Последний принц (СИ) - Лебедева Жанна - Страница 12

— А тебя как зовут?

— Риана, — сходу ляпнула принцесса.

Спохватилась. Вот проклятье! Ей же надо другим, местным, именем называться. Тем, что в книжечке написано — Рина…

— О! Как певицу, — отчего-то обрадовался Паук. — Прикольная кликуха.

Тут начали представляться остальные участники ночных посиделок. Риана постаралась запомнить всех, но это оказалось сложной задачей. Потом снова начались песни под гитару. Кто-то сунул в руки принцессе железную банку с каким-то напитком. Та из любопытства пригубила. Точно не яд — ведь пили все. Напиток оказался на редкость невкусным элем, но в голове слегка помутилось, захотелось петь.

Риана стала подпевать в меру сил и возможностей.

Слов она не знала, но песня была простецкой, и угадать рифму к следующей строке получалось почти всегда. А еще, в отличие от половины ночных певцов, принцесса попадала в ноты. В Хетапле всех детей знати в обязательном порядке обучали музыке. А уж у принцесс были лучшие учителя.

И наставники по музыке ее всегда искренне хвалили, в отличие от наставников по магии.

— Ого! А ты здорово поешь, — отметил ее старания Эльдар. — А на гитаре играть умеешь?

— На гитаре — нет.

Гитары в Хетапле считались инструментом простолюдинов.

— А на чем умеешь? — продолжил расспросы Эльдар.

Риана стала добросовестно перечислять:

— На клавесине, на арфе, на скрипке, на флейте немного…

— Ничего себе! Да ты талант! Училась где? — встрял в разговор Паук. — Вот почему тебя Рианной прозвали, да?

Риана на всякий случай кивнула и ответила уклончиво:

— У учителя… — Она чуть не рассказала про придворного педагога, господина Мазуруса, но в этот раз, вспомнив про осечку с собственным именем, вовремя перевела разговор. — Да… так. Кое-где… А ты?

— Самоучка, — улыбнулся парень. — Вон Банши тоже, как ты, в музыкалку ходила, но бросила вроде…

— Не бросила, — хмуро пояснила Банши. — Закончила. Играла на баяне.

— А чего сейчас не играешь? — искренне удивился Паук.

— Ты меня как вообще с баяном представляешь? — фыркнула на него девушка.

Они перетянули разговор на себя и, наконец, оставили Риану с ее прошлым в покое. Но она все равно чувствовала себя своей в компании. Даже сильнее, чем в родном дворце.

А ночь продолжалась. И разговоры. И песни.

Глава 2. ч.7

Риана спохватилась, когда уже рассвело, и Банши с еще одной девицей засобиралась домой. К площадке уже направлялись две женщины с собаками на поводках.

— Мне тоже пора, — вскочила принцесса со своего места.

Давно пора. Риана нервно прикусила губу, думая о сестрах. Гелена уже там волосы на себе рвет, наверняка думает, что случилась беда…

Как она могла так забыться?

— Я тебя провожу, — предложил, поднимаясь со скамейки, Эльдар.

И они пошли через двор, залитый первым утренним золотом. В кронах растрепанных кленов чирикали воробьи, ворчали сонные голуби и каркала где-то за стоянкой одинокая ворона… И пусть весна здесь была не столь прекрасна, как в Хетапле, она совершенно точно была лучше и приветливее той мертвой, вечной весны, что когда-то встретила Риану в Эльфаноре.

— Дальше сама дойду. — Принцесса остановилась перед шлагбаумом у въезда во двор.

Мысль о том, что кто-то из сестер застукает ее за прогулкой с малознакомым молодым простолюдином, рождала в душе смущение, едкое и одновременно приятное…

— Да понимаю я, — улыбнулся Эльдар. — Дальше и не напрашиваюсь…С ребенком твоим мама твоя сидит? Заждалась тебя уже, наверное.

Риана покраснела. Вот проклятье! Новый знакомый подумал, наверное, что она какая-то недалекая девица, умудрившаяся по глупости нагулять внебрачное дитя до свадьбы… Позор какой!

Отчего-то захотелось немедленно пуститься в оправдания.

— Не мама… Сестра, — тихо сказала Риана.

Она заколебалась: сказать, что ребенок — младший брат, а вовсе не… Или не говорить? Гелена сказала бы, что болтать о государственной тайне первому же встречному-поперечному было глупо.

А не все ли равно, что он подумает? Ведь они могут больше никогда и не увидеться. Ей надо думать о долге, а не распивать эль с песнями среди странных простолюдинов.

— Хорошая у тебя сестра, — похвалил Эльдар. Предложил потом: — Если она еще как-нибудь согласится с твоим мелким посидеть ночку, ты приходи к нам.

У девушки внутри все замерло.

— А вы часто собираетесь? — спросила она, стараясь казаться не слишком заинтересованной.

— Да не особо. У всех ведь дела. Учеба, работа… Но ты все равно приходи. Хоть ненадолго.

— Хорошо.

Принцесса кивнула.

Новый знакомый помахал ей на прощание и направился к своей девятиэтажке, не серой, как прежде, а золотистой в лучах рассвета.

И в тот миг вид на неказистое здание и парня, идущего к нему через безлюдный двор, показался ей прекраснее всех пейзажей Эльфанора вместе взятых.

Поднимаясь на лифте, Риана обмерала от чувства вины. Ведь сестры наверняка уже подумали о самом плохом. Но, может, они спят?..

Надежды отложить неприятный разговор не оправдались.

— Где ты была? — хмуро, но тихо спросила ее Гелена. На руках у нее сонно посапывал маленький Рейнор.

Риана, наклонившись, принялась медленно стаскивать сапожки, это позволяло не натыкаться на взгляд сестры, полный праведного гнева.

— Я тут во все окна гляжу, гляжу, тебя не вижу! Думала, убили тебя эти дикари! Волновалась! Даже за тобой не пойти: Селину будила — не добудилась, на нее младенца не оставишь, не с ним же бежать тебя выручать, — продолжала тихим голосом распекать сестру Гелена

— Не надо меня выручать, — буркнула Риана.

Прошедшая ночь казалась сказочной. Все ее ночные знакомцы, наверное, растаяли с рассветом, словно проказливые ночные духи, унеся с собой странную, но почему-то притягательную музыку и надежды на вольную жизнь, где нет забот и проблем.

— Вот в следующий раз и не буду, — вспылила Гелена, чуть повысив тон и тут же, как сомнамбула, закачалась, услышав первый слабый хнык.

Риана застыла, даже дыхание задержала.

Пронесло! Хныкнув еще раз, младенец дернул ручкой и заснул опять.

Обе сестры выдохнули. От нечаянной радости у Гелены даже пропало желание ругать Риану.

— Ты спать ложись, я пригляжу за ним, — предложила старшая в знак примирения.

— Как я лягу? Я уже два раза пробовала его в кроватку переложить, он сразу ревет громче охотничьего рога. Приходится сидеть с ним на коленях, так он хотя бы спит… — вздохнула Гелена. — Давай сама ложись пока.

Но Риане впервые в этом мире не хотелось упасть и отключиться. Она все еще полна была этим приключением, этими странными, но доброжелательными в общем-то людьми, звуками гитары, вкусом эля из банки, запахом дешевого табака, которым пропиталась куртка, и…

Взглядом “эльфа”, который глядел на нее с веселым восхищением в серо-голубых глазах.

Воспоминания сами собой одолели, когда Риана проваливалась в дрему, путавшую минувшее со сном…

В тот злополучный день горничные разбудили Риану рано утром и начали собирать. Тщательнее обычного, хотя наряды были заблаговременно выбраны, сшиты и подогнаны, а украшения изготовлены лучшими ювелирами специально к такому особому случаю.

Риана до последнего не верила в происходящее. Портреты принца Эльдариона кисти самых именитых мастеров столицы висели во многих знатных домах и во дворце тоже. И художники клялись, что оригинал превосходит портрет своей красотой и изяществом.

Камеристка ахнула и всплеснула руками, кивая на зеркало:

— Вы такая красивая, ваше высочество!

Риана осмелилась поднять глаза. Она до сих пор не привыкла видеть себя со светлыми локонами. Ее темные волосы вытравили пахучим снадобьем, а после долго пытались придать им мягкость и блеск с помощью травяных отваров.

Она была в нежно-голубом платье цвета неба Эльфанора, на шее и в ушах красовались колье и серьги эльфийской работы, прозрачнее капель воды в самом чистом ручье и сверкающие при малейшем пойманном свете.