40k способов подохнуть. Том 1 (СИ) - "Hydra Dominatus" - Страница 34

— Этот меч даже лучше того, что я подсунул одному из примархов…

— Нет.

— С посохом ты получишь возможность изменить галактику, спасти другие миры, которых ждёт участь куда более ужасная, чем та что постигла Дрейкернор.

— Нет!

— А с ней…

— НЕТ!!! — в невероятном бешенстве заорал я, буквально вырывая что-то из себя. — ВСЕ ТВОИ ДАРЫ — ОТРАВЛЕНЫ!!! МЕЧ ЗАБЕРЁТ МОЮ ДУШУ И СДЕЛАЕТ БЕЗВОЛЬНЫМ РАБОМ, ЕСЛИ МНЕ НЕ ВСКРОЮТ ГЛОТКУ ПОКА Я СПЛЮ!!! ПОСОХ СОЗДАН ТОБОЙ, НО НЕ ДУМАЙ, ЧТО ТОЛЬКО ТЫ ЗНАЕШЬ, НА ЧТО Я ОБРЕКУ ГАЛАКТИКУ С ТАКОЙ ВЛАСТЬЮ!!! А СЧАСТЬЕ ТЫ БУДЕШЬ ВОЛЕН ЗАБРАТЬ СТОЛЬ ЖЕ ЛЕГКО, ЧТО СДЕЛАЕТ МЕНЯ НАВЕЧНО ТВОИМ РАБОМ!!! ЛУЧШЕ Я ОСТАНУСЬ НИ С ЧЕМ, ЧЕМ ВОЗЬМУ ЧТО-ТО ИЗ ЭТОГО!!!

И тут же я сорвался в бег, чтобы уйти как можно дальше от соблазна. Я понимал, что в любой момент могу сорваться и тогда проиграю. Поэтому я снова бежал, ведь ничего другого фактически и не умел. По факту что я делал всё время на Дрейкерноре? Бежал, отступал, прятался… чёрт, от этих мыслей ещё сильнее захотелось взять хоть меч, хоть посох. Однако это была ошибка, явная и до боли глупая провокация Тзинча, который хохотал мне вслед.

Голову я опустил, глаза закрыл и просто бежал прямо. Однако лабиринт сам подстраивался под меня, ведь Тзинч решил меня выпустить. При чём преодолел я его довольно быстро, а может прошла и целая вечность. В варпе время воспринималось совсем иначе, хоть и текло всегда в однонаправленном потоке, ни конца ни начала которого никто не видел.

Однако вся планета состояла из стекла. Разного и порой до боли жуткого, в отражениях которого можно было увидеть всё что угодно. Демоны меня тоже не трогали, с любопытством наблюдая за одной из игрушек своего хозяина. Постепенно начали появляться деревья, животные, все как один они олицетворяли постоянные перемены и вбирали в себя множество красок и кривых линий.

И в какой-то момент я всё же остановился и огляделся. Мир вокруг стал чуточку более простым и понятным, соблазна вокруг не было и хоть под ногами моими всё равно оставалась стекло, я уселся около хрустального дерева и начал переваривать произошедшее. Мне требовалось время, чтобы успокоиться. Однако после этой пробежки мне стало куда лучше, да и какая-то гордость появилась, что я хоть здесь не облажался и не позволил себя обмануть этим проклятыми дарами.

— Этот меч Он украл у Кхорна, — раздалось быстрое щебетание птицы, которое было мне на удивление понятно. — Посох сделал сам. А эльдарку искусственно создала Слаанеш и передала Тзинчу, чтобы тоже посмотреть на твою реакцию.

— Что? — начав искать источник звука спросил я.

— А четвёртый дар? Четвёртый дар ты так или иначе уже выбрал. Правда Тзинч сделает всё, чтобы Нургл об этом не узнал.

И задрав голову я увидел маленькую птичку с радужными перьями из льда. С неё постоянно падали снежинки с разными узорами, а сама она слегка переливалась, как и все демоны Тзинча. Прощебетав ещё раз, она спрыгнула с ветви и уселась у меня на колене.

— Я всё знаю. Всё-всё. А чего сейчас не знаю, то обязательно узнаю, — говорила птичка. — Почему ты грустный? Он тебя расстроил? А почему у тебя нет перьев? Ты демон или человек? Хочешь знать куда ты переродишься в следующий раз? Хочешь знать как меня зовут?

— Да, — я ответил только на последний вопрос, но кажется птичку это не волновало.

— Я тоже, — ответила птичка, глядя на меня своими не моргающими глазами. — Но зато я знаю, как тебе помочь. Рассказать? Рассказать? Рассказать?

Глава 20

— Лабиринт нас пропускает, лабиринт нас пропускает, лабиринт нас пропускает, потому что мы лажаем, — напевала птичка, сидя на моей голове.

— В чём лажаем?

— Я не знаю, я не знаю.

Птичка была очень странной для демона. Она не пыталась меня сожрать, подчинить или сделать чего ещё похуже. Она просто задавала очень много вопросов и иногда делилась ответами на мои вопросы. Или просто на вопросы, которые ей никто не задавал. Кроме того постоянно менялся и поток её мыслей, что накладывало некоторые ограничения на общения с ней. Как и знала птичка далеко не всё.

— А откуда ты про дары Тзинча узнала?

— Подглядела-подглядела!

— Или тебе позволили подглядеть.

Или она вообще могла быть послана Тзинчем с какой-то непонятной мне целью. Так или иначе уже вместе с ней я вернулся в центр лабиринта, в очередной раз прогулявшись по самому запутанному месту в галактике с лёгкостью парковой прогулки. Могло быть всё или могло не быть ничего, всё зависело лишь от воли самого Тзинча, являющегося отправной точкой всех координат в этом мире.

— Уже вернулся? И не один? — искреннее или скорее не очень удивился Тзинч, вновь явив свой облик из потока варпа.

— Не один, не один, — задорно вторила птичка, чем привлекла внимание половины лиц.

— Так значит ты готов сделать выбор?

— Готов! Готов! Думаешь ты самый хитрый⁈ — повторила птичка и спорхнула с моей головы, бросая на между мной и Тзинчем скомканный лист.

А затем я молча бросил на него игральный кости, сделанные из хрусталя.

— И что это? — усмехнулась главная голова Тзинча.

— Он озвучил свои желания, а я записала те, в которых буквы совпадали с моим мнением, — прощебетала птичка, принявшись летать вокруг меня.

— А как тебя зовут? — улыбка Тзинча начала превращаться в оскал.

— Не знаю, — беззаботно ответила птичка, продолжая летать.

— И какой список там я тоже не знаю, как и предсказать то, какие цифры выпали на костях мне тоже не под силу. Значит выбор случаен и непредсказуем, — добавил я, оскаливаясь в ответ.

— Ха-ха-ха, — тихо засмеялся Тзинч, заставляя весь хрусталь его мира трястись. — Случайности не случайны, а непредсказуемость обусловлена исключительно скудностью знаний. Неужто я дал тебе повод называть себя скудоумным?

И бросив взгляд на кости я увидел как вместо точек там появились картинки, а затем и вовсе кости растворились, став пылью. После они собрались снова и раз за разом стали падать с одинаковой силой, скоростью, траекторией и длительностью падения. И каждый раз выпадали разные числа, те которые желал видеть сам Тзинч.

— Я бог и мне подвластно всё, — прогрохотал Тзинч. — Благодаря мне рождается каждый из этих демонов, являя собой одно из моих лиц. И мысли этой птички, как и твои мысли открыты передо мной.

— Выпало тринадцать, я запомнил, — повторил я, стараясь не показывать страха.

— Сколько?

— Шестнадцать.

— А?

— Семь.

— Да, десять?

— Верно, — отвечал я раз за разом, сам не замечая как мои ответы меняются.

— А я всё помню, тринадцать-тринадцать! — запела птичка.

— Да, тринадцать, — тут же опомнился и я, после чего подобрал листок и развернул его, всё также не смотря в содержимое. — Тринадцатый пункт. Исполняй. Я сделал выбор.

— Ты же ничего не понял, да? — снова усмехнулся Тзинч, будто бы контролировал всю ситуацию и каждую нашу реплику, а может и не будто бы, а взаправду. — Впрочем, неважно. Выбор сделан, награда будет получена.

И в тоже мгновения моя душа начала растворяться готовясь к новому перемещению. А Тзинч щёлкнул пальцами и тут же сковал птичку хрусталём.

— Ой-ой, — тихо прощебетала птичка, оказавшись в клетке.

— Эй, постой! — воскликнул я, роняя ставший пылью листок.

— Неплохая попытка, но прежде чем играть в такие игры, выучи правила, — произнёс Тзинч и всей своей волей отправил меня в поток варпа. — Первое правило — я всегда выигрываю.

* * *

— Вставай, мальчик! Мы ещё не закончили! — раздался басистый и грубый голос, который по силе мог принадлежать какому-нибудь воеводе, способному перекричать все звуки на поле боя и поднять в атаку целый полк.

— Господин Галахад, прошу одумайтесь! Хватит! — тут же раздался полный страха женский крик.

— Прочь, девка!

Моя голова же кружилась и мне едва удалось понять, что происходит в принципе. Вдохнуть не получалось, но благо я быстро осознал, что лежу лицом в грязи. Собрав все силы, я едва смог перевернуться на спину и вздохнуть. Судя по крови на лице и боли в виске, этот владелец тела откинулся от черепно-мозговой травмы или чего-то вроде того. Так или иначе боль всё ещё была слишком сильной, кроме того стресс после перемещения давал о себе знать. Надо было передохнуть.