Узник Марса (сборник) - Гамильтон Эдмонд Мур - Страница 167

Они отчаянно рванулись вперед. Из квадратных башен, возвышающихся по обе стороны ворот, выбежало несколько дюжин солдат и выстроилось в линию перед воротами. За этим строем полдюжины красных воинов попытались затворить ворота.

— Нам нужно прорваться! — рявкнул Кларк. — Сейчас или никогда!

Они врезались в строй и увязли, поскольку полдюжины воинов в красном повисли на лошадях путешественников, уцепившись за уздечки и удила, пытаясь колоть беглецов мечами и копьями. Обезумевшие животные всеми силами пытались вырваться.

Кларк почувствовал, как один из клинков рассек его предплечье, затем увидел искаженное злобной гримасой лицо красного воина, который хотел уколоть его. Пистолет сам по себе скользнул в руку, палец надавил надавил на курок, и воин упал с дырой в голове. Кларк снова выстрелил, пытаясь убрать людей, державших узду его лошади. Рядом прогремел револьвер Линка Уилсона. Черный Каин с ледяной маской убийцы палил во все стороны по тем, кто пытался вытащить его из седла.

— Дордона! Дордона! — зазвенел серебряный голосок Лураин, яростно и быстро орудующей мечом.

Ворота были почти закрыты! А тем временем со стороны дворца приближалась масса солдат. У Кларка возникло неприятное ощущение, что они пойманы в ловушку. Потом он услышал хриплый крик:

— Прочь с моей дороги, подонки! — орал Эфраим Куэлл, расшвыривая нападавших. Он не стрелял, а яростно лупил рукоятью тяжелого пистолета нападавших по головам.

Он первым прорвал строй. А затем Кларк увидел, что тощий янки устремился к полудюжине воинов, пытавшихся затворить ворота. Эфраим разогнал их, раздавая удары револьвером и топча конем. А потом янки выскользнул из седла и потянул за створку ворот, стараясь открыть их пошире.

Он приоткрыл ворота на несколько ярдов, навалившись на них всем телом. Тем временем воины вновь собрались и бросились на янки, коля его своими мечами. Куэлл отшатнулся.

Кларк закричал, и его голос зазвенел, перекрывая безумный грохот. Остальные беглецы отчаянно рванули вперед. Лошади, обезумев от иступленной борьбы, тоже поспешили в сторону приоткрывшихся ворот, которые, как им казалось, обещали долгожданную свободу.

Пистолет Кларка громыхнул в последний раз — обойма закончилась, но воин, особенно наседавший на Куэлла, упал. Линк Уилсон изогнулся в седле и, подхватив узду лошади шкипера-янки, помог ему забраться в седло. Прежде чем стражи смогли обрушиться на путешественников с новой силой, они выскользнули за ворота. Ошалевшие от битвы и стрельбы лошади понеслись со всех ног. Только Кларк и Лураин на мгновение замешкались в узких воротах. Когда все вылетели на залитую лунным светом равнину, неистовые горожане остались позади. За беглецами никто не гнался, но лошади неслись по морю травы в лунном свете словно безумные. Дикий шум красного города остался далеко позади.

— Мы туда скачем? Где эта твоя Дордона? — крикнул Кларк Лураин, пытаясь перекричать свист ветра.

— Мы скачем правильно, — крикнула в ответ она. — Мой город лежит к востоку отсюда… Мы доедем до реки, а потом, двигаясь вдоль нее, доберемся до моего города.

Лошади, постепенно успокоившись, перешли на галоп. Кларк несколько раз оборачивался, но никаких признаков погони не обнаружил.

Однако ни один из беглецов не вышел невредимым из схватки у ворот. У Майка Шинна шла кровь из пореза на лбу. У Черного Каина один из рукавов был нарезан на ленточки, остальные тоже имели неглубокие колотые и резаные раны. Только Эфраим Куэлл, который скакал, плотно застегнув куртку из-за ветра, похоже, не пострадал.

Кларк наклонился к девушке из Дордоны, скачущей рядом с ним. У нее был глубокий порез на голом колене, но, честно говоря, рана была не серьезная. Они то и дело оглядывались, напряженно вглядываясь туда, где за горизонтом остался К’Ламм, залитый лунным светом.

— Они непременно устроят погоню, но ночью нагнать нас не сумеют. И не осмелятся отправиться под стены Дордоны с небольшими отрядами, — заметила Лураин, а потом рассмеялась. — Хотела бы я сейчас увидеть лицо Фраго.

Скоро впереди в тусклом лунном свете замаячила низкая линия темных деревьев, обозначившая реку, до которой беглецы добрались за четверть часа. Глухой рев потока звучал громко, так как река с огромной скоростью неслась в сторону Дордоны.

Путешественники все еще ехали вдоль нее, когда первые лучи рассвета осветили горизонт. Надежды Кларка окрепли. Каждый удар копыт приближал их к Дордоне, где в пещере ожидало Озеро Жизни. Теперь у него был шанс добраться до воды, дарующей вечную жизнь.

Эфраим Куэлл неожиданно вывалился из седла. Беглецы тут же осадили лошадей, и Кларк поспешно подбежал к янки. Лицо того превратилось в жуткую, жестокую маску, глаза закрыты. На пальто расплывалось темное пятно. И когда Кларк расстегнул его, то увидел две глубокие раны от ударов мечом.

— Боже мой! Куэлл оказался тяжело ранен, когда придержал ворота, не дав им закрыться! Но он ничего не сказал нам! — воскликнул Кларк.

Взгляд янки скользнул по лицу Кларка. Казалось, он едва сдерживал боль. А потом лицо его расплылось в широкой улыбке.

— Я… похоже, готов кинуть якорь, — пробормотал Куэлл. — Жизнь убегала из моего тела, пока я ехал…

— Куэлл, ты не умрешь! — с отчаянием возразил Кларк. — Мы довезем тебя до Дордоны, и ты будешь здоров.

— Нет, поздно… — прошептал моряк. — И… Я не против. С тех пор, как мой корабль сгорел и они забрали сертификат, я… Я не забочусь о своей жизни…

Взгляд его остекленевших глаз замер на восточном горизонте, где разгоралась заря. Оттуда — с востока — налетел ветер, пригибающий траву. Губы янки зашевелились, и он почти неслышно заговорил:

— Небо прекрасно… и хороший ветер… сегодня…

Потом голова Куэлла откинулась, и глаза его стали стеклянными, словно пуговицы — он был мертв. Кларк оставил его и поднялся на ноги. Американцу казалось, что в горле у него застрял ком, который никак не получалось сглотнуть, но он постарался говорить так, чтобы голос звучал сурово.

— Майк… Черный Каин… не спускайте глаз с горизонта на юге и западе. Линк, Морроу и я похороним его.

В тусклом свете зари они выкопали могилу под деревом рядом с ревущей рекой, используя саперную лопатку, которая нашлась в одном из рюкзаков. Белый туман, спустившийся на долину, сделал мир волшебным, нереальным. А потом путешественники опустили тело Эфраима Куэлла в неглубокую могилу и засыпали его.

— Ну, а теперь по седлам! Вперед! — скомандовал Кларк.

Они поскакали дальше вдоль реки, через клубящийся белый туман.

— Рад, что мы похоронили его там, где он сможет услышать журчание воды, — пробормотал Линк Уилсон, растягивая слова.

— Да, — вздохнул Майк Шинн. — Куэлл был хорошим парнем. Он был отличным парнем.

Через час Лураин неожиданно натянула свои поводья и указала вперед.

— Там Дордона!

В пяти милях впереди поднималась восточная стена большого кратера — могучий горный барьер, нависающий над долиной. И под самыми крошащимися утесами раскинулась древняя Дордона. Черный, безмолвный, словно высохший колодец город. Некогда он был великим, но сейчас, купаясь в утреннем белом тумане, являл собой странный контраст по отношению к К’Ламму, из которого они бежали.

За черными зубцами местами обвалившейся стены поднимались старинные башни и крыши из тусклого черного камня. И все они несли следы непогоды, которой противостояли веками. Путешественники проехали к воротам, выходившим на дорогу, идущую вдоль берега реки, которая текла дальше прямо к огромному зданию в центре города, увенчанному черным куполом.

Ворота в черной стене распахнулись, когда они приблизились. Воины в черных доспехах стали махать мечами над головой и выкрикивать здравицы Лураин. Когда путешественники въехали в город с мрачными, разрушенными зданиями, мужчины и женщины приветствовали их радостными криками.

— Лураин! Принцесса Лураин вернулась! — кричали они.

Кларк Стэннард, оглядываясь по сторонам, сразу понял, что былое величие Дордоны осталось далеко в прошлом. Многие здания были давно заброшены и уже превратились в руины. Зеленая трава пробивалась между плитами тротуара. Да и людей на улицах было намного меньше, чем в красном городе. Кларк чувствовал отчаяние жителей, скрытое за сиюминутной радостью, читал безнадежность, написанную на их бледных лицах, и затаившийся Великий Страх.