых проникнуть в её Царство не могут. Особенно такому подонку, которым теперь стал я.

Кенира рефлексиям не предавалась, наоборот, увидев результаты своих усилий, настояла на особо усиленных тренировках, поэтому ночь вышла очень долгой и изматывающей. Проснулись мы на рассвете в компании двух голых мертвецов, лежащих возле устья ущелья, а также неподвижной туши Рахара и его последней добычи. Как оказалось, мародёрством мы занялись очень вовремя: не знаю, когда обычно должно наступать трупное окоченение, но за прошедшую ночь тела стали жёсткими и неподатливыми.

— Мы не можем оставлять их вот так, — сказала Кенира. — Они были врагами, но бросить на растерзание зверью, в этом есть что-то неправильное. И Рахар. Я ненавидела эту упрямую скотину, но он много раз спасал нам жизнь, да и под конец был почти что милым.

Мне было плевать на двоих ублюдков, но Рахар, несмотря на несносный характер, стал мне если не другом, то хотя бы товарищем, эдаким норовистым скакуном, питомцем, который, в отличие моей собаки в другой жизни, вызывал и толику тёплых чувств. Но главная проблема лежала совсем в иной плоскости.