Я стала сестрой злодея (СИ) - Миллюр Анастасия - Страница 43

Рядом закружился обеспокоенный Шу, не зная, как сделать так, чтобы мне стало лучше. В своей суете, он нечаянно влетел в дерево и, не сумев понять, что произошло, заозирался по сторонам.

Глупыш.

Из меня вырвался смешок, который словно надорвал упаковку чувств, которые бурлили внутри, находясь под прессом. Мои губы задрожали, я всхлипнула и разревелась.

Прощай, образ милой сестренки.

И… Ридрих, надеюсь, ты будешь счастлив. Иначе все это того не стоило. Поэтому пообещай мне, хороший мой, ладно?

И я тоже постараюсь стать счастливой. Обещаю.

***

Два месяца спустя…

— Хозяйка, здесь еще один, — радостно заворковал Шу, замерев над полянкой в паре метров от меня.

Я улыбнулась своему духу и, сорвав последний лист лекарственного олока, положила его в корзину и поднялась, направляясь к малышу.

Говорить нечего, моя жизнь за последние недели изменилась на сто восемьдесят градусов. Сейра Азалия Абенаж осталась в прошлом, как и горничные, и неприличная роскошь, к которой я привыкла за десять лет.

Мы с отцом уехали из столицы в тот же день, когда я примчалась в храм. Нам дали двух гнедых лошадок, Лендрис сменил свою белую робу на обычные непримечательные штаны, рубаху и дорожный плащ. Мне тоже выдали темное, не маркое платье и длинную накидку с капюшоном, отчего у меня сразу создалось впечатление, словно мы какие-то беглецы.

А может так оно и было.

Наш путь лежал в маленькую лесную деревушку Фоксдот на самом краю империи. Здесь мы были так далеки от войны, насколько это возможно, а значит, и от Ридриха.

Слухи до сюда доходили с заметным опозданием. Но у отца был свой неведомый мне способ держать связь с внешним миром. А потому мы были в курсе того, как обстояли дела на фронте. До нас дошло, что Ридрих таки уехал в самое пекло, и это мгновенно переломило ход боя. С небывалой легкостью его отряд один за другим уничтожал вражеские легионы. Война, которая в книге длилась три с половиной месяца уже подходила к концу.

Вскоре мы с отцом должны были отправиться на юг, чтобы помогать раненым. За эти два месяца я неплохо научилась ощущать и накапливать свою божественную энергию, отец даже говорил, что вскоре я смогу призвать более могущественного духа, чем Шу.

Тот на это реагировал без восторга. Оказывается, он был тем еще «мамсиком» и собственником. Поэтому в последние дни Шу активничал, как никогда, словно в попытке доказать мне, что он один стоит сотни каких-то там высокоуровневых духов. А я пока не считала нужным его разубеждать, хоть и знала, что рано или поздно нам придется об этом поговорить.

Жизнь шла своим чередом. За исключением того, что я ужасно скучала по Ридриху. Днем я отвлекалась от своих мыслей, погружаясь в медитации, сбор лекарственных трав для будущих отваров и мазей, а также в неспешные беседы с отцом. Но вот вечером, когда тьма покрывала своим балахоном небо, от истинных переживаний сердца было не скрыться.

Это даже хорошо, что Ридрих полностью остыл ко мне. В противном случае, я бы, наверное, не сдержалась и, не взирая ни на что, сорвалась к нему на войну. Кементина, не Кементина - плевать. Мне просто хотелось быть с ним рядом.

Но это его брошенное на прощание: «От тебя разит светом. Убирайся. И не попадайся мне на глаза», заметно остужало мой пыл. Я повторяла себе, что все в прошлом, и с улыбкой пыталась начинать каждый день.

Особенно часто я вспоминала Эделию, маму Ридриха. У нас были совершенно разные ситуации, но в чем-то мы были похожи. И даже если она могла радоваться незначительным мелочам в своем заключении, то я тем более была на это способна.

По ее подобию я начала писать Ридриху письма. Я знала, что никогда их не отправлю. Мне просто хотелось выплеснуть свои чувства. И кажется, становилось легче.

А недавно я наткнулась в лесу на дикий куст жаканта. Опустим факт, что я тогда разревелась, размазывая сопли по лицу. Но теперь я раз в два дня ходила его поливать и ухаживать за ним, и это тоже помогало.

— Хозяйка, еще вот тут, — радостно воскликнул Шу, найдя еще одну травинку.

Я улыбнулась.

— Что бы я без тебя делала?

— Без кого? — вдруг раздался до дрожи знакомый холодный голос, которого здесь не должно было быть по определению.

Не веря своим ушам и вся с ног до головы покрываясь мурашками, я резко обернулась.

Этого просто не могло быть. Невозможно. Быть может, у меня начались визуальные и слуховые галлюцинации?

На протоптанной местными жителями тропинке стоял… Ридрих.

Ридрих! РИДРИХ!

Выражение его лица хранило привычную печать безразличия, губы были недовольно поджаты, зато в черных глазах горел настоящий огонь, о причине которого мне еще только предстояло узнать.

Что он здесь делал?!

Обращение: «Брат», уже почти сорвалось с моих губ, но я вовремя остановила себя и, поднявшись, склонилась в идеальном реверансе.

— Досточтимый сейр Абенаж, какая неожиданная встреча, — проговорила я.

— Знаешь, что я терпеть не могу, Азалия? — раздался его холодный голос.

Я знала. Не могла не знать.

— Ложь, — ответила я ровно, поднимая на него глаза. — Вы не можете терпеть ложь.

— Тогда как ты посмела мне соврать? — требовательно спросил он, прожигая меня взглядом, и я почувствовала скапливающуюся за его спиной ауру зла.

От его тона у меня по коже побежали мурашки ужаса, а дыхание сперло. Он узнал. Ридрих все же узнал о том, что мы не брат и сестра. И во взгляде его было столько неприкрытой ненависти, что я просто не знала, куда от нее деваться.

Я сжала руки в кулаки, чтобы придать себе мужества, и вздернула подбородок.

— Я просто хотела выжить. Вот и все.

По его губам скользнула кривая улыбка, глаза превратились в две черных льдинки, а затем он за каких-то пару мгновений преодолел разделяющее нас расстояние, оказываясь опасно близко ко мне. Слишком опасно для моего сердца.

Я твердо встретила его взгляд, а Ридрих вдруг обхватил мой затылок рукой и сгреб в кулак мои волосы, причиняя мне боль. Зашипев, я попыталась оттолкнуть его.

Что черт возьми он творил?!

Но он тут же обездвижил мои руки, сжав их у меня за спиной. Его взгляд жадно бродил по моему лицу. Я чувствовала щекочущий нервы страх, но мое дыхание потяжелело совсем не из-за него. В этой гонке определенно лидировало возбуждение, которое пронеслось по венам и наэлектризовало воздух между нами.

— Вы проделали весь этот путь, чтобы наказать меня? — прошептала я, ловя его взгляд.

— Я не разрешал тебе уезжать, — произнес он низким голосом, так что у меня все внизу затрепетало.

— Вы велели не попадаться вам на глаза, — напомнила я ему на всякий случай, если он вдруг забыл. — Так что, я лишь выполнила ваш приказ, сейр Абенаж.

Его рука скользнула с моего запястья к лицу, большой палец задел мои губы, отчего я не смогла удержать прерывистый выдох, и Ридрих наклонился ближе.

— Ты слишком своевольна для той, кто разгневал меня, — сказал он, магнетизируя меня своим взглядом.

К счастью, десятилетняя выдержка - это вам не пустой звук. А потому я с усмешкой произнесла:

— Мне что же, встать перед вам на колени и молить о прощении?

Кадык на его горле дернулся.

— Еще успеешь.

А потом он вдруг резко отстранился и уже совершенно другим, холодным тоном приказал:

— Ты едешь со мной в Иргейс.

— Я? — от удивления я забыла про весь этикет.

В целом, я ожидала, что он скормит меня Малькуту, ну, или просто пристукнет и оставит лежать под деревом, словно все так и было. Сердце в груди екнуло, и тут же получило от меня подзатыльник.

Все помним, что я самолично напоила его из серебряного кубка и забрала все светлые чувства? Помним еще? Вот, и отлично. Не расслабляемся.

— Но что мне там делать?

— Я использую тебя, чтобы завоевать расположение дворян, — бросил он холодно, проходя по мне безразличным взглядом.