Невольница. Книга 1 - Ривенс Сара - Страница 8

Я поймала себя на том, что разглядываю хозяина. Это от скуки, объяснила я себе. Его предплечье было сплошь покрыто татуировками. Все я не рассмотрела, слишком уж много их было, но различила розу, опутанную шипами, плачущий глаз и разбитый компас у локтя. А еще вдоль всей руки ползла змея, но из-под рукава белого свитера торчал только хвост.

– Может, хватит на меня пялиться? – холодно отчеканил он.

Я вздрогнула и быстро отвела взгляд, покраснев от стыда. Он раздраженно фыркнул и взялся за вибрирующий телефон. Разговор длился недолго.

Отключившись, хозяин повернулся ко мне с нахмуренными бровями и закаменевшим лицом.

– Завтра тебе предстоит поработать, – заявил он.

Я заледенела. «Поработать»? Неужели снова начнется та же пытка? Я не готова снова пережить все, что вытерпела у Джона. Закрыв глаза, я постаралась успокоить дыхание, чтобы остановить панику. И судорожно кивнула.

– Пойдешь с Сабриной. Вы проникнете на благотворительный вечер, который состоится завтра в доме Джеймса Вуда. Ты отвлечешь его, пока Сабрина займется своей частью плана.

У меня чуть челюсть не отвалилась. Потом я вспомнила объяснения Киары насчет невольниц. Я больше не должна отдавать за деньги свое тело мерзким мужикам.

Я уже готова была броситься ему на шею, но тут озадачилась вопросом:

– Что значит «отвлечь»?

Ответ заранее пугал меня.

– А это уже твоя работа, невольница. Поработай головой, уж не знаю, сама разберись. Единственное, что требуется, – чтобы у Сабрины хватило времени выполнить свое задание.

Я молча кивнула, хотя не понимала, в чем заключается задание Сабрины. Что она должна будет сделать? И справлюсь ли я? Я не такая уж интересная, сложно будет целый вечер удерживать кого-то при себе.

– Никто не знает, что ты новая невольница нашей сети, так что тебе не придется сильно менять внешность. Киара принесет тебе подходящее платье.

У тебя язык не поворачивается назвать меня «своей» невольницей, психопат чертов?

– Хорошо.

Я повернулась к нему. Наши взгляды встретились, и мы одновременно отвели глаза.

– Я… я могу задать вопрос?

– Нет, – сказал он, доставая сигарету, и небрежно бросил пачку на журнальный столик.

– Почему ты не хочешь повесить шторы? – все-таки спросила я.

Он не ответил, продолжая тыкать в телефон и поглядывать на гигантский экран. Я со вздохом поднялась и отправилась к себе.

Лежа на кровати, я смотрела в потолок, и мысли не давали покоя. Этот человек вел себя со мной жестоко, злобно, пренебрежительно. Как они с Киарой могут быть друзьями? Киара такая милая, а вот он… Сраный психопат, садист, самодур, истерик и эгоцентрик в одном флаконе.

– Встань! – приказал хриплый голос, и я в сотый раз за день привскочила. Вспомнишь черта – он и появится. Я даже не заметила, как этот тип вошел. Он нажал на выключатель, и я зажмурилась от яркого света. В руках он держал аптечку.

Он подтащил меня к себе, и я недоумевающе посмотрела на него. Сев на край кровати, он снял с моей ладони повязку. Рефлекторно я отдернула руку, но он удержал ее и посмотрел на меня тяжелым взглядом.

– Кончай дергаться.

Психопат развернул бинт, и я поморщилась, еле сдерживая стон, – так крепко он меня держал. Его кривая усмешка была чисто садистской, он прекрасно знал, что причиняет мне боль. И делал это намеренно.

Он медленно провел большим пальцем по ожогу. Этот жест мог бы показаться нежным, но только не в его исполнении. Потом внезапно надавил на ладонь. Я скорчилась от боли.

Продолжая разглядывать меня с дьявольской улыбочкой, он положил немного обезболивающего бальзама на кожу. Размазал снадобье и позволил ему впитаться, а затем снова забинтовал ладонь.

– Повязка слишком тугая, – сообщила я, глядя, как он выходит из комнаты.

– Сама ослабь, я тебе не медбрат.

– Ничего бы этого не было, если бы не твоя блестящая идея меня обжечь.

Замечание оказалось явно лишним.

Он повернул голову и уронил аптечку на пол, затем опасно приблизился ко мне, готовый накинуться.

– А ну, повтори, – прорычал он мне в лицо.

Его мощный корпус и каменное лицо пугали меня, но выдать страх было нельзя.

Я должна бороться.

– Я сказала, ничего бы не было, если бы не твоя блестящая идея меня обжечь, – прошептала я, выдерживая его убийственный взгляд.

Я не желала совершить ту же ошибку, что с Джоном, – позволить относиться к себе как к дерьму. Я не желала сдаваться, несмотря на его угрожающий вид.

Он сжал мою челюсть, не спуская с меня глаз, и свирепо скрипнул зубами. И я почти пожалела о своем приступе мужества.

Интересно, как далеко он может зайти, чтобы принудить меня к покорности.

– Если бы не это проклятое завтрашнее задание, я бы расквасил твою паскудную морду, невольница.

Психопат схватил меня за волосы и откинул мою голову. Затем снова стиснул мне челюсть – так сильно, что она чуть не хрустнула.

– Не вздумай упрекать меня, невольница, – яростно прошипел он. – Ты просто ничтожество, ты не смеешь.

Он убрал руку с моего лица, снова надавил на ожог, и я застонала от боли. И наконец со злобным видом он меня отпустил. Выходя из комнаты, он так хлопнул дверью, что та чуть не слетела с петель. Я приложила ладонь к челюсти, судорожно ловя воздух ртом. Неслыханная, бессмысленная жестокость.

Нужно это прекратить. Я утерла слезы и в последний раз шмыгнула носом. Я не должна потакать его капризам.

У меня было два варианта: сопротивляться с риском, что мне разобьют морду, или же заткнуться – и мне все равно разобьют морду.

В обоих случаях он причинит мне боль. Тогда уж лучше противостоять ему.

Глава пятая. Злой (злая)

«Я не понимала, где нахожусь. Было холодно. Все во мне кричало, чтобы я бежала как можно дальше, но я не могла шевельнуться. Издалека доносился смех, этот же смех раздавался у меня в голове, не умолкая.

Я снова попала в ловушку.

Почувствовала, как меня кто-то трогает, хватает за руку и тянет к пропасти за спиной. Я отбивалась и кричала изо всех сил:

– Убирайтесь! Уходите! Умоляю, оставьте меня! Отпустите!

Но ни единого звука не срывалось с моих губ. Рук становилось все больше, меня держали все грубее. И душили. Мне не хватало воздуха. Я запаниковала. Вокруг слышался только их смех, кожа чувствовала только их прикосновения.

– Оставьте меня… – рыдала я в надежде, что они услышат.

– Сделай это для меня, дорогая, – шептал голос тети, эхом отзываясь в голове.

– Тебе понравится то, что я сделаю, маленькая дрянь, – прошептал другой голос мне в ухо.

Я отбивалась, сердце бешено колотилось. Чья-то рука ухватила меня за волосы и с силой потащила. У меня вырвался крик боли. Я больше не могла дышать, и меня охватила усталость. Я перестала бороться и защищаться.

Я задыхалась. Меня душили».

Внезапно я проснулась. Что-то сдавило шею, перекрыв дыхание. Первым, что я увидела, было лицо хозяина – он придвинулся вплотную ко мне. Полуприкрыв глаза, он ослабил хватку и заорал:

– Да заткнешься ты уже наконец?

– Я… я… я… – забормотала я, стараясь отдышаться.

Он раздраженно фыркнул и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я коснулась шеи.

Он задушит меня. Этот психопат чуть меня не задушил сейчас.

Все еще потрясенная, я встала и тихо вышла из спальни, стараясь не производить ни малейшего шума, который мог бы вычеркнуть меня из списка жителей планеты. Оказавшись в ванной, я подошла к раковине. Плеснула в лицо воды, чтобы прояснить мысли.

Потом осмотрела шею. Следы от пальцев уже проступили. Я поморщилась, глядя на свое отражение. Обожженная рука, а теперь еще и следы удушения.

Я его ненавижу.

Почувствовав, как снова наваливается усталость, я на цыпочках вернулась в спальню. Неслышно закрыла дверь и завернулась в белые простыни.