Эффект ласточки (СИ) - Веселова Янина "Янина" - Страница 40

- Ты никогда раньше не говорил мне таких слов, - подняла на мужа сияющие драгоценными бриллиантами слез графиня.

- Дурак потому что, - с улыбкой признал он.

- Вот уж нет... – женская головка легла на широкое мужское плечо. – И все же, что нам делать с Элен?

- Любить, поддерживать, не лезть с назойливым любопытством. Больше, увы, ничего.

- Ты прав, Эсмонд, - со вздохом согласилась Луиза. – Наши девочки так быстро повзрослели...

- Ах, да, – спохватился граф, - я получил известия о Марианне с... супругом.

- Да? И как она? – томная задумчивость слетела с леди.

- Не волнуйся, - притянул ее к себе Эсмонд. - Все хорошо.

***

С подарком Вэлю определились быстро.

- Драгоценные шахматы, - не раздумывая, сказал лорд Арклоу. - Достойный дар герцогу. Польстишь его уму и кошельку.

- Я думала о чем-то личном... - нехотя призналась Елена Павловна. – Но, ты совершенно прав. Наверное, ограничусь шахматами.

- Зачем же? – у графа аж сердце защемило при виде печальной дочери. И так захотелось врубить козлу, посмевшему обидеть его кровиночку между рогов, аж руки зачесались. Но нельзя. Нельзя, мать его Лусию, чтоб ей пусто было интриганке скандийской. - Преподнести личный подарок - замечательная мысль. Что ты думаешь о кольце?

- С геральдическим орлом?

- Почему бы и нет? – пожал плечами граф. – Давай пригласим в замок ювелира.

- Давай, - обрадовалась Елена Павловна. – Только выбирай такого... - она замялась, подбирая слова.

- Какого? - подобрался чуткий родитель, уловив в голосе дочки некоторую неуверенность.

- Неболтливого и открытого ко всему новому, - определилась та. - Видишь ли, у меня появилась одна мыслишка...

- А поделись-ка ей со своим стареньким папкой, – предложил граф.

- Да тебе молодые в подметки не годятся, – горячо возразила почтительная дочь, чем несказанно порадовала тетушек и польстила мужчине.

- Ласточка моя, – умилился лорд Арклоу. - Так что за мыслишка?

Немного обжившись в новом мире, Элена Павловна обратила внимание на то, что камни тут пока что не гранили. Это было тем удивительнее, что все предпосылки к тому уже были. Местные ювелиры прекрасно полировали драгоценные камни, превращая их в таинственно поблескивающие кабошоны, абразивы у них тоже имелиcь, даже шлифовальные круги были в ходу... Не хватало только начитанной Елена Павловны, которая куда только не отправляла своих героинь в бытность писателем. Чего они только не делали. К примеру, развивали ювелирное дело.

Сколько материалов перелопатила дотошная Елена Павловна страшно вспомнить. Даже лично с ювелирами консультировалась. Зато сейчас была в теме. Кроме того, леди Ласточкину очень интересовал янтарь. Особенно в смысле шахмат. Ведь его можно плавить, и это не так уж сложно. Зато перспективы открываются сумасшедшие.

Приглашенный специалист аж завибрировал, услышав революционные мысли ее светлости. Γерцогиня Балеарская раскрыла перед ним широчайшие горизонты.

- Все сделаю, - глядя на нее как на божество, кланялся ювелир. – Благодетельница. Детям и внукам своим завещаю...

- Погодите, сэр Кларенс, - остановил его лопающийся от гордости родитель светлейшей просветительницы. - Прежде чем завещания писать, давайте поработаем.

- Буду счастлив, - истово стукнул во впалую грудь ювелир, горбатый нос которого чуял самый прекрасный в мире запах. Запах больших денег.

И они попробовали. Не мелочась, начали с топазов. Эти бледно-голубые камни в Бригии были очень дешевы. Результат ошеломил. Стеклянистый блеск ограненных топазов привел ювелира и графа Дроммора в экстатическое состояние. А уж как была довольна Елена Павловна, сложно передать.

- И ведь это почти ничего не стоит, – причитал сэр Кларенс при виде сияющих камней.

Пусть их огранка пока была несовершенна, но это был переворот в ювелирном деле. Εлене Павловне этого показалось мало. Переждав первые взрывы радости, она коварно предложила ювелиру... сварить бледно-голубые камни в оливковом масле или запечь в краюхе хлеба (первым способом пользовались древние греки, а вторым уральские мастера).

Окрыленный успехом сэр Кларэнс повиновался, не задавая вопросов. Какова же была его радость, когда едва окрашенные минералы превратились в лазурно-голубых красавцев.

- Это... Это... - не верил своим глазам ювелир. - Это чудо.

- Всевышний благословляет нас, - вторил ему граф Дроммор.

- Топазы сияют как глаза Вэля, – вздыхала о своем, о женском Елена Павловна. - Цвет один в один.

- Ты так считаешь? - лорд Арклоу по-другому взглянул на камни. - Хотя, да. Похоже. А как ты относишься к тому, чтобы подарить его светлости перстень с вареным топазом?

Ювелир, при котором велся разговор, превратился в слух.

- Я, конечно, помню, что ты хотела заказать кольцо с сапфиром. Мы даже нашли подходящий камень, но Элли, подумай, у нас в руках диковина. Такой нет ни у кого. Во всяком случае за Бригию ручаюсь.

- К тому же мы не ограничены в размерах, – тихонько как мышка пискнул мастер.

- А давайте, - махнула рукой Елена Павловна. – Только огранка должна быть особенной.

- Не буду вам мешать, - видя, что уныние покинуло доченьку, обрадовался граф. – Оставляю вас корпеть над тонкостями огранки. Я в этом ничего не понимаю, но вот на результат полюбуюсь с удовольствием.

Впрочем, наедине с посторонним мужчиной лорд Арклоу кровиночку не оставил. При герцогине неотлучно находилаcь камеристка, а сэра Кларенса сопровождали многочисленные подмастерья. В порыве вдохновения, не иначе, Елена Павловна вспомнила схему огранки октагон (один из очень распространенных видов ступенчатой огранки. Известна тем, что камням при обработке придается форма восьмиугольника с усеченными углами).

- Потрясающе, - то и дело повторял мастер, восхищенно глядя на герцогиню. – Я сделаю кольцо, которого еще не видел это мир.

- Верю в вас, – улыбалась ему Елена Павловна, помня, как мужчины падки на похвалу. - А что у нас с янтарем?

- О, - закатил глаза ювелир, - с ним все замечательно, леди Элен. Мы, конечно, перепортили часть образцов, пока не подобрали наилучший температурный режим, но это сущая мелочь по сравнению с будущей прибылью. Кто бы мог подумать, что из никуда негодной янтарной крошки, мелочевки и отходов может получиться столь дивная краcота?! А всего то стоило нагреть янтарный порошок, помещенный в металлический цилиндр, который находится под давлением подвижного поршня. Происходит плавление... Чудо, истинное чудо. Воистину, Всевышний наградил вас незаурядным умом, леди Элен.

- Сэр Кларенс, я всего лишь мечтательница, - торопливо открестилась Εлена Павловна, - Без ваших золотых рук, чутья и таланта ничего не получилось бы.

- Вы ко мне так добры, ваша светлость, - бриллиантом чистейшей воды сиял ювелир.

- Я всего лишь объективна. Лучше скажите, вы захватили с собой образцы плавленого янтаря?

- О, да, – воскликнул тот, подавая знак одному из подмастерьев. Парень торопливо подал патрону шкатулку, в которой дремали два янтарных короля. Молочно-белый увенчанный короной рыцарь бригиец и вишнево-красный даэронский варвар.

- Восхитительно, – Елена Павловна осторожно взяла фигурки в руки и поднесла к глазам. - Какая тонкая работа. Потрясающе. Гениально. Я так рада, что отец обратился именно к вам, сэр Кларенс. Вы... Спасибо...

Все. Занавес. растроганного ювелира можно намазывать на хлеб.

- А какие камни нравятся вам, миледи? - немного собравшись с мыслями, спросил ювелир.

- Опалы и жемчуг.

- Но, как такое может быть? – растерялся мужчина. - Ладно жемчуг. Слезы моря как нельзя лучше подходят вам, но опалы... Они вышли из моды. Лет семьдесят их почти не носят. Говорят, что они приносят несчастье.

- Глупые суеверия, – обиделась за любимый камень Елена Павловна.

- Вы так считаете? - задумался ювелир. – А давайте, я изготовлю для вас ожерелье с опалами и жемчугом?

- Прекрасная идея, сэр Кларенс, - одобрила Елена Павловна. - И не забудьте, пожалуйста, о серьгах и колечке к нему.