Пожарский 2 (СИ) - Войлошников Владимир - Страница 23

Львов обещались доставить, но других животных мастер делать испугался. Даже львов с крыльями. А не изволите ли львов обыкновенных? Все размеры, любой камень…

Пришлось в другую ехать. Там сговорились на грифонов и симуранов, сроки, правда, растягивались на несколько месяцев…

«А я знаю, где можно совершенно бесплатно статуй набрать», — ненавязчиво пробормотал Кузя. Не у меня одного, видать, картинка с заброшенными городами в памяти всплыла.

«Это всё здорово, — согласился я, — но нам мало туда проскочить и даже назад вернуться. Надо же ещё каменюки перетащить. А маны в обрез, я телекинез не потяну. Кто таскать будет?»

«Н-ну-у, я мог бы. Только неудобно одному… О! А давай Горуша возьмём? Заодно домашним его покажем, и если вдруг война, они элементаля, защищающего дом, уже не так бояться будут».

А что, идея.

— Завтра, — пообещал я. — завтра вечером займёмся.

Надо тетрадку, что ли, какую завести, а то иногда столько дел, мелких и крупных, что голова от этого кругом идёт.

Вернувшись домой, я обнаружил на столе в кабинете перевязанную ленточкой бархатную коробочку.

— Посыльный с Гостиных рядов принёс, ваша светлость, — отчиталась горничная.

В коробочке оказались те самые серёжки — небольшие, в лёгкой ажурной оправе. Вызвал Стешку с дедом и торжественно вручил ей. Без повода, просто потому что могу.

ТУМАН АЛЬБИОНА

Виктория Фёрниволл, Эдвард Хангерфорд и некая неизвестная дама

— Это отвратительная страна! Люди здесь тупые и необразованные! И это задание — худшее из всех, что мне могли бы достаться! Всё идёт не так!

— Спокойно, милочка, — тяжёлая портьера качнулась, дама вошла в комнату и с достоинством уселась в кресле у камина. — Ни один план никогда не выдерживает столкновений с реальностью.

Виктория усилием воли перестала дёргаться и села в кресло напротив, выпрямившись, как палка:

— Но вам не кажется, что слишком много неудач?

— Вовсе нет! Эдвард, дорогой, налей мне бокал красного, — Виктория поражённо замерла, но Эдвард совершенно спокойно выполнил просьбу. — Спасибо, дружок! — она сделала долгий глоток. — Мне не кажется. Царь Фёдор сам подписал себе приговор. У него оставался шанс, — дама усмехнулась, — задержаться на троне, и он его упустил. Значит, будем работать с царевичем.

12. ВОСКРЕСНЫЕ ПОХОЖДЕНИЯ

ЛУЧШЕ ГОР МОГУТ БЫТЬ ТОЛЬКО…

Момоко явилась минута в минуту, выряженная в такие крошечные лоскутки, что все встречные мужчины, должно быть, испытывали определённые сложности в ходьбе при её виде.

Голове хотелось побрюзжать, мол: «Эх, девчонки… Никакой интриги! В моё-то время — идёт пава, юбка в пол, глядишь и думаешь: завалить бы тебя на перину да подолы твои задрать… А это что? Дальше — только голой». Но молодое тело плевать хотело на голову, и если бы Момоко заявилась нагишом, только сильнее бы обрадовалось. «И посмотреть есть на что, и подержаться», — поддержал голову Кузя.

Она, конечно, усекла мою реакцию, довольно расплылась, приняла одинокую тёмно-красную розу и подставила щёку для поцелуя:

— Куда пойдём?

— Пока в музей.

Я потянул её за руку, отметив, что чуть в отдалении, за кустами, прохаживается пара парней. Простите, ребятки, но переживать за ваше душевное самочувствие я не нанимался.

В воскресенье здесь было совсем пусто. Не очень-то нынешние студенты хотят тратить личное время на дополнительные занятия. Одни мы молодцы, ха.

Я вообще-то уже подзарядился под завязку, и когда мы вошли в Святогорову избушку, подходить к Источнику не стал.

— А зачем мы здесь? — Момоко недоумённо оглянулась.

— Это сюрприз, — я шагнул вплотную и обнял её за талию.

— Что — прямо здесь?.. — хихикнула она.

Хм. Идея неплоха, но требует некоторой подготовки.

— Сейчас узнаешь, — едва касаясь кожи, я провёл пальцем ей за ушком, приподнял лицо за подбородок, поцеловал в приоткрытые губы и… внёс спиной вперёд в портал, который мгновенно схлопнул за собой.

— Оу! — она оглянулась. — Как это? Где мы?

— Помнишь, я обещал горы?

Последние два часа я посвятил приготовлениям: застелил площадку коврами, накидал подушек, столик низенький принёс, вино, фрукты. И даже огонь в жаровне развёл, поленья почти уже дошли до состояния готовых углей. Будущее ложе выразительно засыпал лепестками роз — по-моему, глупость, но девчонкам очень нравится.

— О-бал-деть! — оценила Момоко и прижалась ко мне всем телом. — Я хочу тебя. Целую неделю! — она обвиняюще толкнулась в меня грудью. — И ты это знаешь!

— Я тоже хочу, — я скользнул руками по её спине, попутно развязывая все встречающиеся бантики и вязки. — Но есть небольшая проблемка. Я обещал, что мы будем только вдвоём…

— М-м? — ниппонка выгнула бровь.

— Но со мной мой разумный меч…

— Это не страшно, — глаза у неё заблестели. — Я разрешаю ему смотреть!

«Ва-а-а-ау!» — громко сказал у меня в голове Кузя.

«Без комментариев, иначе в другой раз дома оставлю!»

Это была последняя связная мысль…

Она была жаркая. И изрядно «голодная». Давненько, должно быть, эти горы не слышали, чтобы так кричали. Правда, наверное, неделю воздерживалась, а для неё такой режим…

А потом я лежал, и мне даже глаза не хотелось открывать.

«А про угли кое-кто совсем забыл, — сказал Кузя. — Но я тебя не осуждаю».

— Хрен с ними, с углями, — пробормотал я.

— Что? — Момоко приподнялась на локте и заглянула мне в лицо.

— Мой меч говорит, что угли совсем остыли.

— А-а! Так это не проблема! — она подскочила и подбежала в жаровне, провела ладонью над решёткой. — Готово! Нужно жарче или убавить?

— Смотришься шикарно, — оценил я. — Пить хочешь?

— А оно не крепкое? А то улетим потом неизвестно куда, — Момоко хихикнула.

— Лёгкое, специально для барышень, — усмехнулся я и подумал, что она стала здорово бодрее и веселее и, чего я не предположил заранее, похоже, вытянула меня до самого дна. А я и наручи снял, не хотел, чтоб она видела…

«Кузя, ты запас не трать, подзарядишь меня, иначе придётся нам куковать тут до завтра, пока у меня накопитель не пополнится».

«А ты не подумал, что если вы будете здесь долго сидеть, этой барышне захочется тебя ещё раз использовать? Или не раз?»

Ситуация, однако.

Мы пили вино, жарили мясо и угощались вкусностями — всё было принято с большим одобрением. Наконец Момоко облизала пальчики, аппетитно потянулась, давая понять, что была бы не против ещё раз… и пронзительно завизжала.

— Ой, можно подумать, ты драконов не видела, — с выражением вселенской усталости произнёс голос Змея из-за моего плеча.

«Извини, пап, — покаянно пробормотал Кузя, — я, кхм… засмотрелся…»

Ага. Увлёкся и Змея проморгал. Я вздохнул. Мысленно.

— Слышь, Змей, по-братски, спрячься ненадолго, я девушку домой отправлю.

— Ты чё, попутал, э? — злобно сказала вторая голова, но средняя тюкнула её сверху:

— Ладно, чё завёлся, ара? Чё мы там не видели?

Головы скрылись за обрывом.

— Это что такое? — дрожащим голосом пробормотала Момоко.

— Чудище местное. Говорили, помер он давно, а он — вон, жив. Одевайся, одевайся скорей, пока он не передумал. На малый портал маны хватит, только не обижайся — за Академией высажу тебя, источник точку выхода сбивает.

— А…

— Мы обязательно продолжим. На неделе. Давай-давай-давай… Цветочек не забудь. И конфетки в коробочке — сестрёнку угостишь, чтоб она сильно не завидовала.

— А…

— Выскочишь из портала — иди направо. Там будет арочка цветочная — увидишь вход в тренировочную зону, не потеряешься.

«Кузя! Давай энергию!» — я скастовал маленький портальчик, выставил туда Момоко и тут же его захлопнул.

…СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ