Невольница. Книга 1,5. Мы не можем (не) быть вместе - Ривенс Сара - Страница 22

– Это был просто совет. Ты уже большой и сам принимаешь решения, в конце концов.

Усмехнувшись, он едва увернулся от подушки, которую я запустил в него.

– Ты где будешь спать?

Эш пожал плечами, чем вызвал у меня подозрения. Почему он не у себя? Он мгновение смотрел на меня, потом сердито фыркнул:

– Ни о чем не спрашивай. Я пошел.

Он вышел из комнаты, а я с улыбкой покачал головой. Ну и душнила!

Сердце подпрыгнуло, когда телефон завибрировал. Это была она.

22:00. Манхэттен

– Ты почему не ответила?! – набросилась на меня Райли.

– Я испугалась! – крикнула я в ответ, запустив руку в свои свежевымытые волосы.

Она закатила глаза и продолжила готовить ужин. Я стояла у кухонного островка, склонившись над телефоном, который молчал уже несколько минут. Нужно отправить ему сообщение.

Я быстро извинилась перед ним и предупредила, что через несколько минут позвоню. Потом отложила телефон как можно дальше, будто он вот-вот взорвется.

– Так не может продолжаться, Белла! – заявила соседка, раскладывая по тарелкам пасту с сыром.

Я молча ела, пока Райли уговаривала меня позвонить уже и покончить с этим. Иначе я упущу возможность получить ответы на терзающие меня вопросы.

– Не понимаю тебя. Ты хочешь все узнать, но ничего для этого не делаешь!

Я поглощала пасту. Но Райли все-таки взяла меня измором, и я набралась смелости, чтобы позвонить. Взяла телефон в руки.

Райли подавилась пастой, когда увидела, что я включила громкую связь.

– Ты лучшая, – поблагодарила я.

Она в ответ подняла большой палец, подмигнула и разразилась бурными аплодисментами.

Гудки все шли и шли. Я начала терять терпение. Это он, вообще-то, хотел поговорить! Да блин, почему он не отвечает!

Неожиданно он снял трубку, застав меня врасплох. Сердце остановилось, в горле резко пересохло, а желудок сжался в крошечную точку.

– Еще немного – и я бы уже не ответил. Засыпаю.

Его… его голос. Он… он очень изменился…

Сердце колотилось как безумное, руки дрожали. На глаза набежали слезы. Похоже, я не была готова к нашему разговору.

– В целом я не против, если ты так и будешь молчать. Быстрее засну, – прозвучал его сонный голос.

Райли смотрела на телефон раскрыв рот. С моих ресниц прямо на стол упала слеза. За ней вторая, потом третья. Они все капали и капали.

И соседка тут же взяла ситуацию в свои руки:

– Ты слышишь меня? Я тебя – нет.

Она соврала. Мы его прекрасно слышали.

– А, у меня здесь плохая связь, – объяснил он.

И бросил трубку. Я уткнулась лицом в ладони, чтобы успокоиться. И вдруг разрыдалась. Как же тяжело. Его голос… Он очень изменился. Капец…

Стал более хриплым… более мужественным. Однако хуже всего было то, что я его узнала. Знакомые интонации. Живот свело от одной мысли, что он тоже узнает меня, как только я открою рот. Нужно изменить голос.

У меня он немного низковат. Нужно сделать его тоньше и выше, как с самого начала предлагала Райли.

– Так, он отправил тебе сообщение. Дал тебе свой номер и попросил позвонить завтра, потому что сейчас он идет спать.

Я кивнула, не сводя глаз со своей теперь уже пустой тарелки.

Стоп… «Номер телефона»? Это как?

Райли пощелкала пальцами, чтобы привлечь мое внимание. Я подняла свои все еще мокрые глаза.

– Завтра после работы купим сим-карту.

Завтра у нас начинается подработка. Больше никакого сна до полудня и веселья до рассвета. Да здравствует активная жизнь.

– У нас с тобой голоса не похожи, а твой он услышал первым. Поздравляю, чемпионка.

– Скажешь ему, что заболела, – отрезала она сердито.

В целом да. Можно и так.

Мои слезы растрогали Райли, и она обняла меня. В те минуты, когда мне бывало совсем плохо, я прижималась к ней, погружалась в свое горе и выпускала его наружу.

Я не из любительниц погрустить, хотя легко могла расплакаться. Особенно из-за Бена. Или фильмов с грустным концом.

Райли гладила меня по спине и шептала, что все будет хорошо. Я хотела ей верить. Нет, мне нужно было ей верить. Его голос… Бен… он вернулся. Вернулся в мою жизнь.

– Хорошо поработали, девочки! – похвалил нас Калум, хозяин кафе, в котором мы с Райли подрабатывали.

Мы сняли фартуки. Это был наш первый день после отпуска, и мы отпахали с утра до вечера. Мне действительно не хватало человеческого общения. Люди, улыбки, перепалки… Все это помогало отвлечься от назойливых мыслей. О нем.

– Пошли купим новую симку, – сказала Райли, заправляя рубашку в джинсы. – Чего только не сделаешь ради него! Жесть!

И мы продолжили обсуждать вечерний звонок. Попрощались с коллегами, у которых еще не закончилась смена, и направились к ближайшему салону мобильного оператора. Он был в трех минутах ходьбы от кафе. Я вынула из кармана телефон… и увидела три пропущенных от мамы.

Она ждет моего ответа.

Через двадцать минут у меня в телефоне стояла новая симка. Райли хитро улыбалась. По пути домой мы взяли себе напитки и провели сеанс подруготерапии, чтобы сломать мои барьеры с помощью утешительных и мотивирующих слов Райли. Все крутилось вокруг одной темы – Бенджамина Дженкинса.

На лестнице мы встретились с Адой, нашей соседкой снизу. Она возвращалась из супермаркета. Заметив, что она утомилась, мы помогли ей донести покупки.

Мой телефон уже некоторое время вибрировал. Кто-то звонил. Наверняка опять мама. Я не взяла трубку. Подождет, ведь мы уже созванивались в полдень.

– Девочки, у вас есть чем пообедать? – услышала я тихий голос Ады.

– Да, Ада, не беспокойся. Еды у нас хватит на месяц, – ответила Райли, мягко взяв Аду за руку.

Полнейшее вранье. Мы собирались заказать еду.

– Молодцы! – рассмеялась она. – Если проголодаетесь, дорогу вы знаете. Дверь моего дома всегда для вас открыта!

Я улыбнулась. Ада просто ангел. Она такая нежная, такая милая.

Одна из собак лизнула меня прямо в нос, развеселив нашу соседку. В конце концов мы оставили Аду смотреть ее телепередачу и поднялись к себе.

Взяв в руки телефон, я поняла, что связаться со мной пыталась вовсе не мама.

Затем шло второе сообщение, отправленное через две минуты после первого.

Я бросила взгляд на часы. Половина пятого. Значит, разница в пять часов. Теперь я поняла, почему в прошлый раз он собирался спать, хотя на часах было всего лишь десять вечера.

Вдруг раздался звонок – и сердце подпрыгнуло в груди. Мама.

– Привет, мам, – сказала я с поддельной веселостью.

– Почему ты не отвечала на звонки, Изабелла? – строго спросила она.

Я закатила глаза.

– Я была занята, – ответила я, снимая футболку.

– Это не причина, – продолжила она тем же тоном. – Я думала, что-то случилось!

Переодевшись, я зашла в ванную и собрала волосы. Телефон я прижимала к уху плечом, и шея разболелась.

– Нет, просто я была занята. У меня, знаешь ли, тоже есть дела, – насмешливо ответила я.

– В следующий раз, юная леди, просто ответь мне или отправь сообщение, – сказала она. – Ты подумала о поездке?

Я досадливо вздохнула. Мама все еще настаивала, чтобы я провела эти чертовы каникулы на Бали.

– Я все обдумала и решила вернуться в Лос-Анджелес, – объявила я, поморщившись. – Но не для поездки с вами. Хочу с бабулей увидеться…