Записки из бронзового века (СИ) - Отсюдов Мефодий - Страница 51

Нет такого литературного слова? А и пофиг, это я только что придумал. Мне можно, я прогрессор. И плевать, что самопровозглашённый. Это вы ещё о титулах знаменитостей из двадцать первого века не задумывались.

А я так – балуюсь.

Примерно такими мыслями и прочим словоблудием я себя и развлекал третий день к ряду. А чего ещё делать, если мы ломили в гости к лесному племени, устанавливая мировые рекорды.

Бежали не быстро и не медленно. На перекур останавливались только в полдень и только у какого-нибудь ручья. Правильно это было или нет, но сразу же после остановки ледяную воду я и сам не пил, и пацанам не разрешал. Хотя они и бухтели, что тысячу раз так делали, и ничего. Да только ну их нафиг.

Я тут главный и что и как – мне лучше знать!

У аборигенов то причинно-следственная связь какая? Подхватят хворь – списывают на духов. А то, что сам дебил и разгорячённый аки скакун воды ледяной наглотался – это фигня.

Так можно.

Фишку, с запретом на водопой из ручья после длительного забега, я, кстати, в одной книжке давным-давно прочитал, но там, правда, так с лошадьми поступали. Но я так прикинул, что тутошние люди не сильно от них ушли. Да и от арабских скакунов, с такими темпами бега, мы не сильно-то и отличались.

Только что седоков на нас нет и опаснее мы в разы. Ведь нам сам Горшок помогает. Это наш новый дух-покровитель, если вы ещё не поняли.

– Привал окончен, подъём! – завопил я, подрываясь после очередной передышки. – Нам ещё чесать и чесать. Вождь утверждает, что неделю до соседей добирается, а нам за пять дней справиться нужно! Мы же кто?

– Банда! – хором ответили мне пацаны.

– Валим-валим, – подзадорил я бойцов, задавая нужный темп. – Ать-два, ать-два, – вдохновлённо вопил я, хотя этот марафон мне уже осточертел до чёртиков и хотелось просто поваляться на куче мягкой листвы.

Она уже, кстати, опадать начала. Осень наступила. А вот месяц определить – не получалось. Календарь отсутствовал, а изобретать его мне было лень.

Да и зачем?

Про понедельники я уже и позабыл. Тут каждый день – то праздник, то субботник.

Размеренный бег снова погрузил меня в некое подобие транса. Мир опять перестал существовать и я с головой ушёл в воспоминания.

Как я рассказывал ранее, презентация усовершенствованной землянки произвела настоящий фурор. А последующий корпоратив вообще поверг местное население в шок.

Пока шаман изгалялся, развлекал народ, я свалил в землянку, достал из нычки глиняную табличку со своим художеством и подкрался к проходу и застыл. Причём, постарался встать так, чтобы виден был только мой силуэт: стоял на самой границе света и тьмы.

– Внимание, внимание! – во всю мощь своей глотки, заорал я, когда шаман в очередной раз застыл с воздетыми к небу руками. – Третьего дня было мне видение! Для особо одарённых поясняю, с духами общался. Большой совет мы держали. И были на том совете все, кто нам лоялен, – сыпал я непонятными местному населению словами, решив, что авось за умного проканаю. – И спросил я, знают ли участники совета о том, что наш великий вождь придумал? Знают ли они о том, что я согласился помочь ему воплотить его гениальную идею и возглавить непобедимый отряд разведчиков?

Наш главнюк, услышав, как я быстро переобулся и по старой журналистской привычке вложил в его уста то, о чём он даже и не помышлял, от важности раздулся, как мыльный пузырь.

И даже возмущаться не стал.

А я меж тем продолжал вешать народу лапшу на уши.

– И ответил мне самый главный дух: «Конечно знаем». А кто согласится стать покровителем нашей банды? – продолжал вещать я, начав растягивать слова и все ещё стоя в проходе. Зрители в восторге замерли и внимали каждому моему слову. Кажется, они даже дышать перестали! Вон как прониклись моими фейковыми откровениями. – И тут стали духи наперебой предлагать свои кандидатуры. Чуть до драки не дошло. Но тут вышел из тьмы самый мудрый, самый яркий и талантливый, самый звёздный дух! И имя его Горшок! – вопил я, выходя на поляну.

Я шут его знает, как так получилось, но в тот момент, как я сделал очередной шаг в сторону костра, держа перед собой на вытянутых руках своё художество, и, то ли в костёр что-то упало, то ли кто-то брёвнышко нечаянно пнул…

Столб искр взметнулся к ночному небу, а над поляной повисла абсолютная тишина. Я даже своё сердцебиение отчётливо услышал.

– Вот он, покровитель нашего отряда! – проорал я, подходя к костру.

Такими испуганными местных я ещё не видел. Разглядели они мою пародию на рисунок и мордами вниз попадали.

Даже шамана с главнюком проняло.

– Горш, Горшк, – пронёсся над поляной робкий шёпот, когда народ слегка попустило.

– И какова жертва? – перебил толпу скрипучий голос шамана.

– В смысле? – затупил я.

– Ну, по сколько девственниц и на какие праздники ему в жертву приносить? А то мы про этого духа впервые слышим, – сощурил свои ясны очи толмач. – Или ты об этом не спросил? А может сознательно умолчал? Погубить нас задумал? – начал заводиться шаман.

– Дык, это, – опешил я. – Спросил, конечно. Горшок сказал, наших баб, даже не тронутых, ему и задаром не надо. Ему врагов подавай. Он сказал, пусть разведчики добудут себе оружие, которое если в огне подержать, красным становится, нанесите на него специальный знак и тогда душа врага, поражённого этим оружием, будет попадёт прямиком к нему, – ляпнул я первое, что пришло мне на ум.

– Прям так и сказал? – офигел от такого поворота событий шаман. – А если врагов не будет, что тогда? – продолжил допрос толмач.

Ну, вылитый профессор аксиологии и праксиологии, который меня в студенчестве на экзамене завалил. Я тогда эту мутотень с третьей попытки и то, только после небольшого взноса в фонд кафедры сдал. А чего это за науки такие, честно – не помню. Я тогда с учением Бахуса знакомился.

Углубленно и с полным погружением.

– Ну если внешних врагов не будет, будем внутренних искоренять, – подмигнул я змеюкам. – Ви же не будете отрицать того факта, чито недруги, жаждущие захватить власть, есть в любом племени? А? И тут только массовые расстрелы помогут нам избавиться от скверны, – спародировал я одну из популярнейших исторических личностей первой половины двадцатого века.

Товарища Сталина, если кто не понял.

И хотя аборигены о таком товарище даже и не слышали и что такое расстрел не подозревали, личности, в чей огород я запустил этим камнем, прекрасно меня поняли. Это у них на мордах написано было, а то тупыми прикидывались.

А дальше ничего интересного не было. Народ постепенно отошёл от шока, я сыграл их любимую песню, потом провёл для всех желающих экскурсию по своей землянке и обломил мужиков, изъявивших желание примкнуть к моему отряду.

– Местов нет, хата не резиновая. С этого дня для зачисления в отряд нужна медкомиссия, заключение психолога и венеролога, разрешение на ношение оружия и справка от участкового, – озвучил я новую вводную. – Что это такое и где это всё взять – сами думайте. Разведчик должен быть изобретательным! Вот и изобретайте, а я отдыхать пошёл.

Но на этом новшевства не закончились.

На следующий день я с утра пораньше припёрся к вождю и начал требовать выдать нам скорняка.

Временным рабочим.

– Шкуры мы сами добудем! А пока мы охотимся, пусть твои мастера пошьют нам то, что я скажу. Как – объясню и покажу, – агитировал я вождя. – Дух покровитель сказал, что его подопечные должны отличаться от других людей. А значит и одежда у них, в смысле, у нас, должна быть особой. Так что… Против воли духа переть будем?

И главнюк повёлся. Даже шкуры добывать не пришлось.

Продразвёрстка к шаману пришла и всё сразу нашлось.

Так что, трёх дней не прошло, и появились у нас мокасины, пародия трусов, больше на шотландские килты похожие и меховые нарукавники.

Приятные воспоминания реально время помогли скоротать. Когда я вспомнил, чем завершился тот день, солнце уже почти наполовину скрылось за леском, показавшимся на горизонте. А значит и большая река неподалёку. А там брод, племя лесных жителей…