Похвали меня - Кейт Сара - Страница 13

– Твоей помощнице было любопытно, – непринужденно отвечает Гаррет, как будто комната не пропитана напряжением, а после добавляет: – Знаешь, эта комната была моей идеей.

– Естественно, – цедит сквозь зубы Эмерсон. Затем его взгляд падает на меня. Я сглатываю и пытаюсь не съежиться.

– Окно можно отрегулировать для зрителей или для уединения, а колодки будут уходить вправо.

– Колодки? – спрашиваю я, пытаясь представить себе это. Наконец замечаю деревянную доску с тремя отверстиями и замком, и мои щеки пылают. – Понятно.

Гаррет усмехается. Улыбка, играющая на его губах, – хитрая, в глазах озорной блеск.

Это заставляет меня задуматься – а какое его любимое извращение?

Ведь оно есть у всех, верно? Как знак зодиака, соответствующий их характеру и встроенный в их личность. Тайный, непристойный знак зодиака.

Я чувствую горячий взгляд Эмерсона, и, когда ни один из нас не делает и шага в сторону двери, Гаррет извиняется и уходит, оставляя меня наедине с моим разъяренным боссом. Чего меня ждать?

Шаги Гаррета стихают в коридоре, и тогда Эмерсон наносит удар: захлопывает дверь и прижимает меня к багрово-красной стене.

– Мне казалось, я сказал тебе, что не хочу, чтобы ты вмешивалась в это дело.

– Тогда зачем вы меня сюда привели? Зачем вы вообще наняли меня? – пытаюсь скрыть дрожь в голосе.

Он возвышается надо мной, и я на миг подавлена его близостью. Эти твердые грудные мышцы перед моим лицом, опьяняющий запах одеколона, низкий рокот его голоса.

– В данный момент я точно не уверен.

От его холодного, сурового взгляда мне хочется упасть на колени. Я даже не знаю, что сделала не так, но устала от того, что меня ругают.

– Вряд ли из этого что-то выйдет, – лепечу я дрожащим шепотом, но, когда пытаюсь вырваться, он загоняет меня в угол. Его теплая ладонь на моей руке останавливает меня.

– Нет! – рявкает он.

– Нет?

Он не может сказать мне, что я не могу уволиться. И это тогда, когда все, что я делаю, похоже, бесит его.

Эмерсон шумно вздыхает, но затем его лицо немного смягчается.

– Нет, ты не можешь уволиться. Но, когда мы в клубе, не смей отходить от меня даже на шаг или разговаривать с кем-то, кроме меня, поняла?

– Так нечестно!

– Я говорю это не как твой босс, Шарлотта.

Я смотрю на него, и протест замирает у меня на губах.

– Тогда что…

– Ты… подруга моего сына, и моя работа – защищать тебя. Здесь тебя никто не обидит, но мне не хотелось бы бросать тебя тут в первый же день. Поняла?

Температура тела падает градусов на сто. То есть я тут думаю о крепких грудных мышцах и больших руках Эмерсона, а он видит во мне ребенка, знакомую своего сына? Я чувствую себя полной идиоткой.

Ну почему отец Бо не урод?

– Пойдем к Мэгги, – говорит Эмерсон, отпуская руку и поворачиваясь ко мне спиной.

На мгновение застываю на месте, а он подходит к двери и ждет, когда я последую за ним. Как только я делаю это, его рука возвращается на приятное место на моей пояснице. Я ненавижу себя за то, как сильно мне это нравится, но я не могу вынести мысль о том, что он зол на меня. Он мягко подталкивает меня к выходу и идет дальше по коридору. На этот раз я просто смотрю вперед, не позволяя взгляду скользить по открытым комнатам, мимо которых мы проходим по пути в офис.

Правило 9:

Иногда полезно одеться как проститутка

– Я всего лишь пытался тебя защитить, – бормочет он по дороге домой.

– Что?

После того случая в тронном зале я машинально ковыряю облупившийся черный лак на ногтях. И проклинаю собственную наивность. Мне неприятно, когда Эмерсон вечно мне указывает, какая я маленькая в его присутствии, когда он говорит мне, что делать. И, черт возьми, я хочу, чтобы он это признал.

– Советую тебе быть осторожной с этими парнями, особенно с Дрейком. – Его взгляд скользит по моему телу, и я понимаю, что он имеет в виду мой скандальный наряд.

– Неужели он привык распускать руки? – спрашиваю я, прекрасно зная, что Дрейк меня не интересует. Да, он красив, выше всяких похвал, но явно не в моем вкусе. Не мой типаж. Разумеется, после Бо я не совсем уверена, что знаю, какой у меня типаж.

– Дрейк неплохой парень. Он хороший друг, но трахает все, что движется, а ты еще слишком молода, Шарлотта.

Я стискиваю зубы и отворачиваюсь.

– Если вы и дальше намерены обращаться со мной как с ребенком, то вам просто не стоило меня нанимать.

Краем глаза я замечаю, как он тоже сжимает челюсть. Оставшуюся часть пути мы оба молчим. Въехав в гараж, Эмерсон вылезает и поворачивается ко мне.

– Ты в последнее время общалась с Бо?

В глазах мужчины мелькает намек на отчаяние.

– Я видела его вчера в торговом центре.

Брови Эмерсона ползут вверх, спина выпрямляется.

– И как он там?

Я пару секунд обдумываю ответ. Должна ли я подсластить пилюлю и сказать ему, что у Бо все прекрасно, что он не переросток, не знающий, чем ему заняться, – хотя на самом деле так оно и есть? Ему бы стало от этого лучше? Вместо этого я сразу перехожу к делу.

– Он хочет свою половину залога. Он был жутко зол на меня за то, что я не взяла чек на его половину.

Брови Эмерсона вздрагивают от моих слов.

– Зол на тебя?

– Да, в глазах Бо я никчемная дура. Неудачница и идиотка.

Не знаю, зачем я ему это говорю, слова просто сами выскакивают у меня изо рта. Выражение лица Эмерсона меняется от замешательства к гневу.

– Он так не думает.

– Нет, именно так он и думает.

Я обхожу машину и встречаю его возле багажника. Он молчит, как будто размышляет. И я уверена: Эмерсон думает о том, как пригласить сюда Бо, чтобы отдать ему его половину чека. Это действительно отличная наживка, если он хочет увидеть своего сына.

Его следующие слова становятся для меня неожиданностью.

– Ты не такая, Шарлотта.

Я усмехаюсь.

– Вы меня почти не знаете.

Его рука нежно сжимает мою руку чуть выше локтя, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Прекрати, – довольно грубо и резко приказывает он. Я даже отшатываюсь, но его пальцы крепко сжимают мою руку, что удерживает меня в вертикальном положении.

Странно. Я вдруг оказываюсь ближе к нему и почти прижимаюсь к его груди. Он притянул меня к себе?

– Ты не неудачница, не безмозглая дура и не идиотка, ты меня поняла? – Он как будто сердится, и не будь его слова такими утешительными, я бы испугалась.

– Хорошо.

– Извини, что я тебе тогда все это наговорил.

– Все в порядке, – лепечу в ответ. Я так ошеломлена его близостью, что нейроны в моем мозгу перестали активироваться. Я чувствую его теплое дыхание, и будь на моем месте другая женщина, она бы точно захотела, чтобы он ее поцеловал. И думаю, он так бы и поступил.

Но я не какая-то другая женщина, я Чарли. Слишком наивная. Слишком неуклюжая. Неразвитая. Ничего из себя не представляющая.

– И извини, что сделал тебе выговор сегодня в клубе. Гаррет и Дрейк слишком многое себе позволяли. Это была не твоя вина.

Что случилось с мистером Большим Боссом? С ним было легче иметь дело, чем с мастером комплиментов и извинений. Я не знаю, что на все это отвечать, поэтому отступаю и выдергиваю руку из его хватки.

– Я понимаю. Да. Спасибо.

– Если Бо хочет свои деньги, он может прийти за ними сам, – добавляет Эмерсон, буквально выплевывая каждый слог, и входит в дом.

Слегка потрясенная, я следую за ним.

Где-то между гаражом и кухней, в которой Эмерсон показывает мне кофеварку и говорит, где брать воду и все остальное, что мне может понадобиться, я вспоминаю о собственном отце.

Похоже, Эмерсон не разговаривал с Бо уже четыре месяца. Я не общалась со своим отцом почти в пять раз дольше. Он не звонит, не шлет текстовых сообщений и не нанимает моих бывших, чтобы попытаться вернуть меня. Он никогда насильно не заставлял меня признать, что я не неумеха.